В зазеркалье воды - Сара Пэйнтер

Стелла собиралась спросить Кэтлин, как прошел ее рабочий день, надеясь переключиться с обсуждения Джейми Манро, но у Роба были другие планы.

– Не давай ему сесть тебе на шею, – сказал Роб. Он сжимал бокал вина в кулаке, словно какая-то невидимая сила пыталась отобрать его. – Лорд проклятого поместья!

– Он слишком занят работой, чтобы садиться кому-то на шею, – парировала Стелла. – Типичный трудоголик.

– Тебе не нужно переезжать отсюда, – Кэтлин выглядела обеспокоенной. – Не чувствуй себя обязанной принимать его предложение; ты можешь оставаться у нас, сколько захочешь.

– Спасибо, – сказала Стелла. – Я еще не определилась, стоит ли принять предложение или нет. То есть я хотела перемен, и это лишь временно, так что я не окажусь в клетке…

– У тебя временный контракт?

– Да, – ответила Стелла. – Но я имела в виду, что все это временно, – она сделала широкий жест, обводя рукой все вокруг. – Просто у меня временный отдых от реальности. А потом я вернусь домой и решу, что буду делать со своей жизнью.

– Вот и замечательно, – сказала Кэтлин, заметно расслабившись.

Позднее, когда Кэтлин легла спать, а Стелла споласкивала бокалы, Роб вытянул длинные ноги и спросил:

– Ну, что ты на самом деле думаешь о Манро?

– Что ты имеешь в виду?

Он наклонил голову:

– Я тебя знаю, Стелла. Мне известно, как ты выглядишь, когда начинаешь все взвешивать. Ты не уверена, не так ли?

– Еще слишком рано для уверенности, – ответила Стелла и поставила бокал на сушильную стойку. – А поскольку ты меня знаешь, тебе известно, как я осторожна.

Роб издал звук, выражавший нечто среднее между удовольствием и согласием.

– В этом нет ничего плохого, – сказала Стелла и быстро оглянулась через плечо. Его взгляд был теплым, и она вдруг осознала, как мала эта комната и весь коттедж.

– Я знаю, – сказал он. – Просто я думал, что пока ты здесь, то сможешь расправить крылья и немного пожить ради себя.

– Я перееду в его коттедж, – сказала Стелла. – Если ты имеешь в виду это.

– Хорошо… – Голос Роба был тихим, что делало их разговор почти интимным.

Стелла пожала плечами и заговорила громче, так как пустила воду, чтобы вымыть раковину:

– Это будет бесплатно и к тому же очень удобно для работы.

– Нам нужно, чтобы ты съехала отсюда, – сказал Роб, и Стелла была рада, что стоит спиной к нему. – То есть было замечательно снова увидеть тебя и посидеть с тобой. Но ты ведь понимаешь, что происходит. Скоро родится ребенок, а это место совсем крошечное.

– Никаких проблем, – сказала Стелла. Роб всегда был очень прямодушным человеком. Когда Стелла познакомилась с ним в университете, то посчитала его до грубости прямолинейным, но он стал отличной парой для Кэтлин, которая и сама не была королевой тактичности.

– И тебе будет лучше подальше отсюда. Кэтлин уже просыпается по сто раз за ночь. Бог знает, как оно пойдет дальше.

Стелла выдавила улыбку.

– Будет гораздо спокойнее, если ты остановишься в уединенном месте. Я знаю, как важен для тебя покой и отдых.

Стелла старалась не обижаться на Роба за то, что он по-прежнему относился к ней как к инвалиду. Кэтлин была лучшей и единственной подругой Стеллы, когда она поступила в университет, и ее круг общения упорно сопротивлялся попыткам расширить его. Она жила в доме своих родителей и пропускала половину лекций из-за хронической усталости, так что ей было трудно как-то продвинуться в этом направлении. Когда Роб и Кэтлин стали одним целым, он взял Стеллу под свою опеку: приносил ей книги, присылал электронные письма с конспектами пропущенных лекций и заботился о ней ничуть не меньше, чем о Кэтлин. Его доброта, которая раньше была такой желанной, теперь для нее была подобна кислоте, но ей было не в чем упрекнуть Роба.

Стелла улыбнулась ему на прощание и поднялась в свою спальню. Яснее не придумаешь: Роб и Кэтлин были неразлучной парой. Такой парой, которую Стелла хотела составить для Бена. Она забралась в постель и натянула одеяло на голову, чрезвычайно благодарная за то, что проведет следующий день в обществе незнакомого человека, совершенно не подходившего ей. Благодарная за возможность отвлечься от того, чего хотела больше всего на свете, но так и не смогла получить.