Квартира - Павел Астахов

— Ууу-у-у-уу!

— А ну, расходимся! — закричали милиционеры, оттесняя толпу с проезжей части.

— Почему перекрыли движение? Кто разрешил митинг?

— Расходимся! Расходимся!! Освободить дорогу! Разойдись! — неслись нервные крики стражей порядка.

Павлов бросился в узкий промежуток между милиционерами и дольщиками.

— Минуту! Я прошу дать нам минуту! Мы сразу же разойдемся. Прошу вас! Кто старший? — метался он между гражданами и правоохранителями.

Наконец отозвался один из милиционеров — усатый капитан.

— Что вы устроили? Вы понимаете? Это несанкционированный митинг! Все будут задержаны и оштрафованы! Вы за это отвечаете? — наступал на Павлова капитан.

— Я отвечу. Никакой это не митинг! Люди ждали меня. Я был на встрече с президентом. Я должен им сейчас рассказать об этом. Поймите же!!!

— У президента? — озадаченно спросил капитан и сделал жест рукой своим коллегам: — Стоп!!!

— Да! У президента. Говорю же вам. Эти люди ждут его решения. Я его несу. Дайте минуту. Мы сразу же уйдем.

— Так. Отходите в Ветошный переулок, — распорядился капитан, — даю вам минуту на все про все. После этого разгоним и задержим. Вперед!

— Друзья, отойдите за ГУМ в переулок! Там я все расскажу, — крикнул Павлов.

Гудящая толпа потекла в ближайшую улочку, и Павлов подумал, что сейчас его будут пытать, притом, что за одну минуту всего, что было у главы государства на приеме, не пересказать. А что-то и не следовало озвучивать.

— Первое, — привлек внимание к себе, заняв место на первом же низеньком крыльце, Артем, — президент принял все наши требования. Второе…

Но не успел он договорить, как люди закричали и захлопали в ладоши. Похоже, им казалось, что этого достаточно и они сегодня же заселятся в теплые уютные квартиры.

— Второе. Он прекрасно владеет ситуацией. Знает всю статистику. В том числе грустную.

Люди превратились в слух.

— Третье. Он поддерживает вас всех. Четвертое. Всем обманутым дольщикам надо срочно встать на учет в префектурах.

Толпа возбужденно загомонила. Запах перемен почуяли все.

— Это касается москвичей, — перекрикивая гомон, пояснил Артем. — Иногородние встанут на учет у себя дома в администрации. Будет создано специальное Федеральное Жилищное Организационно-Правовое Агентство, которое займется соинвесторами. Все ваши документы надо срочно направить в это агентство.

Толпа замерла.

— И последнее. Квартиры получат все. Но не сразу. А сейчас расходитесь. Я прошу актив пройти ко мне в офис. Здесь рядом, через два квартала. Возле Конституционного суда. Все! Время вышло. Расходитесь, а то будут проблемы с милицией. Удачи!

Адвокат схватил за руку Станислава, который стоял к нему ближе всех:

— Стас, надо людей отправить по домам, иначе эти не будут шутить.

Стас глянул, куда кивнул Артем, и облизнул губы. В переулок входил строй омоновцев, видимо, подъехавших по вызову предусмотрительного капитана. Человек двадцать в касках и со щитами уже выстраивались в боевой порядок. Стас развернулся и принялся командовать:

— Уходим! Уходим! Вечером созвон. Все активисты ко мне и за Павловым. Уходим быстрее. Прямо к метро, через Никольскую. Расходитесь.

Толпа, ворча, как грозовая туча, стала быстро рассеиваться: кто-то выскользнул в боковые входы ГУМа, кто-то побежал к Никольской, а некоторые даже не побоялись вернуться через строй пока молчаливых, но грозных омоновцев на Ильинку. Остались Павлов, Стас и семь активистов.

Увидав быстрое рассредоточение так и несостоявшихся демонстрантов, милиционеры заметно погрустнели, и капитан кивнул адвокату:

— Ладно, свободны. Все! Счастливо оставаться! — козырнул он и повернулся к омоновцам: — Отбой! По местам. Отходим.

Павлов нервно засмеялся:

— Уу-ух! Страшное дело! Чуть государственным преступником не стал с вами. Хотите, зайдем ко мне в офис?

— Не обязательно. Мы все услышали. Кх-кхе, — прохрипел Станислав. — Итоги можно и здесь подбить.