В зазеркалье воды - Сара Пэйнтер

– Но если она не принимала их, то как…

– Не знаю, – сказал врач. – Но прямо сейчас вашей матери необходим отдых. Дополнительные расспросы не способствуют делу, – он покосился на кровать, и Стелла поняла намек.

– Тогда я оставлю вас поспать, – сказала Стелла. Она не знала, стоит ли ей обнять Эсме или поцеловать в щеку, но и то, и другое казалось невозможным. Она на мгновение присела на кровать и похлопала женщину по руке. – Я собираюсь заглянуть домой, а потом вернусь. Вам что-нибудь нужно?

– Останьтесь там и выспитесь в своей постели, – сказала Эсме. – Если хотите, возвращайтесь утром, но не надо приезжать раньше.

– Вы уверены?

– Абсолютно, – ответила Эсме. – Нам обеим нужно отдохнуть. – Ее глаза внезапно распахнулись: – Собаки!

– Не беспокойтесь, я позабочусь о них.

– Джейми сам может это сделать, – сказала Эсме, и Стелла попыталась не чувствовать себя обиженной. – Но все равно спасибо. Они вас любят, особенно Табита.

– Сожалею по поводу Джейми, – сказала Стелла, неожиданно рассердившись. – Он должен быть здесь.

– Не будьте слишком суровы к нему, – устало посоветовала Эсме. – Ему приходится нести свой крест.

– Но это неправильно… – начала было Стелла, но Эсме утихомирила ее строгим взглядом.

– Не болтайте о вещах, которых не знаете. Джейми для меня как сын. – Эсме закрыла глаза, давая понять, что разговор окончен.

* * *

Стелла вышла следом за врачом и потянула его за рукав, прежде чем он успел отойти к следующему пациенту.

– Есть что-нибудь еще?

– Прошу прощения?

Стелла кивком указала на дверь палаты, где предположительно спала Эсме.

– Каков ее прогноз? Возможны ли долговременные последствия?

– Основное беспокойство связано с возможным поражением печени, но мы узнаем больше, когда придут анализы крови.

– Хорошо, – Стелла кивнула. – Спасибо вам.

– Ваша мать – настоящий боец, так что не беспокойтесь за нее.

Стелла выдавила улыбку, скрывая желание двинуть врача кулаком в живот.

– Еще раз спасибо, – сказала она. – Я вернусь завтра утром. Позвоните мне, если произойдут какие-то перемены.

– Разумеется, – бросил он, уже отходя.

* * *

В больничном фойе Стелла остановилась и вызвала такси. Водитель болтал все время, пока они ехали по темной извилистой дороге, и Стелла поняла, что тоскует по Лондону и водителю, слишком громко включающему назойливую музыку по радио, но не требующему никакой реакции от пассажиров. Она понимала, что этот водитель вполне может оказаться соседом или дальним родственником Эсме. Когда она приехала домой, у нее слипались глаза. Она не хотела видеть Джейми, но понимала, что должна сообщить ему последние новости. Разумеется, он находился в своем кабинете и сосредоточенно стучал по клавиатуре. Когда она вошла, она встал и пошел навстречу. Еще недавно здоровый цвет его лица сменился молочной бледностью.

– Как она?

– Она пришла в себя, – ответила Стелла. Она прислонилась к стене для опоры, слишком измотанная, но не желавшая садиться. Нужно было покончить с этим и отправиться спать. Закрыть глаза и проспать еще сто лет.

– Она нормально себя чувствует, и у нее ничего не болит. Врачи полагают, что она случайно могла принять слишком большую дозу витаминов или других добавок. Это покажет завтрашний результат анализов крови.

– Только завтрашний? Вот дерьмо, – он покачал головой. – Вы сказали им, что я оплачу частное лечение?

– Думаю, им требуется ровно столько времени в лаборатории, чтобы получить результат.

Стелле казалось, что ее шатает из стороны в сторону. Она чувствовала твердую стену за спиной, но ее неудержимо клонило вперед. Тяжести в груди не ощущалось, и она понимала, что это лишь побочный эффект усталости и повышенного уровня адреналина. Она начала говорить, что собирается лечь спать, но в глазах потемнело, и она не была уверена, что сумела произнести слова.

– Стелла?

Она открыла глаза. Потолок находился над ней, и – гораздо ближе – лицо Джейми. Она видела щетину, пробивавшуюся сквозь кожу, и фиолетовые круги под глазами. Его губы шевелились, но она слышала только звон в ушах. Ей хотелось спросить, не сработала ли пожарная тревога; у нее было смутное ощущение какого-то бегства.

– Ад и кровь. – Слова дошли до нее, как будто пожарная тревога стихла и превратилась в тихое жужжание на грани слышимости. Тиннит^[19].

– Вам нужно прекратить это, – сказал Джейми.

– Устала, – сказала Стелла. – Я просто устала.

– Да. – Он встал, и Стелла похолодела. Джейми возвышался над ней, как гигантская секвойя. Этот образ ей было лучше держать при себе, чтобы не внушать ему определенные мысли.

Секунду спустя он наклонился и обвил рукой ее плечи. Другая его рука скользнула под ее тело, и Стелла полностью очнулась.

– Не нужно поднимать…

Но он уже выпрямился, и она рефлекторно обхватила руками его шею. Он вынес ее из комнаты в коридор.

– Вам не нужно… – снова начала она.

– Сделайте мне одолжение, – перебил Джейми. Он не смотрел на нее, но сосредоточился на том, чтобы пройти в дверь, не задев ее ноги или плечи, хотя она видела намек на улыбку в уголке его рта.

– Не стоит нести меня всю дорогу наверх. – Правда заключалась в том, что упадок сил опустошил ее, как морской отлив, и даже звук собственного голоса казался далеким и неправильным. Она как будто говорила из-под воды.

Стелла закрыла глаза, но ощутила перемену движения, когда Джейми стал подниматься по лестнице и задышал тяжелее.

– Вы не будете спать одна, – сказал Джейми. – Я должен присмотреть за вами.

Стелла осознала, что они находятся в его спальне, за мгновение до того, как он положил ее на огромную кровать.

– Не беспокойтесь, белье только что сменили. – Джейми повернулся и начал собирать предметы одежды и туалетные принадлежности, разбросанные по комнате. – Я буду спать за соседней дверью и смогу проверить, как ваши дела.

– В этом нет надобности, – сказала Стелла. – Я в полном порядке, только устала…

– Вы упали в обморок.

– Не может быть.

– Очень даже может.

– Вам следовало навестить Эсме. Она говорит, что вы ей как сын.

Выражение его лица смягчилось.

– Должно быть, ей дали снотворное, если она смогла договориться до такого.

– Это не смешно. Другие люди назвали бы вас бессердечным. – Стелла хотела добавить, что сама считает его бессердечным человеком, но он только что отнес ее в постель, словно рыцарь в сияющих доспехах, и смотрел на нее с такой нежной заботой, что у нее перехватывало дыхание.