Ей прописали смерть - Юлия Алейникова

– Я сейчас же позвоню Вике! – Катя схватилась за телефон. – Не отвечает, – растерянно сказала она спустя пару минут.

– Это не показатель. Только психи говорят по телефону из-за границы. Позвони ее матери. Спроси, когда Вика последний раз связывалась с ней. Только осторожно. Не напугай, – посоветовала Амалия.

Катя согласно кивнула.

– Мать говорит, Вика ей ежедневно пишет, – отчиталась она, закончив разговор.

– Пишет?

– Эсэмэски.

– Ясно. Писать их может кто угодно. Когда она должна вернуться?

– Я не спросила, но, кажется, через неделю, – дрожащим от волнения голосом проговорила Катя.

– Так. Подведем неутешительные итоги. Три трупа, одна раненая, одна пропавшая, и ты на закуску. Неплохой размах, – задумчиво проговорила Амалия, беря с тарелки яблоко и хрустко вонзаясь в него зубами.

Все-таки это удивительно, насколько ее психика нечувствительна к стрессам, подумала Катя, глядя на подругу, которая не теряла аппетита и присутствия духа в любых обстоятельствах.

– Девочки, а может, вам этого остеопата тряхнуть, а я вас подстрахую, – предложил с горящими глазами деда Ваня, чем еще больше встревожил Катю.

Прожив всю свою жизнь в нормальной, среднестатистической семье, Катя привыкла к нормальным, среднестатистическим реакциям окружающих. А среднестатистическая реакция такова, что все ее родственники и знакомые в данных обстоятельствах в один голос потребовали бы немедленно обратиться в полицию, дабы этим делом занялись профессионалы. Уполномоченные и вооруженные. А деда Ваня с каким-то пугающим энтузиазмом посылает родную внучку на встречу с предполагаемым убийцей, да еще и о какой-то страховке толкует. Кате в который уже раз пришла в голову мысль, что у славного дедушки начался, и не просто начался, а усиленно прогрессирует старческий маразм. Бедняга не отличает явь от телевизионного вымысла.

– Какая подстраховка? – с сожалением переспросила Катя, выразительно глядя на Амалию и представляя деда Ваню, прячущегося в темноте под лестницей с бердышом наперевес. Почему воображение подсунуло ей именно эту картинку, сказать было сложно.

Но Амалия восприняла дедушкино предложение как должное и никакой тревоги не выказала.

– Вы пойдете к остеопату, – тем временем любезно объяснял Кате дедуля, – естественно, предварительно сообщив мне адрес. Когда будете входить в его квартиру, позвоните мне, я засеку время, если спустя двадцать минут от вас не будет звонка с кодовым словом, я позвоню Володе Сидорову, и он пошлет наряд по нужному адресу, и сам, конечно, подъедет.

– Молодец, дед. Так и сделаем, – согласилась Амалия.

– А кодовое слово зачем? – спросила Катя с недоумением.

– Для уверенности, что вы совершаете звонок не под давлением преступника, – хитро подмигнул дедуля.

Катя, пытаясь вычленить главное из услышанного ею откровенного бреда, зацепилась за логическую и очевидную, на ее взгляд, странность.

– Почему мы должны идти к нему домой? В клинике безопаснее, там народу много, и потом, я адрес его не знаю, – обратилась Катя к двум своим чокнутым соратникам.

– В клинике при свидетелях он не раскроется, и весь смысл нашего визита пропадет, – с сожалением взглянула на Катю Амалия. – Только спугнем преступника.

– К тому же ваш визит домой будет для него полной неожиданностью. А это немаловажный фактор, – глядя на Катю поверх очков, добавил дедуля, отчего у Кати окончательно пропала вера в себя, а ее самооценка понизилась до минимально допустимого уровня.

– Но я адреса его не знаю, – промямлила она, уже понимая в душе, что визита к Александру Вадимовичу избежать не удастся.

– Пустяки. Сейчас по базе пробьем, – пожала плечами Амалия и направилась к компьютеру.