Мой французский вояж - Юлия Алейникова

Тронулись, вторая машина прикрывала нас с тыла.

– Василию Никаноровичу надо в больницу, – сказала я, когда зубы перестали стучать.

– Не волнуйтесь, приедем домой, осмотрим его, окажем первую помощь.

– Да ему не первая помощь нужна, а серьезное обследование.

– Все будет. Завтра с утра отвезем его в первоклассную клинику, где он получит всю необходимо помощь.

– Хорошо, – успокоилась я.

– Лучше расскажите нам, как вы от бандитов сбежали. Мы ведь, если честно, к вилле минут на семь позже вас подъехали. Только подходить не хотели, пока обстановку не выясним. Наблюдали издали в бинокль. Думали, лягут спать, тогда нагрянем. А тут такая свистопляска началась. Мы вообще перестали понимать, что происходит. А когда вы сбежали, нам только и осталось, что вас с тыла прикрывать. И как выяснилось, не зря. Видели, как мы их мини-вэн выдавили с трассы?

– Так это были вы? А я думала, бандиты с ума сошли, друг на друга кидаются.

– Ну да. Мы пытались вам сигналить, да потом сообразили, что только напугаем вас. Поэтому отстали и перехватили уже в городе. Пока еще чего не стряслось.

– Фа, рафкафы фо фам фыло?

– Ладно. – И я начала восстанавливать ход событий. Когда я рассказала про капусту и масло, Ползунов это прокомментировал так:

– Ну фафое фолько фебе ф фолофу префед.

– Да, не тривиальный ход, – добавил от себя Владимир Кириллович.

Я обиделась, да, глупо, но ведь сработало.

Когда я дошла до результатов моих деяний, суровый до этого Собинов хохотал до слез, я начала опасаться, что мы во что-нибудь врежемся. Но обошлось. Ползунов смеяться не мог, он то хрюкал, то стонал от боли. Вот так с шутками-прибаутками мы доехали до места.

Машина затормозила возле небольшого нового коттеджа. Двухэтажный, с маленьким палисадником, он так и сиял свежестью, по соседству стояло еще три-четыре таких же. Владимир Кириллович с помощью пульта открыл гараж, и мы въехали внутрь. Ворота закрылись.

Мы с ним вышли из машины.

– Юлия Павловна, вы можете пока пройти в гостиную. Сейчас я открою ребятам, и мы занесем Василия Никаноровича в дом.

– Я лучше здесь подожду.

– Хорошо.

Он ушел. В гараже стояла еще одна машина, «БМВ», я не очень разбираюсь в моделях машин, которые различаются по номерам. Эта, похоже, была не самая большая.

Больше в гараже ничего не было. Ни инструментов, ни всякого хлама. Выглядел он нежилым.

Вернулись мужчины и стали обсуждать, как лучше извлечь Ползунова.

– Давайте, я возьму его за плечи, – предложил Сергей Анатольевич, – а вы помогайте изнутри его вытягивать. Потом Игорь подхватит под поясницу, так аккуратненько глядишь и вытянем.

– Идет, – откликнулись остальные.

Они приступили к выковыриванию израненного тела.

Василий издавал такие душераздирающие стоны, что у меня просто сердце разрывалось.

– Осторожнее, пожалуйста! – прыгала я вокруг.

– Стараемся, – пыхтел Сергей.

Наконец они его извлекли. И втроем понесли в дом. Я замыкала процессию. Мы прошли мимо кухни, гостиной и свернули в спальню. Здесь его уложили на широкую, двуспальную кровать и разули.

– Так. Сергей, неси ножницы. Одежду будем срезать. – И стал расстегивать Василию ремень штанов. Тот заметно нервничал.

– Фюль, фыти.

– Зачем? – удивилась я.

– Ну, фыти.

Я оскорбленно передернула плечами. Как из плена вытаскивать, так и я сгодилась, а тут… Что я его без брюк не видала! Ведь помочь хотела. Ну и ладно. Пойду дом осматривать.

Домик был и впрямь небольшой. Маленькая светлая гостиная с цветастым диваном, уютная кухонька со светло-желтыми шкафчиками и керамическими ручками с цветочным рисунком. Просто кукольный домик. На окнах были плотные глухие шторы. Наверное, на улицу не просачивалось ни лучика света. Сверху их прикрывали игривые тюлевые занавесочки с рюшечками.

Еще на первом этаже были туалет, ванная, кладовка и лестница на второй этаж и, конечно, спальня, где лежал Ползунов. Эта часть дома выходила окнами во двор.

Но разглядеть, что он из себя представляет, не было никакой возможности. Закончив осмотр, я вернулась в кухню. В спальне стонал врачуемый Василий Никанорович.

Помнится, в машине мне обещали горяченького чайку. Дожидаться угощения можно до обеда. Буду хозяйничать сама.

Я поставила чайник, нашла кружку, заварку и полезла в холодильник. Приятный сюрприз, он был набит едой! Я выудила масло, сыр, ветчину, майонез, помидорчик, огурчик, лист салата, взяла белый хлеб и соорудила себе огромный многослойный сэндвич.

Ах, как аппетитно! Налив чаю, я уселась за стойку на высокий табурет и слопала все до крошки.

Сразу стало клонить в сон. Выключив в гостиной свет, я выбрала подушечку посимпатичней, свернулась на диване калачиком и уснула с чистой, спокойной совестью.