Сыщица по амурным делам - Мария Жукова-Гладкова

Я прислонилась к стене и следующие полчаса слушала повторение концерта, один раз специально устроенного для меня. За годы совместной жизни с Тарасовым Алла Сергеевна, как я видела, хорошо отрепетировала свой коронный номер, только чуть-чуть варьировала текст – в зависимости от аудитории, перед которой выступала.

Однако Лидия Лаушкина не зря слыла скандальной журналисткой, и, пожалуй, выступление Аллы Сергеевны придало ей сил. Наблюдая за происходящим со стороны, я видела, как она на моих глазах просто наливается энергией и готовится к ответному удару.

Вскоре ее лицо стало похожим на то, которое я видела на экране, только в глазах блестели не какие-то блики от ламп, а ярость и ненависть. Усталость сошла, синяки под глазами приобрели зловещий оттенок – словно подзаборные драки были амплуа журналистки, кулаки ее сжались.

Лидия медленно протянула руку к «стенке», стоявшей рядом. Алла Сергеевна так увлеклась, бегая кругами по комнате, что не заметила, как Лидия прихватила бронзовую статуэтку, которой недолго думая она и запустила в Аллу Сергеевну.

Но не на ту напала! Алла Сергеевна потеряла бы уважение к себе, если бы не увернулась. Статуэтка врезалась в фарфоровую тарелку, висевшую на противоположной стене (как раз на той, которую я подпирала). Я на всякий случай отпрыгнула в сторону.

– Ах, так! – завопила Алла Сергеевна и, тоже недолго думая, схватила вазу с ближайшего стола.

Первыми в Лаушкину полетели розы, разбрызгивая капли воды, затем Алла Сергеевна плеснула в нее водой, запустив вдогонку хрусталем. Но Лидия в долгу не осталась.

В процессе боевой схватки, во время которой в ход шло все легко движимое имущество тележурналистки, Лаушкина орала, что сделает такую передачу об Алле Сергеевне, что ей мало не покажется, а мужа ее она так изобразит, что его бизнес в нашем городе закончится! По-моему, эти угрозы не имели никакой силы (не покажет же она еще одну, теперь очерняющую передачу о Тарасове вслед за первой, хвалебной?), но Алла Сергеевна в ответ заметила, что свою передачу «дрянь» сможет снять не раньше чем завтра (Лаушкина что, похороны снимать собиралась?), а Алла Сергеевна рожу ей расцарапает уже сегодня, причем так, что никакой грим не поможет.

Лаушкина пригрозила Алле Сергеевне, что ее посадит – и довольно бойко процитировала несколько статей (подозреваю, что из Уголовного кодекса, правда, ручаться не могу, так как у самой с ним ознакомиться все руки не доходят, хотя, наверное, следовало бы), а также назвала их номера. Но, как выяснилось, Алла Сергеевна лично ознакомилась с данным документом и нашла ошибки в цитатах, они устроили спор еще и на эту тему, поспорили на сто баксов, пожали руки, меня попросили разбить. Лаушкина извлекла из «стенки» Уголовный кодекс, оттуда же достала Закон «Об авторском праве и смежных правах». Две соперницы уселись на диван, временно забыв о схватке и валявшихся вокруг осколках и обломках, и стали изучать документы.

Сто баксов выиграла Алла Сергеевна.

Это Лаушкиной совсем не понравилось, и она громогласно объявила о своей беременности, которая для Аллы Сергеевны явилась отягчающим обстоятельством.

За время знакомства со вдовушкой мне еще не доводилось видеть таких изменений на ее лице! Ни одна гадюка не смогла бы с ней сейчас сравниться, как, впрочем, и ни один прожженный боцман, не говоря уже о львицах, тигрицах, рысях и прочих хищниках, яростно защищающих своих детенышей. В данном случае Алла Сергеевна отстаивала наследство: свое и сына. Еще один претендент ей был совсем не нужен.

Из речей Лаушкиной я поняла, что теперь существуют верные способы доказать отцовство (сколько всего нового о достижениях науки и техники я узнала в последнее время!), что она и намерена сделать после рождения ребенка.

– Не будет ребенка! – вопила Алла Сергеевна.

Я же обеспокоилась – не за вдовушку, а в основном за себя. Что там наши кодексы говорят о соучастии? Узнавать это на личном опыте как-то желания не было, и я решила вмешаться, чтобы, не дай бог, у Лидии не случился выкидыш, в котором вполне могут потом обвинить и меня.

Я подхватила Аллу Сергеевну под руку и спокойным голосом сказала, что нам пора. Вдовушка с большим удивлением на меня посмотрела и спросила:

– Ах, и ты здесь?

«Неужели запамятовала?»

– И что будем делать с этой дрянью? – поинтересовалась у меня Алла Сергеевна, кивая на хозяйку разгромленной квартиры.

– Не мешать ей жить, – сказала я.

Лидия посмотрела на меня с интересом (раньше ей просто было некогда), а Алла Сергеевна переключилась на меня, заявив, что все мы, любовницы, вместе против нее, законной жены.

– Вы что, тоже? – удивленно спросила меня Лидия, так как я Аллу Сергеевну не поправляла, чтобы не усугублять ситуацию. Теперь мне хотелось только побыстрее отсюда убраться. Если Лидия беременна от Стаса, она вряд ли работает на кого-то другого. Зачем бы ей по чьему-то наущению прикреплять взрывное устройство к пальто мужчины, ребенка которого она носит под сердцем?

– Да, дрянь, это – твоя предшественница, только у нее хватило ума не обрюхатиться! – вещала Алла Сергеевна. Я молчала, не возражая. – А ты думаешь, что самая умная, да? Наследства захотелось? Вот тебе наследство!

И Алла Сергеевна соорудила аж двойную фигу, которой покрутила перед носом Лаушкиной, а та с ехидством заметила:

– Ваш муж правильно говорил, что вы неизлечимо больны. Я из своей природной скромности постеснялась спрашивать чем. Теперь поняла.

От такой наглости Алла Сергеевна замолчала, я воспользовалась паузой, вновь подскочила к ней и потащила к двери. Вдогонку нам летел смех тележурналистки.