Резидент внешней разведки - Сергей Донской

Телефонный звонок заставил супругов вздрогнуть, словно сквозь их двуспальную гостиничную кровать пропустили электрический ток.

– Алло, – хрипло произнесла Людмила в мобильник. – Да… Да… Конечно… Я передам. Сами? Пожалуйста… – Протянув мужу трубку, она многозначительно прошипела: – Они… Говорят, дело срочное.

Банщиков взял мобильник, испытывая сильнейшее желание расколотить его об пол.

– Хэлло, – мягко прозвучал голос Куратора, имя которого держалось от супругов в тайне. – Я вас не разбудил?

– Нет.

Захотелось вдруг отчебучить что-нибудь вызывающее, наглое, грубое. Например, что американец не разбудил Банщикова, а поднял его с горшка. Но оценит ли тот юмор? И не урежут ли Петру Семеновичу оклад, чтобы проучить его за строптивость? Когда наполовину выкупленная квартира отойдет банку, Банщикову станет не до шуток. Суд, конфискация имущества, развод, может быть, даже арест.

– Скоро у вас будет отпуск, – произнес бархатистый голос с едва уловимым акцентом. – Оплачиваемый, разумеется. Ваша супруга рада. А вы?

– Конечно, – сказал Банщиков, глядя на Людмилу.

Она вытянула шею, пытаясь вникнуть в суть разговора.

– Но, как говорится, делу время, потехе час.

Банщиков, которому было не до потехи, согласился:

– Я понимаю.

– В ближайшие два-три дня решится также вопрос об увеличении оплаты ваших услуг, – продолжал Куратор. – Однако для этого требуется приложить максимум стараний.

– Я прикладываю. Максимум. Не спускаю глаз с… с приятеля.

– Похвально. И где он теперь?

Банщикову показалось, что его саданули кулаком в живот.

– Юрий Викторович? – спросил он.

– Я жду ответа, – холодно напомнил голос.

– Он поехал в Дакар на встречу с известным вам барменом, – заговорил Банщиков быстрее. – Все под контролем. Мое присутствие на месте совершенно не обязательно.

– Это вы так считаете.

– Не зли его, – прошипела Людмила. Ее лицо блестело от крема, а волосы были тусклыми, как пакля.

«Развестись бы», – тоскливо подумал Банщиков.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Пока нет, – успокоил его Куратор. – Но непременно случится, если вы не начнете выполнять свои обязанности должным образом. Вы отдаете себе отчет, чем это вам грозит?

– Отдаю, – промямлил Банщиков.

– Тогда не допускайте ошибок. Войдите к Юрию Викторовичу в доверие, сопровождайте его повсюду, не оставляйте его без присмотра.

– Но он не желает брать меня с собой. Забрал ключи от машины, издевается.

– Он опасный человек, – подсказала Людмила.

– Он опасный и страшный человек, – подхватил Банщиков. – Видели бы вы, как он разделался с этим черным парнем возле бара…

– Вы еще не видели по-настоящему опасных людей, – сказал Куратор. – Вы не представляете, как ловко они управляются с противниками. Одно движение – и вас нет.

– Меня?

– Я образно выразился. Не бойтесь. Пока вы лояльны, вы нам нужны. А пока нужны, мы будем оберегать вас.

– Как зеницу ока, – мрачно пробормотал Банщиков.

– Мне не нравится ваше настроение, – заметил Куратор.

– Мне оно и самому не нравится.

– Тогда поменяйте его. Нам нужны энергичные, работоспособные сотрудники, а не меланхолики, впадающие в депрессию.

«Никуда я не впадаю, – подумал Банщиков. – Я попросту не вылезаю из депрессии в последнее время».

– Все нормально, – сказал он в телефон.

– Отлично, – похвалил его Куратор. – Итак, сосредоточьтесь на деле. Чем плотнее вы будете опекать Юрия Викторовича, тем сложней ему будет добиться успеха. А как только он потерпит фиаско, ваша миссия будет считаться завершенной. Отдых не за горами. Только не раскисайте и не вешайте руки.

– Нос, – машинально поправил Банщиков.

– Что?

– Вешают нос. Руки опускают.

– Это не имеет значения, – заявил Куратор. – Главное, чтобы у вас не падало и не опускалось ни то, ни другое. Работать, работать и еще раз работать!.. Так, кажется, говорил ваш великий вождь пролетариата.

– Он учиться призывал, – пробормотал Банщиков.

– Однобокий подход. Необходимо учиться и работать, работать и учиться. Тогда и толк будет, согласны?

Людмила выбралась из постели и направилась в ванную комнату, шаркая босыми ногами. Эта привычка расхаживать по гостиничному номеру без тапок ужасно раздражала Банщикова. Обутая жена раздражала его тоже. Позарившись на деньги, она подставила супруга и, в случае чего, не отправится за ним в Сибирь. Ни пешком, ни поездом, ни обутая, ни босая.

– Я не услышал ответа, – сказал Куратор.

Банщиков поспешил заверить его:

– Согласен.

– Тогда действуйте.

«Всегда готов!» – прозвучало в мозгу Банщикова. Формула из далекого пионерского детства, когда маленький Петя мечтал стать вовсе даже не шпионом, а пограничником, который этих самых шпионов ловит. Увы, обратной дороги нет.

– Вас понял, – отрапортовал Банщиков по-военному.

– И вот еще что, – задумчиво произнес Куратор. – Юрий Викторович явно неравнодушен к женскому полу. Попробуйте сыграть на этом.

– Я? Как-то даже странно слышать такое. Женский пол! – Банщиков почувствовал, что краснеет. – Я-то здесь при чем?

Телефонная трубка разразилась сухим смехом.

– Успокойтесь, никто вас не подозревает в нетрадиционной сексуальной ориентации. Но вы ведь женаты, так? И ваша жена – достаточно молодая и интересная женщина.

– Я не собираюсь подкладывать ее в постель Нолину! – возмутился Банщиков. – Ни ему, ни кому-либо другому. Это нонсенс. Вы требуете от меня невозможного!

Он злобно посмотрел на Людмилу, которая вернулась в комнату и с живейшим любопытством ловила каждое слово. Уж ее-то не составило бы труда уговорить переспать с Юрием Викторовичем. Уж она-то приложила бы все силы, чтобы доказать свою лояльность ЦРУ.

– Я не требую, – сказал Куратор. – Я советую. Вовсе не обязательно доводить флирт до… м-м… конца. Но воспользоваться женскими чарами было бы нелишне.

– Лишне, – отрезал Банщиков.

– Не заводись, – прошептала Людмила, предостерегающе округлив глаза.

– Закрой рот.

– Что вы сказали? – недоверчиво переспросил Куратор.

– Это я не вам, – поспешил объясниться Банщиков. – Жена мешает. Сами знаете этих женщин. Всюду суют свой нос.

– Что бы ты без меня делал, пентюх! – воскликнула Людмила.