Ей прописали смерть - Юлия Алейникова

Никита после ухода отца быстро повзрослел, почувствовав себя единственным мужчиной в семье, и во многом благодаря ему младший Илюшка смог поступить в университет и полностью отдаться учебе. Потому что Никита отдавал семье львиную долю дохода, отказывал себе во всем и даже не заводил близких отношений с девушками из соображений экономии.

И вот, когда младший брат встал на ноги и, как рассказывала Галина Семеновна, после окончания магистратуры смог найти себе интересную работу в одной из крупных европейских корпораций, Никита заболел. Заболел тяжело и скоропалительно.

И сама Галина Семеновна, и ее сыновья всегда были вежливы и приветливы с соседями, но близких отношений ни с кем не поддерживали. А потому Вера точно не знала, как случилось, что у взрослого, с виду здорового парня вдруг обнаружили гемолитико-уремический синдром, довольно редкое, особенно у взрослых людей, заболевание почек, но, когда болезнь все же диагностировали, состояние у Никиты было уже тяжелое. У парня развилась почечная недостаточность, а это означает утрату почечной функции на восемьдесят пять – девяносто процентов. Ему регулярно проводили сеансы диализа и поставили в очередь на пересадку почки.

Но пересадка донорского органа – операция слишком рискованная, да и донорского органа можно дожидаться не один год. За границей операцию по пересадке можно было провести немедленно, но в этом случае единственным возможным донором для него был брат Илья, а на это Никита категорически не соглашался. В конце концов мать с Ильей уговорили Никиту, но операция, как известно, требует денег, и не малых, а их в семье и так не хватало. Галина Семеновна уволилась из банка, чтобы ухаживать за сыном, и теперь перебивалась работой надомного диспетчера. Илья за границей экономил, как мог, чтобы помогать матери с братом, болезни в нашей стране, как известно, «удовольствие» не дешевое. О том, чтобы накопить на операцию, и речи не шло. Время поджимало, денег не было, выхода тоже. Галина Семеновна чахла день ото дня, и Вере было от души жаль эту женщину, она пыталась помочь им найти средства в известных ей благотворительных фондах, но из этого пока что ничего не вышло. Там, оказывается, тоже была своя очередь.

Так что сегодня, увидев, как в ответ на ее дежурный вопрос загорелись глаза соседки, Вера невероятно удивилась.

– Илюша звонил. Он деньги нашел и клинику! Мальчик на новую работу устроился, и один банк согласился дать ему ссуду, этих денег должно хватить на операцию! Он уже и клинику в Германии нашел, и с врачом встречался, анализы наши и снимки, заключения показывал. Я сейчас визы оформляю, как только документы будут готовы, вылетаем! – В глазах Галины Семеновны стояли невыплаканные слезы надежды.

Вера, от всей души пожелав соседке удачи и скорейшего выздоровления ее сыну, ткнула кнопку дверного звонка и через минуту наконец-то опустила тяжеленные пакеты на пол в прихожей.

– Что так долго, Верочка? – строго спросила Татьяна Николаевна, внимательно вглядываясь в бледное от усталости лицо дочери.

– Да дежурство было беспокойное. Сперва пациенты, потом из полиции парень приходил. Два часа ночи, только покой наступил, я как раз вздремнуть собралась, здрасте, пожалуйста. В морге тело женщины опознали, ее к нам пару дней назад прямо с улицы привезли. К сожалению, поздно. Ни документов, ничего. А сегодня ночью ее какие-то знакомые с полицейским разыскали. И именно среди ночи. Дня им мало. Пока я с ними беседовала, весь сон прошел, а потом… Ой, мам, сегодня же ночью Алку Хорошевцеву привезли по «Скорой»! – сообразила Вера, что чуть не забыла о самом главном.

– Аллу? – всплеснула руками Татьяна Николаевна, знавшая Верину подругу еще школьницей.

– Ну да. Лекарствами, дуреха, отравилась. Еле откачали. Давление почти на нуле было.

– Да что же она, взрослая вроде бы девица, не знает, что с лекарствами аккуратнее надо быть, не есть лишнего?

Маме явно хотелось всесторонне обсудить тему Алкиного отравления, но у Веры сил на общение уже не было, поэтому, чмокнув маму в щеку и пообещав рассказать обо всем позже, она уже без всякого душа отправилась спать, едва не забыв предупредить, что Димка домой придет поздно. Отец везет его после школы на соревнования, а потом они, наверное, пойдут где-нибудь перекусят.

До комнаты ей добраться не удалось, дверной звонок возвестил о появлении гостя.

– Ну, кто еще? – страдальчески спросила Вера, направляясь к двери.

На пороге стоял бывший муж.

– Андрей? Ты как здесь? – изумилась Вера, запуская бывшего в квартиру.

– Извини, разбудил тебя? С дежурства? – чмокая ее в щеку, спросил Андрей, входя в квартиру.

Как это ни странно, отношения у них после развода сохранились безоблачные, так что Верина мама иногда даже робко спрашивала Веру, а не стоит ли им с Андреем опять сойтись. На что Вера неизменно отвечала: «Давай не будем портить то, что и без того хорошо».

– Да нет. Не разбудил, только вошла, но сейчас точно на ходу усну. А ты чего пришел?

– Димка позвонил, забыл дома форму, балбес. Вот решил заскочить, пока сам помню. А чего ты так поздно с дежурства? ЧП какое-нибудь?

– Нет. Все в порядке, иди на кухню, тебе мама все расскажет. Заодно чаю попьешь, – предложила Вера, теперь уже решительно и бесповоротно отправляясь спать.

– Нет уж, голубушка, пойдем вместе. Заодно позавтракаешь. На сытый желудок сон слаще, – не отпустил бывшую супругу Андрей. – Я уверен, что Татьяне Николаевне известно слишком мало. А ты знаешь, до чего мы оба любопытные.

– А к ней еще из полиции сегодня приходили! – крикнула с кухни Татьяна Николаевна, давая понять, что крайне не удовлетворена полученной скудной информацией и Вере придется отчитаться о дежурстве во всех подробностях.

– Ладно уж, – сдалась Вера. – Но за это ты пойдешь послезавтра со мной на свадьбу к Наташке Семеновой. А то одной идти несолидно.

– Она снова женится? – мужественно выдержал удар Андрей, с молодости ненавидевший свадебные банкеты.

– Представь себе, и Алка должна была быть у нее свидетельницей, – сообразила только сейчас Вера. – Интересно, как они теперь выкрутятся?

– Да никак, – усмехнулась Татьяна Николаевна. – Вскочит твоя Аллочка с кровати и помчится на свадьбу. Уж она такого случая покрасоваться не упустит. Наверняка у нее платье шикарное давно готово.