Джентльмены неудачи - Мария Жукова-Гладкова

– Приведения ведь из параллельного мира, – серьезно сказал Сергей. – Значит, как инопланетяне. В некотором роде. Я читал у Юльки. Ну, не у нее самой, а парень там у них в еженедельнике пишет. Надо бы у него уточнить. Можно Юльку попросить. Но я точно помню: привидения – это не успокоившиеся души…

– Вы что, оба с катушек съехали? – рявкнул Ящер. – Пить надо меньше!

– А если тут и в самом деле есть привидение? Живет тут и пугает незваных гостей? – спросил Неандерталец. В его голосе слышалась неуверенность.

Ответить никто не успел. Прогрохотал выстрел. Мне показалось: весь дом содрогнулся…

– Юля, что это?! Что здесь происходит? – Татьяна прижалась ко мне.

– Сиди тихо! – приказала я ей.

Внизу творилось что-то невообразимое. Прогрохотал еще один выстрел. Потом трое наших друзей с воплями дом покинули – рванули так, что только пятки засверкали. Сергей продолжал орать. Потом он резко заткнулся. Видимо, кто-то из сообщников ему врезал.

Татьяна поднялась во весь рост и высунулась из окна.

– Вон, привидение! – на всю округу раздался Серегин вопль. – В окне!

Татьяна быстро присела, чтобы ее не увидели Ящер с Неандертальцем. Пусть считают, что у Сереги поехала крыша.

А парни-то, первыми прибывшие в дом, – не промах. Мои мысли перескочили на них. Пока эти три придурка выясняли отношения, те двое пришли в себя и сумели тихо выбраться из подпола, подвала или что тут есть под домом. Как бы они не добрались до нас!

– Ты как? – послышался мужской голос внизу. – Я кого-то из них ранил. Вон, кровь осталась… И след кровавый. Жаль, не пристрелил.

– И куда бы мы потом труп дели? – спросил другой голос, который мне уже доводилось слышать.

– Это Олег, что ли? – прошептала мне в ухо Татьяна, узнавшая нашего знакомого первым. – Он тут как – по поручению Сухорукова или по собственной инициативе?

«Значит, второй, по идее, – Комиссаров», – решила я. Его голос мы с Татьяной не признали. Сегодня днем слышали, как он природой восторгался, но не запомнили.

– Ты думаешь, что здесь проблема – от трупа избавиться? – хохотнул внизу Комиссаров. – Тебе газ, наверное, в башку сильно ударил. Вон, лес же рядом. Да и тут можно было бросить. Думаешь, органы сюда нос суют? Да даже местные этого дома боятся. Ящер – сволота… Но мы сами виноваты. Надо было кому-то на шухере стоять. В следующий раз будем умнее. И палить по ним без предупреждения, чтоб не повадно было… Жаль, ранение несерьезное… Раз он побежать мог… Или это от шока? – продолжал размышлять вслух Комиссаров. – Люди в состоянии шока, как я слышал, и сами ходят раненые, и обгоревшие до кареты «Скорой» дойти могут. Вот был случай…

– Леха, может, не полезем больше сегодня? Как-то мне после этого газа… Думаю, они сюда больше никогда не сунутся.

– Сегодня не сунутся, – высказал свое мнение Леха. – А вот завтра сунутся. Залижут раны – и придут. Но радуйся – мы на правильном пути. Сухоруков знает, что говорит. Не просто же так мы с этими идиотами тут встретились. Значит, здесь.

– А если они тоже ищут? И места точного не знают?

– Ты слушал, что Сам говорил? Татаринов знает. Он – единственный живой, кто знает. Хотя он может этих двоих за нос водить… То-то он про привидение заливать стал… Какие, на фиг, привидения?

– Неандерталец тоже что-то видел…

– А ты ничего, случаем, не видел? По башке ему дали – серебряный свет и померещился. Татаринов играл на публику. Ладно, хватит трепаться. Кто идет в подвал: ты или я?

– Ты иди, – пробурчал Олег. – А по-моему, все без толку…

Судя по звукам, он сел то ли на пол, то ли на ступеньки и тяжело вздохнул. Комиссаров выматерился, оставил оружие Олегу, велел стрелять по всем движущимся объектам без предупреждения, в том числе по привидениям, а сам снова полез в подвал.

Татьяна толкнула меня локтем в бок.

– Давай паука спустим, – предложила она шепотом.

– Олег же не женщина, – заметила я.

– Все равно.

Мы с соседкой сняли плащи, быстро сложили их и убрали в пакеты. Если «свечение» со временем пропадает, надо одежки поберечь. Неизвестно ведь, сколько раз нам еще придется выступать в роли привидений. Татьяна извлекла из авоськи каучукового паука на разматывающейся веревочке, проследовала к ближайшему к лестнице окну и спустила паука так, что он плюхнулся на подоконник, вернее, на нижнюю часть оконного проема. Никаких подоконников и карнизов тут не было.

– Ой, что там? – шепотом произнес Олег.

Он поднялся и пошел к месту приземления паука, направил на него фонарик. Татьяна слегка дернула за нить, заставляя паука двигаться.

– Господи! – прошептал Олег. – Ну и тварь! Леха!

Судя по звуку удаляющихся шагов, Олег отправился за напарником. Потом мы услышали его возбужденный голос:

– Слышь, там такая тварь прилетела! Сидит на окне. Пойди посмотри. А вдруг ядовитая? На кого похожа? А фиг ее знает! Мышь вроде летучая. Говоришь: пусть сидит? А если укусит? Я тут про клещей читал… Где-где! В газете! Говорили: прививки надо делать. А я не сделал. Ты сделал?

Судя по всему, Олег Комиссарова уже достал. Тот выскочил из подземелья и заорал не своим голосом:

– И тебе, и Татаринову надо от кретинизма прививки делать! Ну, показывай свою тварь! Я ее сейчас придушу! Или пристрелю! Тебе автомат зачем даден? Показывай!

Но паука на месте уже не было. Мы на третьем этаже давились со смеху.

– Но сидела она тут! Видишь: пыль вытерта. Улетела значит.

Комиссаров еще раз смачно выругался, потом сказал, что, по всей вероятности, в подвале тут ничего нет. Зря газом только надышались. Но, с другой стороны, день прошел не зря: кого-то из конкурентов они подстрелили. Затем Комиссаров объявил, что они должны связаться с Самим и отчитаться о сегодняшней работе. Насчет Татаринова и Ящера лично Комиссарову никаких указаний дано не было, но раз они пребывают поблизости, может, стоит их в плен взять? Татаринова в особенности. Допросить с пристрастием. Пусть место показывает, а то зачем им рыскать по округе, когда знающий человек есть?

– Ладно, хватит на сегодня раскопок. Поехали на базу.

И Олег с Комиссаровым особняк покинули. Комиссаров насвистывал что-то веселенькое, Олег молчал. Вскоре мы услышали, как завелся мотор машины, свет фар прорезал ночь, и парни уехали.

Мы подождали еще немного, потом Татьяна спросила, что будем делать мы. Я предложила все-таки слазить в подвал. Однако кому-то из нас двоих следовало остаться на шухере: мало ли еще кого-то принесет, или Сергей с Ящером и Костей решат вернуться…

Мы спустились на первый этаж, освещая себе дорогу фонариками. Недалеко от входной двери в самом деле была кровь: бурые, уже подсохшие пятна… Дорожка кровяных капель вела на улицу. Кого-то определенно ранили, но кого? Было ясно одно: ранили несерьезно, раз человек смог убежать.