Мужчина, которого предала женщина - Владимир Колычев

– Значит, нож к горлу приставил? – недоверчиво спросил Теплов.

– Ага, по всем правилам, – кивнул Варенцов. – Правда, сил у меня не было, на ногах еле держался…

– Дело не в том, что ты на ногах еле держался. Дело в том, что он твоего ножа не испугался.

Теплов подошел к Валентину, протянул ему руку:

– С боевым крещением тебя, парень.

Медник последовал его примеру.

– Самого Варенцова через бедро… Круто!

Цаплин ничего не сказал, но на Валентина посмотрел ободряюще. Дескать, так держать.

Катерина в разговоре участия не принимала. Молча возилась у плиты, накрывала на стол, а потом вдруг исчезла вместе с Казымовым.

– И увел татарин русскую деву в полон, – обращаясь к Валентину, прокомментировал Медник. – И потребовал с нее дань… А если серьезно, ты на него не обижайся, приревновал он тебя к своей Катерине. Когда уходил, ничего, а потом вдруг торкнуло, что ты с ней замутить можешь, ну, как мужик с бабой… А что, парень ты видный.

– Не было ничего.

Валентин смотрел на Юру хмуро, но внимательно. Уставший у него вид, помятый, но это неудивительно. Потом от него несет, табачным дымом. Сам он не курил, но этим баловался Казымов. И еще бензином от него пахло…

– Да ты не переживай, они там сами разберутся, было что или не было.

– А я говорю, не было… В машине возвращались? – спросил Валентин.

– Да, в машине. На берегу в кустах стоит. А что?

– Старенькая машина, да?

– Ну, не новая. «Уазик», хорошая машина, проходимость отличная… А ты как догадался?

– Бензином от тебя пахнет… И табаком. Салон закрытый, да?

– Слушай, да ты успехи делаешь, – в одобрительном жесте вытянул губы Медник. – Растешь прямо на глазах. В следующий раз, глядишь, с собой на дело возьмем…

– А разве вы в Москву меня не берете?

– В Москву?… В Москву возьмем. Но мы тут подумали, что для Москвы денег маловато. Каких-то сто сорок штук взяли.

– А если поподробней?

– Секретная информация.

– А кто ее рассекретить может? Цаплин? – невесело спросил Валентин.

Ему по-прежнему не доверяли, и он это чувствовал. Сколько времени прошло с тех пор, как появились разведчики, а ему никто так и не сказал, как прошла их, так сказать, расчетно-кассовая операция.

– А ты что, повелся? – засмеялся Медник, запанибратски хлопнув его по плечу. – Ничего секретного. Потому что трупов ноль. Грамотно сработали. Они кмашине шли, амы из-за кустов… Почти сутки в кустах пролежали. С маскировкой долго соображали, но ничего, нормально все. Люди мимо проходили, а один через кусты продирался, на руку мне наступил, и ничего, никто ничего не заметил. А потом раз – и в дамки. Извольте денежки, господа инкассаторы!.. Правда, денежек с гулькин хрен. Столько сил потратили, нервов, а наварились так себе. Но ничего, два «Ижа» взяли, это типа «Макарова», мы их еще мухобойками называем. Какое-никакое, а оружие…

– Оружие, говоришь… Маскировка, грамотно сработали… – в раздумье, отрешенно проговорил Валентин.

– А что-то не так?

– Да нет, все так… А инкассаторов как положили?

– Как-как? Молча. Говорю же, они даже пикнуть не успели… Там парк возле банка, забор высокий, но ты же знаешь, для нас это не преграда…

– И далеко это было?

– Ну, в городе. Сто километров отсюда… Ты что, из передачи «Хочу все знать»?

– Нет, просто интересно.

– Интересно тебе с Ильей будет. Он, кстати, поговорить с тобой хотел.

– Чего ему нужно? – насупился Валентин.

По собственному опыту он уже знал, что разговор с командиром ничего хорошего ему не сулит. Или обвинит его в сотрудничестве с ментами, или устроит какую-нибудь провокацию. В лучшем же случае отправит в ночь огород копать или белье полоскать…

На ужин Катерина подала борщ, а ребята выставили на стол красную икру в баночках, колбасу от вареной до сырокопченой, сыр, фрукты, французский коньяк.

– Мы, Катерина, бедствовать теперь не будем, – заявил Казымов.

– Не будем, – поддержал его Цаплин. – Мы, Катерина, работу нашли. Уголь на товарной станции разгружать будем. Не каждый день, конечно…

– Хорошо устроились, – насмешливо скривила губы женщина. – Уголь разгружать, лапшу загружать. Не надо мне лапшу на уши вешать. Знаю я, какой у вас там уголь!.. Никого не убили, нет?

Цаплин свирепо посмотрел на Валентина, и ему пришлось напрячься, чтобы выдержать его взгляд. А он должен был его выдержать, потому что ему надоело быть мальчиком для битья.

– Я ничего никому не говорил, – предвосхищая резкий вопрос, сквозь зубы сказал он.

– Не говорил, – подтвердила Катерина.

– А может, все-таки?… – спросил Казымов.

Он уже не смотрел на Валентина, как на врага народа, но еще чувствовалось отчуждение в его взгляде.

– Я сама слышала, как ты с Ильей говорил, – покачала головой Катерина. – Дом у меня небольшой, комнаты маленькие, все слышно… Никого не убили, спрашиваю?

– Нет. Нормально все. Обошлось без жертв. И денег много взяли, – сказал Цаплин.

– Разведка – дело серьезное, – сказал Валентин.

Капитан выразительно посмотрел на него.

Дескать, булькать в лужу команды не было.

– В засаде долго находились, по всем правилам, инкассаторов бесшумно сняли, да?

Теплов положил вилку, с недоумением глядя на Валентина. Казымов и вовсе смотрел на него с открытым ртом.

– Это ты о чем, парень? – неприязненно спросил Цаплин.

– О том, что разведка как надо сработала.

– Это плохо?

– Не знаю… Не видел, как вы там сработали… Зато у ментов картинка есть. А там не дураки работают, поймут, что инкассаторов спецназовцы сделали… Еще раз пробьют ваши связи, может, по Катерине какая-то информация всплывет, ну, по ее мужу. Кто-то вспомнит, с кем Иван в плену был, кто-то скажет, к кому он потом ездил…

Какое-то время Цаплин молча и озадаченно размышлял, наконец, скривившись, спросил:

– Думаешь, ты один у нас такой умный?

– Я не умный, – дерзко ответил Валентин. – Был бы умным, промолчал.

– Но ты же не промолчал, – спокойно, даже благодушно сказал Теплов.

– Потому и дурак, – кивнул Юра. – Кстати, Валек у нас дурак с офицерским званием. Лейтенант запаса, между прочим… Да и не дурак он у нас, если кто не знает…

– Не дурак, – поддержал его Варенцов. – А за лейтенанта выпить надо. Я, кстати, тоже лейтенант… Старшего так и не получил…