Живая вода мертвой царевны - Дарья Донцова

– Можно его погладить? – попросила я.

– Майкл, поздоровайся, – велела женщина.

Обезьянка послушно протянула мне лапку. Я хотела пожать тоненькие пальчики, но тут раздался скрип, вспыхнул яркий свет, и вагон остановился.

– Приехали! – бодро сказал механик. – Вылазьте. Понравилось?

– Даром выброшенная сотня, – немедленно заявила дрессировщица, – дешевый балаган.

– Вы первая, кто не оценил аттракцион, – покачал головой механик, – до сегодняшнего дня все в восторге корчились.

– Очень правильный глагол «корчились», – кивнула я.

Антон обнял меня за талию, чтобы помочь выйти из вагончика. Я ощутила пинок миазита, выпрямила спину и услышала тихое «ой-ой», произнесенное парнем.

– Не понял, – вдруг протянул Сергей Павлович, – мы где?

– Доброе утро, страна, – улыбнулся служитель, – закончилось путешествие. Вылазьте, у меня очередь стоит у кассы.

– Не понял, – повторил мужчина, – куда мы приехали? Вы же нас здесь в вагон усаживали!

Механик щелкнул языком.

– Здорово соображаете. Все правильно.

– И как я сюда вернулся? – растерянно бубнил командированный.

– Некоторые люди заигрываются в идиотов и полагают, что это очень весело! – фыркнула дама и, прижимая к себе Майкла, быстро пошла по улице в сторону автобусной остановки.

– Ау, дядя, – помахал рукой служитель, – вы в вагоне приехали. Неужели вы так напугались, что ум отшибло?

– Что, у вас метро кругом ходит? – взвыл командированный. – Я был в Питере, там все нормально. Сел в поезд, вышел где надо! А в этой чертовой Москве сплошные сюрпризы!

Я уставилась на покрасневшего от возмущения Сергея Павловича. Нет, он не шутит, на самом деле негодует.

– Метро? – повторил механик. – В смысле, подземка?

Сергей Павлович затопал ногами.

– Думаешь, раз я из провинции, так читать не умею? Шел с конференции, увидел ворота с надписью «Метрополитен путешествие», рельсы, вагон, людей и кассу. И что это, а? Эйфелева башня? Русским языком, красивыми буквами выведено ме-тро-по-ли-тен! Сто рублей за поездку взяли! Под кладбищем провезли, мимо могил с костями! Куда санэпидемстанция смотрит! Летучие мыши у вас там под потолком носятся, на головы пассажирам писают.

Я с изумлением слушала Сергея Павловича. Он не шутил! Бедолага принял аттракцион «Метрополитен путешествие» за городской транспорт. Смерть с лейкой он как следует не разглядел, решил, что над поездом парит летучая мышь. А вот череп его реально испугал.

– Нищих полно, – орал Сергей Павлович, – куда ваше руководство смотрит! Исхудали до костей, из одежды один пододеяльник! В вагон с обезьяной пускают!

– В «Пещере ведьм» нет мартышек, – возразил служитель, – они отсутствуют в сценарии.

– Я видел орангутангу лучше, чем тебя! – завизжал мужик. – Мало того что в антисанитарных условиях ехал, так еще и назад, к пункту отправления, доставили. Возвращай мои сто рублей, жулик, иначе президенту пожалуюсь!

Механик снял висевшую на поясе рацию и сказал:

– Кать, сейчас к тебе мужчина подойдет, верни ему сотню.

Сергей Павлович сделал шаг в сторону группы людей, желающих посетить «Пещеру ведьмы», остановился и с чувством произнес:

– Вот уж расскажу дома про ваши московские повадки!

– Что это было? – ошарашенно спросил механик, когда Сергей Павлович, убрав в кошелек сторублевку, удалился прочь. – Он того, да? Так напугался, что крышу потерял? Одного не пойму, где псих обезьяну увидел?

Антон обнял меня за талию.

– Пошли.

Я не люблю, когда парень на первом свидании распускает руки, поэтому сказала:

– Отодвинься. – И моментально выпрямила спину, спасаясь от щипка миазита.

– Вау! – протянул Антон. – Чем ты это делаешь?

– Что? – не поняла я, стараясь идти с идеально ровной спиной.

– Острым колешься, – упрекнул спутник, – я помог тебе из вагона вылезти, так меня по ладони шибануло, и сейчас опять!

Я остановилась.

– Я сделала тебе больно?

– Вроде уколола, – пожаловался Антон, потирая пальцы, – стоит к тебе прикоснуться, как бац, будто иголки в кожу впиваются.

– Это не миазит! – воскликнула я. – Его не может почувствовать другой человек.

– Мизизит? – переврал название болезни спутник.

– Подожди тут, – приказала я и занырнула в подъезд ближайшей пятиэтажки.

Француз-стилист сделал мне подарок, жилетку, которую я надела на голое тело. Роза что-то говорила про заряженную на год одежду и упоминала манекенщиц, которые массово используют странный предмет туалета, напоминающий вторую кожу. Я не поняла, зачем таскать его, но отказаться от презента было неудобно. И только сейчас до меня дошел смысл слов девушки-стилиста, она произнесла что-то вроде:

– Франсуа хочет тебя научить ходить правильно.

Я быстро стащила с себя платье. Надеюсь, никто из жильцов дома не захочет в ближайшие минуты воспользоваться лестницей и я смогу избавиться от противной жилетки, в которую вделана система, бьющая несчастную модель током всякий раз, когда та горбится. Сначала белье щипалось редко, потом стало бить меня между лопаток чаще, а сейчас совсем озверело.

Чуть не плача, я пыталась отцепить подарок француза от кожи, но не тут-то было. Жилетка оказалась сделана из мягкого, очень тонкого материала, она плотно прилипла к телу, а накладные ногти слишком толстые, ими сложно подцепить что-либо. Один раз я нарастила себе акриловые когти и поняла, что не могу взять упавшую на пол бумажку, монетку и спокойно почесаться.

После нескольких бесполезных попыток я решила снять накладной маникюр, но и тут потерпела неудачу. Обычно пластмассовые ногти легко отскакивают от пальцев, но те, что приделал Арни, стояли насмерть. Может, попытаться их откусить? Я поднесла руку ко рту и услышала испуганный голос:

– Девушка, что вы делаете?

Я быстро отдернула пальцы от лица, прикрылась платьем и от растерянности сказала правду милой старушке, которая выглядывала на лестницу из двери, выкрашенной темно-коричневой краской:

– Пытаюсь откусить ногти. Извините, у вас нету ножичка?

Старушка попятилась.

– Ножа?

– Пожалуйста, помогите, – попросила я, – мне надо снять жилетку, она бьется током и прилипла к коже.

Пенсионерка молча повернулась и исчезла в квартире, до моего слуха донеслись щелкающие звуки, бабуля спешно запирала дверь.

– Степа, – раздался почти над ухом голос Антона. – Долго тебя ждать? Вау! Ты что делаешь?

Я прижалась к стене, продолжая прикрываться платьем.