Путешествие по ту сторону - Екатерина Островская

Но еще раньше на плантацию прибыли восемь внедорожников с вооруженными людьми. Охранная структура, созданная еще Маджидом Наримановичем, прислала всех своих сотрудников во главе с бывшим полковником государственной безопасности. Суровый немолодой человек лично еще раз побеседовал с рабами, но не узнал ничего нового, кроме того, что сбежавший русский был очень хорошим человеком, а девушка доброй и красивой. Из чего экс-гэбист сделал вывод: если кто из рабов и знает что-то, то вряд ли признается. Пытать всех, как предлагал Юнус, бывший полковник не стал, посчитав это лишней потерей времени. То, что беглецы не могли уйти далеко, понимали все. Во-первых, они ушли ночью, когда трудно определить направление и придерживаться его в темноте, а во-вторых, много часов подряд на район обрушился страшный ливень и налетел шквальный ветер, при котором не только идти, но и стоять на ногах было почти невозможно.

Дождь уничтожил все следы, поэтому привезенная собака-ищейка оказалась просто бесполезной. Бывший полковник подошел к реке, постоял на берегу, наблюдая, как мимо проплывают клочья травы и щепки. Потом вернулся к мусорному контейнеру и приказал своим людям перевернуть его. Когда грязная вода растеклась, выплеснув мусор, он увидел старый велосипедный насос, который оказался исправным.

– Ну и что? – спросил Юнус.

– По реке ушли, – ответил бывший полковник. – Не знаю, на чем, но по реке, я уверен. Иначе отсюда не сбежишь. Что у них было – спасательный круг, надувной матрас или автомобильная камера, не так важно, но беглецы, если не утонули, уже далеко.

Руководитель операции открыл карту и почти сразу очертил карандашом район поисков. Юнус поглядел и удивился:

– Так далеко они не смогли бы уйти! Почти сто километров отсюда!

– Они не идут, а бегут, – напомнил экс-гэбист. – И потом, мы не знаем, где кончается река, вероятно, даже дальше, чем я предположил, а потому времени у нас в обрез. Остается надеяться только на жару. Если русский – человек опытный, то днем беглецы идти не будут, найдут тень и отсидятся, а передвигаться начнут вечером, чтобы ночью, ориентируясь по звездам, выбраться по возможности подальше.

Десять машин, включая два «Дифендера», на которых прибыли Юнус и Джафар, готовы были отправиться на поиски, когда примчался «Ренджровер» с братьями Джафара. Рахим и Юлдаш рассказали, что работа с населением уже началась, люди рвутся в бой, рассчитывая хорошо заработать. Но теперь это уже мало интересовало Юнуса – он был уверен, что настигнет Верещагина и Шарофат до наступления темноты.

Одиннадцать машин, вытянувшись в цепочку, двинулись вдоль русла. Почва была вязкой, на пути встречались многочисленные ямы, заполненные водой и грязью. Развить скорость не удавалось – бывший полковник приказал всем водителям держаться строго след в след за головной машиной, в которой находился он сам. Юнус шел вторым и злился, поглядывая на спидометр, показывавший тридцать, максимум сорок километров. Через полтора часа такого движения начали выстраиваться в широкую шеренгу, и почти сразу «Ренджровер» провалился в глубокую яму. Пришлось потерять почти полчаса, вытаскивая машину. После чего Юнус дал указание Джафару, как опытному водителю, перебраться в «Ренджровер», уступив Рахиму «Дифендер». Юлдаша же Бачиев позвал в свою машину, поручив младшему брату Джафара внимательно смотреть по сторонам.

Постепенно шеренга автомобилей начала растягиваться на расстояние прямой видимости – каждый должен был видеть только две машины, одну справа и одну слева. Связь поддерживалась по рации. Почва здесь была немного тверже, но начались холмистые участки, и потому опять же особо разогнаться не удавалось. А потом пошли пески. Правда, барханы оказались не слишком высокими, но все равно экс-полковник приказал осматривать каждый с теневой стороны, пояснив, что беглецы могут закопаться в песок, прикрыв голову одеждой, чтобы предохраниться от перегревания.

Юнус слушал его указания, сидя за рулем своей машины, и злился: за кого полковник принимает Верещагина – за спецназовца, который знает, как действовать в пустыне? Они были в пути уже три часа, однако никаких следов обнаружить не удалось. Бачиев связался с авиаторами, и ему ответили, что пилоты, которые находятся в воздухе, уже получили указание перейти на малые высоты, чтобы обнаружить двух людей. Только летали самолеты где-то в других краях, потому что за все время движения Юнус не увидел в небе ни одного летательного аппарата.

Приближался вечер, и это уже просто бесило Бачиева. Он переговорил по рации с бывшим полковником, предложив увеличить скорость. Но тот возразил, что так точно никого не найдешь. И еще добавил: если до темноты беглецов не удастся обнаружить, то стоит переночевать. Надо, мол, развести костры и ждать, когда те сами выйдут к ним: обессиленные и голодные, они обязательно пренебрегут опасностью. И не только, чтобы отдохнуть, поесть и утолить жажду, а потому, что встреча с людьми для беглецов сейчас – единственное спасение. Пешком вдвоем пустыню им не пересечь, русский с девушкой наверняка уже давно поняли это. К тому же им вряд ли придет в голову, что около костров сидят их преследователи, ведь по их логике идущие за ними не должны себя раскрывать, чтобы напасть внезапно.

Вполне вероятно, в словах опытного человека есть какая-то доля истины, подумал Юнус, может быть, так и следует поступить. Только он не хотел ждать ночи. Бачиев смотрел на опускающееся к горизонту солнце и, чтобы хоть как-то унять дрожь нетерпения и злости, раскачивался на сиденье, откидываясь на спинку, а потом почти касаясь грудью руля.

Наконец, не выдержав, нажал кнопку рации и громко крикнул сквозь треск и шипенье:

– Полковник, мне надоело тащиться, как черепаха, я ухожу вперед!

– Хорошо, – неожиданно согласился тот. – Возьмите еще одну машину – на всякий случай, оторвитесь километров на пятнадцать, а потом обследуйте район змейкой. Мне кажется, ваши друзья где-то рядом.

Бачиев отдал рацию Юлдашу и выругался: дурак-гэбист даже не понимает, что у такого, как он, не может быть друзей. Дружба – это общение равных, а кто может встать рядом с ним? Возможно, где-то и есть достойное его общество, но Юнус пока не встречал подобных людей.

Молодой человек вдавил в пол педаль акселератора, машина рванула с места, из-под колес во все стороны полетел песок.

– Я иду слева, – прозвучал из рации голос Рахима.

– Мы тебя видим, – ответил Юлдаш.

Две машины, покинув общий строй, рванули вперед, таща за собой шлейф песочной пыли.

– Если бы ты тогда, в Петербурге, не промахнулся, – буркнул Бачиев, не глядя на спутника, – не пришлось бы сейчас мучиться.

– Я специально мимо стрелял, потому что мог вашу девушку зацепить.

– Какая она моя? – взбесился Юнус. – Регина мне для дела была нужна! А без нее что-нибудь другое придумал бы. Забудь о ней, как и я забыл.

– Газели! – крикнул Юлдаш, показывая пальцем за окно.

Юнус повернул голову и увидел несколько пустынных антилоп, бегущих от машин.