Мужчина, которого предала женщина - Владимир Колычев

Снова небо затянуто тучами, снова дождь треплет нервы. Не любил Валентин сырость, но справедливости ради все же нужно было признать, что ненастье им с Юрой на руку. Прохожие под зонтиками, и смотрят они больше себе под ноги, чем на встречных людей. Им бы в лужу не наступить, а до беглых зэков нет никакого дела.

У Медника ветровка, капюшон закрывает чуть ли не половину лица. В таком виде его никто не узнает. А Валентину и вовсе бояться нечего. По телевизору его не показывали, а ориентировка может быть только у ментов, которых как будто дождем смыло. Городок небольшой, провинциальный, церкви с золотыми куполами, старинные купеческие дома, фрагменты булыжной мостовой. Скучный провинциальный дух, серые постройки, главпочтамт с несмываемым лозунгом далекой советской поры, унылый двухэтажный магазин без единой рекламной вывески. Один только Сбербанк напоминал современное здание – яркая черепичная крыша, пластиковый сайдинг, мраморное крыльцо с хромированными поручнями. Но это заведение Валентина не волновало, его задача – пройти в магазин и сделать покупки по списку, который составил Цаплин. Медник должен был остаться на улице. Он прикрывает Валентина, и светиться в магазине ему совсем не обязательно. И еще он поможет унести покупки. Если, конечно, все будет в порядке.

Здание Сбербанка примыкало к магазину, возле него Медник и остановился.

– Давай иди, я тебя здесь подожду, – сказал он, скосив глаза в сторону мраморного крыльца.

– Что ты задумал?

– Да ничего… Ну, если вдруг…

– Что если вдруг? – внутренне напрягся Валентин.

Ему совсем не нравилось поведение Медника, его азартность, с которой он рассматривал припаркованную к зданию четырехдверную «Ниву» белого цвета.

– Давай, давай, – поторопил он Валентина и, сделав пару шагов назад, втянулся в узкий проход между двумя зданиями.

С крыш струилась вода, заливая его, но Юра не обращал на это внимания. Мокрый воды не боится.

Валентин недовольно поджал губы и направился в магазин. Он зашел в зал, где пахло свежей резиной, и нос к носу столкнулся с человеком в черной униформе и нагрудной нашивкой «Инкассация». Командирский ремень, кобура с пистолетом. Мужчина очень торопился и, обогнув Валентина, толкнул его в плечо. Извиняться он не стал, за что, возможно, и поплатился: из-под мышки у него вывалился блок сигарет, и ему пришлось нагнуться, чтобы поднять его. Валентин поймал себя на желании дать ему пинка под зад, чтобы впредь не толкался.

Инкассатор продолжил путь, а Валентин какое-то время смотрел ему вслед. Потому и увидел через стеклянные двери, как, оказавшись на крыльце, он стал вдруг вытаскивать из кобуры пистолет. Он собирался стрелять, и понятно в кого…

Мужчина взял пистолет в правую руку, поддерживая ее левой, но прицелиться не успел. Выскочив на крыльцо, Валентин наотмашь ударил его рукой в основание черепа. Инкассатор без чувств завалился на бок, пистолет выпал из разжатой руки, со стуком покатился вниз по ступенькам. Валентин растерянно посмотрел на бесчувственного, а возможно, и мертвого человека, не в силах поверить, что это его рук дело. Как будто во сне все это с ним происходило, и ему нужно было только напрячь сознание, чтобы выбраться из этого кошмара.

– Ну чего стоишь? – заорал на него Медник.

Только сейчас Валентин заметил его. Юра стоял у «Нивы» за открытой водительской дверцей, рукой подзывая к себе. Возле машины на тротуаре безжизненно лежали два инкассатора в униформе.

– Быстрей!

Очередной окрик растормошил его; он бросился к машине, но, наступив на лежащий пистолет, едва удержался на ногах. Равновесие он восстановил, пистолет подобрал и со всех ног побежал к «Ниве».

Он забрался на переднее пассажирское сиденье. Еще не успел закрыть за собой дверцу, как машина сорвалась с места. Глянув назад, он увидел, как на крыльцо банка выбегает человек в униформе, лихорадочно вынимает радиостанцию из накладного кармана куртки, что-то кричит, махая рукой в сторону отъезжающей «Нивы».