Ей прописали смерть - Юлия Алейникова

Да. А ведь все с Вики началось, просочилась в Катино сонное сознание первая здравая мысль. Она подслушала разговор Александра Вадимовича с приятелем и пристроила Катю в группу. Катя выпрямилась и открыла глаза. За окном по-прежнему валил снег, но спать уже не хотелось. А ведь Вика накануне отъезда говорила Кате по телефону, что что-то выяснила про эту группу, но не смогла рассказать, а потом срочно уехала. Чуть ли не ночью.

У Кати было чувство, что сейчас она поймет что-то очень важное. Чтобы не спугнуть мысли, Катя зажмурилась и потерла виски, сильно, сильно. Так, так, так. Ее записала Вика, потому что Вика подслушала разговор, а потом что-то выяснила у Александра Вадимовича. Но ведь для этого она должна была рассказать ему, что Катя участвовала в испытаниях лекарства, изобретенного приятелем остеопата.

После этого она уехала, а Катя оказалась у Амалии. Катя чувствовала, как ее мыслительный процесс начинает набирать обороты и вот-вот выдаст ожидаемый результат, но дождаться его Кате было не суждено, потому что в комнату ворвалась Амалия, стремительно распахнув дверь и оглушительно грохнув ею о косяк.

– Вовка Сидоров звонит, спроси, что ему надо, – протянула подруга телефон.

Катя досадливо удивилась, почему Амалия сама не ответила на звонок, а притащила телефон ей. Ответить по чужому телефону для бестактной Амалии было вполне естественно, а сейчас еще и уместно как никогда. Но разбираться в мотивах чужих поступков было некогда, потому что телефон продолжал настойчиво трезвонить. И Катя, взяв у Амалии мобильник, ответила наконец на вызов.

– Алло? – проговорила она и, не дожидаясь ответа Володи, включила громкую связь. Было очевидно, что Амалия пересказом разговора не удовлетворится, а потому чего резину тянуть?

– Кать, привет, это Володя, – пробасил в трубку бывший однокашник. – Ты чего завтра вечером делаешь?

– Не знаю пока, а что?

– Пошли со мной на новогодний вечер. Начальство велело всем быть и в обязательном порядке в сопровождении красавиц. Других на праздник не пустят, – неловко отвесил комплимент Володя.

– В отличие от тебя, Сидоров, Кате некогда по праздникам болтаться, у нее дела есть поважнее, – влезла в разговор Амалия, раньше чем Катя успела рот открыть. И, между прочим, она собиралась согласиться. Катя почувствовала, что начинает злиться на Амалию, которая самым наглым образом вмешивается в ее личную жизнь. Хотя не имеет никакого на это права, потому что Катя оплатила ее услуги через кассу, а следовательно, является Амалиным работодателем и вполне может диктовать собственные условия, а не наоборот! Катя уже набрала в грудь воздуха, готовясь поднять бунт, но не успела, поскольку между Амалией и Сидоровым уже завязался диалог.

Вот именно, диалог, надулась Катя, ругая себя за преступную бесхарактерность и инертность. Вот Амалия везде вперед всех влезть успевает.

– Змеюкина, неужели снова ты? Вы что, теперь не расстаетесь?

– Угадал, – язвительно пропела Амалия, и Кате даже померещилась некая игривость в этом «угадал», но она тут же отогнала неуместные фантазии. Амалия ни с кем не заигрывает, она распоряжается. – У Катьки ремонт, она сейчас у меня живет.

Кате показалось, что Володя несколько разочарованно вздохнул. Но потом его, по-видимому, посетила свежая идея, потому как он бодрым, полным оптимизма голосом предложил:

– А пошли втроем? Представляю, как мне мужики обзавидуются, у всех по одной даме, а у меня сразу две.

– А не лопнешь от такого счастья? – не преминула набить себе цену Амалия.

– Как-нибудь справлюсь. Танцы, концерт и угощения гарантирую, – на всякий случай провел рекламную акцию Володя.

– Ладно уж, так и быть. Во сколько и где?

– Я заеду за вами в половине седьмого.

– На трамвае? – съехидничала в очередной раз Амалия.

– На такси.

Катя не верила своему счастью. Она все же пойдет на новогодний вечер, и даже с кавалером. Потому что, строго говоря, Володя пригласил именно ее, а не навязчивую Змеюкину.