Замок четырех ветров - Валерия Вербинина

Когда мы вернулись в гостиную, я, не удержавшись, спросила у него:

– Вы все же считаете, что я стала жертвой галлюцинации после того, как меня ударили по голове?

– Анастасия Михайловна, – серьезно промолвил Чиннов, – профессия обязывает меня быть реалистом. Мертвец не может хватать за горло, это может сделать только живой человек, но в склепе Рейтернов таковых не наблюдается. Следы и синяки на шее обычно сохраняются долго, там мягкие ткани, но на вашей шее ничего подобного нет, да вы и сами говорите, что ничего такого не было с самого начала. С другой стороны, по вашему описанию склепа ясно, что вы там были. То есть склеп все же был открыт, вы заглянули туда, вообразили себе нечто жуткое и убежали. Потом кто-то запер склеп.

– Но зачем… – начала я.

– Фирвинден загадал нам очередную загадку, – усмехнулся Чиннов. – Но вы не беспокойтесь. В свое время мы узнаем ответ.

Следователь и его помощники заночевали в замке. К сожалению, на следующее утро я встала непростительно поздно – в десятом часу – и все проспала. Однако вскоре ко мне прибежала взволнованная Минна.

– Следователь объявил, что все слуги арестованы, и никто не имеет права покидать замок! – выпалила она. – И он нашел дыру в стене! Под гобеленом с музыкантами…

Я помнила этот старинный гобелен – он висел в одной из комнат недалеко от библиотеки, на том же этаже. Я засыпала Минну вопросами, но жена управляющего мало что могла мне сообщить.

– Дыра в стене, а за ней потайной ход, кажется… Помощники Чиннова его исследуют. Кстати, я говорила вам о Теодоре? Он заперся в своей комнате и не хочет выходить… С ним его жена. Теодор кричит, что он честный человек и не даст себя арестовать!

– Зря мы верили, что она парализована, – сказала я. – Думаю, она совершенно здорова и притворялась, чтобы ее никто не подозревал…

– Она не может быть здорова! – возмутилась Минна. – Доктор Мюллер осматривал ее и объявил, что надежды на выздоровление очень мало…

Снизу донеслись глухие удары: это полицейские ломали дверь комнаты Теодора.

Полагаю, вы понимаете, каково это – чувствовать, что рядом с тобой происходит нечто важное, и быть вынужденным довольствоваться только ролью зрителя. Чиннов развел бурную деятельность: он арестовывал, допрашивал, учинял обыски в комнатах прислуги и самым обидным образом предпочел забыть обо мне, о моем отце, о Минне, о Креслере и даже о графине Рейтерн. Так как повар находился под арестом, пришлось нам с Минной заняться стряпней. После обеда стало известно, что Чиннов отпустил кучера Арнольда, но покамест запретил ему покидать пределы замка. Само собой, что мы с Минной тотчас поспешили к Арнольду и попытались узнать у него хоть что-нибудь, но бедняга, похоже, и сам до сих пор не мог толком осмыслить происходящее.

– Я же знал их всех! – сбивчиво говорил он, переводя взгляд с Минны на меня. – И Теодора, и Лизу, и Фердинанда, и Вильгельма… Мне казалось, они не могут затеять ничего плохого! А они… И дворецкого – за что? Ну, строгий он был, но куда же без этого в таком доме…

Минна открыла рот.

– Ты хочешь сказать, они убили дворецкого?

– Следователь так думает, – нехотя ответил Арнольд. – Он им мешал. Он везде ходил, за порядком следил… Он бы заметил, как они ломают стену…

И только тут меня осенило. Так вот что означали ночные стуки и шумы, которые мы приписывали привидениям…

Слуги ночью тайно ломали стену! Но зачем? Искали старинный потайной ход – который, судя по всему, в конце концов нашли. Но опять же – зачем?

– У меня даже голова разболелась от всех этих вопросов! – пожаловалась Минна.

Вечером ко мне в дверь постучал один из помощников Чиннова и сообщил, что Полиевкт Филатович ждет меня в библиотеке.

– Скажите, – не утерпела я, – а ему уже удалось напасть на след графа Рейтерна?

– Полагаю, – спокойно ответил помощник, – что Полиевкт Филатович вам сам все объяснит. Я же нахожусь на службе и не имею права ничего сообщать вам, пока ведется следствие.

В сопровождении этого бессердечного сухаря и моей чудесной Ружки, которая всюду ковыляла за мной, как тень, я направилась к библиотеке. Неожиданно рысь зашипела, и я застыла на месте как вкопанная.

Возле входа в библиотеку парил светящийся призрак убитой графини Рейтерн, а через мгновение к нему присоединился черный пес с перерезанным горлом, и я вся напряглась, ожидая, что вот-вот вновь услышу его жуткий вой.