В зазеркалье воды - Сара Пэйнтер

– Кажется, вы думаете, что это повод для веселья, – сказал Джейми после небольшой паузы.

– Отчасти, – согласилась Стелла и сосредоточилась на преодолении крутого склона. Как она и ожидала, он был обледенелым, но полный привод и покрышки с превосходным сцеплением легко справились с коварной гололедицей. Поворот на главную дорогу обошелся без проблем, и Стелла позволила себе немного расслабиться, когда они поехали в сторону Форт-Уильяма. Джейми сжал руки в кулаки, так что побелели костяшки пальцев.

– Как долго вы здесь жили? – спросила Стелла, чтобы отвлечь его.

– С самого рождения. Правда, в девять лет я стал учиться в частной школе.

– Но, наверное, приезжали сюда на каникулы?

– Да, несколько раз.

– Не могу представить жизнь вдали от дома в таком раннем возрасте. Вам это не нравилось?

– Я это ненавидел. – Джейми смотрел в ветровое стекло с выражением ужаса, застывшим на лице, но Стелла не знала, что было тому причиной: ее вопросы или приближение приступа паники.

– Хотите, я ненадолго остановлюсь?

Он повел плечами.

– Нет, все нормально. Просто надо привыкнуть. – Он посмотрел на Стеллу: – И не обижайтесь, но мне не нравится, когда за рулем сидит кто-то другой.

– Женщина? – спросила Стелла, ощущая подступающее раздражение.

– Кто угодно. Это вопрос контроля.

– Тогда понятно, – сказала Стелла. Она была точно такой же. Бен говорил, что это вопрос доверия. – В школе становилось лучше?

– Я привык к ней.

Несколько минут он молчал, и Стелла решила, что тема закрыта. Она преодолела резкий поворот дороги, когда Джейми произнес:

– Там все равно было лучше, чем здесь. Там не было моего отца.

– Мне жаль, – сказала Стелла. – Каким он был?

– Одержимым. Часто очень злым, – Джейми говорил ровным голосом. – Раньше я думал, что это из-за меня, что пробуждаю все худшее в нем, но теперь я считаю, что он разочаровался в жизни. Он слишком много пил и впустую тратил время на разные увлечения. В университете он изучал биохимию, а потом занялся бизнесом. Он заработал кучу денег, но думаю, ему хотелось сделать нечто замечательное.

– Звучит знакомо.

– Я совершенно не похож на него, – поспешно сказал Джейми. – Ничего общего.

Небо было похоже на белое одеяло с бледно-желтыми и серебристо-лиловыми прожилками. Он было таким красивым и неподвижным, что казалось нарисованным театральным задником. Голые деревья резко выделялись на фоне неба и заснеженных холмов, определявших ландшафт.

– Как красиво… – начала было Стелла, но задние колеса автомобиля заскользили, когда она выполняла очередной крутой поворот. Она подавила рефлекторный порыв скорректировать занос или ударить по тормозам. Вместо этого она повернула руль, изменив направление скольжения машины.

По встречной полосе приближался серебристый автомобиль, но Стелла уже взяла «БМВ» под контроль и успела вернуться на свою сторону дороги. Казалось, что сцена растянулась на несколько минут, но она понимала, что все произошло очень быстро.

– Вы в порядке? – Она оглянулась на Джейми, чье лицо побледнело, а губы сжались в тонкую линию.

– Да. Черт! – Он с шумом выдохнул воздух. – Вы хорошо справились.

– Спасибо.

– А я бы все испортил, – продолжал Джейми. – Я бы ушел в занос, возможно, опрокинулся. У меня нет опыта вождения в таких условиях.

– Я ходила на курсы экстремального вождения, – сказала Стелла, немного смущенная и довольная его восхищением. – Меня обучал бывший спецназовец, потрясающий водитель.

Она чувствовала, что он продолжает смотреть на нее, и через минуту спросила:

– Что?

– Почему вы записались на эти курсы? Нет, разумеется, я благодарен за ваши скрытые таланты…

Стелла взвесила, насколько откровенной она может быть, а затем подумала: «К черту!» Хотя она больше не считала свое пребывание в Манро-Хаус чем-то кратковременным, Джейми не упоминал о возможности устроить ее на постоянную должность.

– Я не люблю рисковать, – сказала она. – Вождение со стандартной подготовкой показалось мне неприемлемым риском. Люди с продвинутыми водительскими навыками на двадцать пять процентов реже попадают в дорожные аварии.

– И почему мне так повезло?

– Прошу прощения? – Стелла выполнила очередной сложный поворот и ускорила ход вверх по склону.

– Найти вас. Мне очень нравится ваша логика.

Стелла понимала, что он имеет в виду ее как ассистентку и наемную работницу, но на душе у нее все равно стало теплее.

– Думаю, вы помните, что это я вас нашла.

Он усмехнулся:

– И вы никогда не даете мне спуску. Это тоже здорово.

Стелла подумала о том, как часто Джейми приходилось иметь дело с подхалимами. Это во многом объясняло его отношения с Натаном. Этот человек мог быть занозой в заднице, но он по-своему был честен с Джейми.

– Раньше я любил ездить по этим дорогам, – сказал Джейми, глядя из окошка. – Нигде больше нет таких мест.

– В окрестностях Лондона их точно нет, можете поверить.

– Поэтому вы приехали сюда? Из-за пейзажей?

– Не совсем так, – ответила Стелла. – Мне нужно было уехать из Лондона, а Кэтлин уже давно приглашала меня к себе. Но когда я попала сюда, то почувствовала, что это было как бы суждено сделать. Я не верю в судьбу и совсем не суеверна, но это было действительно сильное чувство. Тогда я решила, что должна попробовать задержаться здесь.

– Всегда стоит обращать внимание на интуицию, – сказал Джейми. – Есть исследования, которые доказывают, что наши первоначальные решения часто бывают наилучшими.

– Я думала, что мы имеем массу предрассудков, связанных с нашими догадками или интуитивными реакциями.

– Да, у нас есть масса предубеждений, которые могут искажать наши мыслительные процессы и предположения, но наши первые реакции, – те вещи, о которых мы думаем в самые первоначальные моменты, иногда даже не сознавая этого, – как правило, очень надежны. Они существуют отдельно от рационального ума. Но существуют научные работы о том, что микросекундные реакции являются наилучшими и что мы даже не понимаем, какой объем информации о нашем окружении при этом подвергается обработке.

– Что-то вроде непонятного испуга и тревоги у человека, за долю секунды до того, как он замечает тигра, спрятавшегося в кустах?

– Точно. Это тесно связано с выживанием. Если ваши инстинкты никуда не годятся, вы обречены на гибель. В биологическом смысле речь идет об очищении генофонда от сорняков.

– Но мир меняется очень быстро. Это наводит на мысль о том, какие качества выживания мы еще усовершенствовали.