Мой французский вояж - Юлия Алейникова

– А где остальные? – спросила я, наливая себе кофе.

– Сергей спит. А Игорь Дмитриевич караулит наших подопечных.

– Это кто? – не врубилась я спросонья.

– Обитатели загородного коттеджа, конечно, – удивился он в свою очередь.

– Ах да! Точно.

Я вынула себе из холодильника йогурт и приступила к завтраку.

– А как вы нас нашли вчера?

– Вы не пришли на ужин. Мы сразу поняли, что-то случилось. Я остался в холле, Сергей поднялся наверх, а Игорь вышел на улицу. К сожалению, предотвратить похищение мы не успели. Игорь увидел только финал, когда Василия Никаноровича уже тащили к машине. Он сразу позвонил мне, но когда мы добежали до машины, вы на своем мотоцикле, пардон, на заимствованном, уже исчезли из виду. В общем, чтобы догнать вас, понадобилось какое-то время.

Из комнаты больного раздался слабый зов.

Мы отложили завтрак и отправились проведать покалеченного олигарха.

Василий Никанорович выглядел ярко. В смысле богатства цветовой палитры, представленной на его теле.

Желто-коричневые следы йода мазками лежали на синих, лиловых, салатно-зеленых, желтых и почти черных пятнах. На художественно оформленном теле только голубые семейные трусы и светло-серые заплывшие глазки сообщали, что перед нами лежит обычный человек, а не гуманоид с далекой планеты. Потерявшими форму губами Василий произнес:

– Фифет.

– Привет, – откликнулась я. – Ты как?

– Фигофо.

– Есть хочешь?

– Не фнафю. А фо?

– Давай каши сварю жиденькой. С какао, а?

– Манной? – оживился Вася.

– У нас манка есть? – обернулась я к Собинову.

– Не уверен. Но здесь за углом мини-маркет, если что, через пять минут будет.

– Хофафо, – согласился больной.

– О’кей. Пошла готовить.

– А после завтрака будем собираться в клинику, – сообщил Владимир Кириллович.

– Не фафю.

– Надо, голубчик. Мы часика на два, только УЗИ сделаем, доктор посмотрит, и все, – стал сюсюкать командир боевой группы.

– Неф, – заныл Вася.

– Ну, нет так нет, – подбодрила его я. – Ты только не расстраивайся. Сейчас кашки поедим, потом подремлем, а к доктору не поедем.

– Афа! – обрадовался он, как ребенок.

Я потянула недоумевающего Собинова на выход и закрыла за собой дверь.

– Вы что? – кинулся он ко мне. – Вы же сами говорили, что ему в больницу надо!

– Конечно, надо. И он туда обязательно поедет. После завтрака. А сейчас не надо его волновать и портить ему аппетит. Лучше идите, ищите крупу.

Владимир Кириллович посмотрел на меня с уважением, и мы пошли варить кашу.

Манка была, молоко тоже. Через десять минут, сервировав поднос тарелкой с кашей, салфеткой, ложкой, чашкой с какао и банкой клубничного джема, я вплыла в спальню.

Собинов тактично остался на кухне.

– Ну вот, сейчас мы будем кушать! Повяжем салфеточку, – тяжелый стон, – хорошо, просто положим на грудь, чтобы не испачкаться, – сюсюкала я. – Вот умница, ложечку за маму, ложечку за папу.

Все мужики в душе, как дети. Они обожают, когда с ними нянчатся, за ними ухаживают, носятся с ними, когда они болеют.

Так что Ползунов сейчас чуть не мурлыкал от удовольствия.

– Как мы хорошо кушаем. А когда поедим, то поедем к доктору. Будем смелым мальчиком. Не будем упрямиться.

После получасового кормления и уговоров Васенька дал себя одеть, обуть и загрузить в машину.

Когда двери гаража были уже подняты, раздался телефонный звонок.

– Алло? – ответил Собинов. – Так. Едь за ними. Сейчас пришлю Игоря. – И он вышел из машины.

– Фо флуфилось?

– Что там?

Одновременно всполошились мы с Васей.

Но бывший сотрудник секретной службы уже скрылся в доме.

Спустя пять минут он вернулся с Игорем Дмитриевичем, который к этому времени успел встать, привести себя в порядок и позавтракать. А также обратиться ко мне с просьбой называть его по имени. Просьба была удовлетворена при условии, что он тоже будет обращаться ко мне запросто, на «ты».

Игорь сел в «БМВ» и первым выехал из гаража. Владимир Кириллович вернулся за руль.

– Что случилось? – опять в два голоса обратились к нему мы.

– Звонил Сергей. Сообщил, что один бандит покинул дом и пешком отправился к шоссе. Я велел проследить за ним. А на смену отправил Игоря. Остальные члены шайки затаились. Окна занавешены, ни звука, ни шороха.

– Они, наверное, сбежать хотят, по одному, – решила я.

– Не думаю, – серьезно ответил специалист. – Но гадать не будем. Ребята доложат, что, как. А нас ждут в клинике.

– А далеко нам ехать?

– Километров сорок от Локарно. Чудное место. Горы, воздух, собственный парк. И высококлассные специалисты. Василия Никаноровича в два счета на ноги поставят.

Я покосилась на лежащего сзади Ползунова. Насчет двух счетов я сильно сомневалась, но если смогут на пять-шесть, честь им и хвала.

В обществе Владимира Кирилловича я чувствовала себя спокойно. Бандиты под присмотром. Можно любоваться пейзажем и передать свою жизнь в надежные мужские руки.

Вдали показался большой, нарядный особняк из светлого камня, с башенками и балкончиками в готическом стиле, окруженный пышной растительностью. Мы подъехали к кованым воротам. Собинов открыл окно.

Приятный голос обратился к нам по-итальянски. Владимир Кириллович представился, и ворота разъехались.

Мы въехали на территорию. Выметенные желтые дорожки, лавочки, беседки. Райский уголок. Я бы тут с удовольствием подлечила свои расшатанные европейским вояжем нервы.

Машину пришлось оставить на специальной парковке. Нас встречал здоровенный санитар с инвалидным креслом-каталкой.

Нежно, как родную бабушку, он перегрузил господина Ползунова в кресло и повез к главному входу. Вот он сервис для миллионеров. Проехали большой, светлый, украшенный цветами холл, доехали до какой-то двери, санитар открыл ее и пригласил нас войти.

Мы оказались в элегантно и дорого обставленном кабинете. Навстречу поднялся мужчина лет сорока пяти с холеной аккуратной бородкой, коротко стриженными волосами цвета спелой пшеницы, очки в золотой оправе добавляли ему солидности. Доктор был средне упитан, в белом крахмальном халате, светлых брюках и ботинках на мягкой подошве. Я представила, как он бесшумно бродит по ковровым дорожкам и заглядывает в палаты.

Ползунову доктор по фамилии Бота, кажется, понравился, во всяком случае выражение настороженного испуга ушло с его лица. Мы с Собиновым сели в кресла напротив большого письменного стола в стиле ампир с обтянутой кожей столешницей. Ползунова поместили прямо напротив доктора. В кабинете еще был большой кожаный диван. И два книжных шкафа. Стена позади хозяина была увешана различными дипломами в строгих нарядных рамах. Солидный шик, как и положено VIP-заведению.