Живая вода мертвой царевны - Дарья Донцова

– Минуточку, я скоро вернусь, надо э… э… Ну… снять жилетку… Она бьет током… Понимаешь?

– Ага, – протянул парень.

Едва Антон покинул подъезд, как я вновь попыталась избавиться от жилетки и в очередной раз потерпела неудачу. Быстро натянула одежду, выпрямилась как струна и толкнула дверь подъезда. Антон небось захочет пригласить меня в кафе, я не откажусь, надо будет лишь следить за позой, ни при каких обстоятельствах не горбиться.

Очутившись на улице, я завертела головой в разные стороны, пару раз крикнула «Антон!» – и поняла, что кавалер уехал, забыв со мной попрощаться.

В первую секунду я разозлилась. Вот это красиво! Но потом гнев остыл. Парень решил держаться подальше от девушки, которая забежала в подъезд и сняла платье. Он посчитал меня странной особой, способной на эпатажные поступки.

Жилетка с утроенной силой долбанула меня между лопаток. Я ойкнула, выпрямилась и пошла к метро. Дурацкий у меня сегодня получается день, он полон одних разочарований, к тому же тянется, словно резиновый. Сейчас часы показывают всего без десяти пять, а кажется, уже неделя прошла после того, как я пила кофе на завтрак.

Роза обнаружилась на том же месте около стенда «Бак». Жилетку с меня стилист сняла быстро, протянула ее мне и сказала:

– Франсуа вспоминал про тебя, говорил: «Идеальная модель для показа макияжа. Никакой индивидуальности в лице, прекрасная фигура. Если она избавится от привычки горбиться, сделает карьеру в бьюти-мире». Ты его подарок хоть на час в день надевай!

– Она мне всю спину исколола, – пожаловалась я, пряча «сувенирчик» в свою сумку.

– Ради красоты нужно потерпеть, – назидательно произнесла Роза, – исправишь осанку и сделаешь карьеру в фэшн.

– Не стоит мечтать о несбыточном, – усмехнулась я, – с таким же успехом я могу хотеть стать президентом Марса.

– Жизнь длинная, – не сдалась стилист, – всякое может случиться, главное, верить: все лучшее впереди.

– Точно, – кивнула я, – даже я знаю, что скоро закончу институт и стану свободной. Спасибо тебе, я побежала по делам.

Я вышла на улицу, пошевелила плечами, вздохнула свободно. Так как, ехать мне к Орловой? Оставлять ей на кухне вторые ключи? Я миновала здание своего института и остановилась у киоска с газетами. Что происходит? Почему у меня на душе тревожно?

– Хорошо, что мы встретились, Козлова, – раздалось нежное сопрано, – я искала тебя в институте, но ты мне не попалась на глаза.

Я быстро обернулась и увидела Надежду Егоровну.

– Хотела извиниться за вчерашнее, – сказала мать пропавшего Славика, – ты мне помочь хотела, довела до остановки, а я впрыгнула в маршрутку и укатила, не поблагодарив тебя.

– Ерунда, – пробормотала я.

– Было нехорошо оставлять тебя одну вечером в неблагополучном районе, – продолжала Грачева, – еще раз прости!

– Все нормально, часто поздним вечером там ожидаю одна автобус.

– Молодой девушке не следует бродить без спутника, – печально произнесла «немка», – может случиться беда, как со Славиком.

Мне стало до слез жаль Грачеву, будь сейчас на ее месте студентка, я предложила бы ей прогуляться. Но Надежда Егоровна небось сочтет мое предложение фамильярностью.

– Ты уже домой, – спросила педагог, – или на работу?

– Сегодня не моя смена, – ответила я, – погода хорошая, в квартиру возвращаться неохота.

– Может, прогуляешься со мной? – неожиданно сказала Грачева.

– С радостью, – кивнула я, и мы медленным шагом двинулись по улице.