Сыщица по амурным делам - Мария Жукова-Гладкова

22 марта, понедельник

Утром проснулась только благодаря двум механическим будильникам, стоявшим в кастрюлях, и одному электронному. У меня специально сделан запас будильников для таких случаев насилования собственного организма. Минут десять я стояла под холодным душем, но настроение все не улучшалось. Утром оно у меня всегда мерзкое, а отсутствие машины радости не прибавляло. Да еще и Верка теперь без колес. Сколько там ее машину чинить будут? Можно, конечно, старый «жигуль» из гаража выгнать, после взрыва первого «Пассата» я на нем ездила какое-то время, но нестись в гараж?.. Нет, пожалуй, сегодня я буду махать на дороге крылом.

Я вспомнила о Николае Ивановиче, с которым вчера познакомилась на трассе. Из ванной вышла, нашла в кармане пиджака, снятого с нотариуса, бумажку с телефоном и позвонила.

Я представилась и сказала, что мне сегодня потребуются его услуги. Мне также хотелось выяснить, как он вчера довез Рому.

– Все в порядке, Светлана Алексеевна, – ответил Николай Иванович. – Рома с грузом доставлен до квартиры. Все у него.

– Спасибо. Жду вас через полчаса.

Он приехал, как и обещал, я загрузилась и назвала адрес своей турфирмы. Николай Иванович поинтересовался – чем я занимаюсь в свободное от организации терактов время? Я пояснила, чтобы Николай Иванович, так сказать, заранее знал, с кем связался, добавив, что сама террористические акты не организую, но почему-то обычно оказываюсь в их эпицентре.

– Да я уж понял, – усмехнулся он в усы.

Меня очень расстраивало отсутствие сотового, по всей вероятности, оставшегося в доме Владислава Юрьевича. И сумку мою мог бы вернуть! Кстати, а не позвонить ли мне ему?

Я попросила Николая Ивановича зайти вместе со мной в турфирму, потому что пока не знала, куда помчусь дальше. Из фирмы я сразу же позвонила Афганцу и спросила номер, по которому можно связаться с Владиславом Юрьевичем. Афганец, конечно, сразу же захотел выяснить – зачем? Я пояснила, вкратце поведав о наших с Веркой последних приключениях. Афганец похмыкал в трубку и весело заметил, что Максимов – еще один дурак, который не знал, с кем связывается. Я посчитала эту реплику комплиментом.

Лешка телефон мне дал и заявил, что я ему обещала провести рекогносцировку на заводе, поинтересовался – когда я намерена отправиться на «Неву-металл»? Прикинув, что сегодня у меня не так уж много работы и я могу дать задания девочкам, которые вполне справятся и без меня, именно это я и сделала, но перед тем, как покинуть свою фирму, позвонила Владиславу Юрьевичу, представилась и поинтересовалась его самочувствием.

Он несколько обалдел, услышав меня, что-то пробубнил (подозреваю, что тоже комплимент в мой адрес), я же не дала ему больше ничего сказать, чтобы он не тратил ни свое, ни мое время, и пояснила, что мне требуется. Попросила завезти экспроприированное им или ко мне в офис, или прямо домой.

– А мой бумажник кто вернет со всеми кредитками?! – завопил Максимов. – А моих людей? Ты, дрянь, вчера скольких прикончила?!

Он еще поорал немного, я внимательно слушала, потом совершенно спокойно заметила, что Владислав Юрьевич мне благодарен должен быть за то, что я ему показала прорехи в его службе безопасности, а насчет кредиток ему следует поговорить с Верой Николаевной. Она отдаст – в случае возмещения ей морального ущерба.

– А в твоей машине мой парень взорвался тоже из-за моих прорех?! – продолжал бесноваться Максимов. – Да там, где ты появляешься, все горит ясным пламенем и рушится к чертям собачьим!

Я на мгновение опешила: интересно, зачем Максимову потребовалось куда-то перегонять мою машину? Но решила этот вопрос пока не уточнять.

– Нечего было брать меня в заложницы, – невозмутимо заметила я вслух и вторично вежливо попросила Владислава Юрьевича послать кого-то из ребят, чтобы привезли мне шубу, сумку и сотовый. Владислав Юрьевич послал не ребят, а меня.

* * *

Николай Иванович отвез меня на «Неву-металл» и зашел вместе со мной внутрь. Я дала ему задание держать глаза и уши открытыми и просила сообщить мне, если он заметит какие-то странности.

– Что вы лично имеете в виду под «странностями», Светлана Алексеевна? – уточнил водитель, ухмыляясь в усы в своей обычной манере, к которой я уже начинала привыкать. – Поясните, пожалуйста.

О наркотиках я ему, конечно, говорить не собиралась, поэтому задумалась и ответила, что меня интересует то, что бросится ему в глаза, что резанет. Как-то раньше мне лично не доводилось бывать на производствах, и я не очень представляла, как тут должны идти дела. Может, все нормально, а может, обнаружится какая-то несуразица? Пусть Николай Иванович все отложит в памяти. А если ему удастся с рабочими пообщаться, я это только поприветствую.

Новый знакомый пообещал меня ублажить.

Работяги, обнаруженные нами перед входом в главный цех, обсуждали таинственное исчезновение коммерческого директора Вениамина Борисовича Багловского, о чем даже решились спросить у меня, когда я поздоровалась с большой группой куривших товарищей. Я ответила, что сама страстно желаю знать о его местонахождении, после чего полюбопытствовала, кто мог бы провести мне с телохранителем экскурсию по заводу. При слове «телохранитель» Николай Иванович весь подобрался и как-то даже помолодел.

Все рабочие были рады услужить новой владелице, кое-кто даже пытался раздеть меня глазами, правда, не слишком в этом усердствуя, а только искоса бросая взгляды на мою фигуру. Однако после небольшой дискуссии они пришли к выводу, что все-таки экскурсия для новой совладелицы – это дело начальства. А поскольку самым главным начальником из присутствующих в данный момент на заводе был главный инженер Петров Геннадий Анатольевич, его и позвали.