Homeland: Родина Кэрри - Эндрю Каплан

— А на самом деле?

— Мохаммед притворялся. Как только он завладел Димой, его словно подменили. Дима его боялась, показывала мне синяки, сигаретные ожоги на ногах. Однажды Мохаммед окунул ее головой в унитаз и топил, пока Дима не пообещала исполнять любые его приказы. Я говорила ей бежать или обратиться к хахалю Раны, церэушнику. Но Мохаммед слишком сильно запугал Диму. Бедняжку трясло от одного его взгляда. Правда, она призналась, что есть одна американка, которой вроде бы можно верить. — Мариэль взглянула на Кэрри, чье лицо наполовину скрывала тень. — Она про вас говорила?

Кэрри кивнула.

— Я ее подвела. Прости, что не успела помочь Диме. Я ее потеряла, не могла найти.

— Мохаммед увез ее в Доху, в Катар, — выплюнула Мариэль. — Не знаю, что он затеял, но Дима перед отъездом предупредила меня: прячься, не то будешь следующей.

— И ты залегла на дно в Бурдж-Хамуде? Так? Спасаешься в армянском квартале?

— Местные сразу палят чужаков и предупреждают меня. Вы никому не скажете о нашем разговоре?

Кэрри покачала головой.

— Этот Мохаммед Сиддики — говоришь, он иракец? — спросила она.

Мрачно усмехнувшись, Мариэль кивнула.

— Он врал, будто приехал из Катара.

— Как ты его раскусила?

— Семья моей матери какое-то время жила в Катаре. Я спросила Моххамеда, в какую школу он ходил: не в Дохскую ли среднюю, что близ кольцевой автодороги В? Мол, туда ходят все нормальные дети. Мохаммед ответил: да, в нее. Лжец! Любой катарец знает, что эта школа совсем в другом районе. Да и словечки Мохаммед употреблял иракские.

— Знаешь, где он сейчас?

Мариэль покачала головой.

Ну все, тупик, а сведений мало. Что бы еще спросить у Мариэль? Ясно одно: этот Мохаммед причастен к несостоявшемуся теракту в Нью-Йорке.

— Ты когда-нибудь гуляла с ними? Вы вместе фотографировались? — спросила наконец Кэрри.

— Мохаммед не хотел фотографироваться. Как-то раз Дима попросила меня сфоткать их вместе на набережной. Не успела я взять их в кадр, как Мохаммед вырвал у меня из рук камеру и разбил ее.

— Значит, его фото нет?

Мариэль покачала головой… но не сразу. Выходит, она врала.

— Фото есть, так? — надавила на нее Кэрри.

Сердце бешено колотилось. У нее словно открылся ультрачувствительный слух. Кэрри слышала, как колотятся сердца — ее и Мариэль. Слышала музыку за стенами, разговоры клиентов клуба. Господи, это все лекарство. Только не сейчас, все и так висит на волоске!

Мариэль молча отвернулась.

— Men fathleki, — взмолилась Кэрри. — Неужели Дима погибла зря? Ты даже не представляешь, как это важно.

Чутье подсказывало — и Кэрри от души надеялась на свой здравый рассудок, — что ответ Мариэль все изменит. Она будто уподобилась святому Павлу на дороге в Дамаск (сказывалась учеба в католической школе), который с трепетом ждал, что скажет ночной гость.

Посмотрев Кэрри в глаза, Мариэль будто заглянула ей в душу. Потом достала из сумочки сотовый и покопалась в его содержимом.

— Я незаметно сняла Мохаммеда. Не знаю зачем… — Она прикусила губу. — Хотя нет, знаю: чувствовала, что он погубит Диму и фотография пригодится в полиции.

Мариэль показала фото на телефоне: Дима в узких шортиках и футболке на набережной; напряженная, она обнимала стройного меднокожего мужчину с курчавыми волосами и трехдневной щетиной. Он слегка щурился на солнце, стоя вполоборота к камере. Кэрри с трудом могла поверить своей удаче. Она словно кончила, такой ее охватил восторг.

Попался, сволочь!

— Это фото пригодится, — сказала она. — Если нужны деньги, помощь…

Повисла пауза. Снаружи, из коридора доносились музыка и голоса толпы, будто шум моря в ракушке.

— Дайте адрес своей электронки, и я пришлю снимок, — нервно ответила Мариэль. — Что-нибудь еще? Я сильно рискую, встречаясь с вами здесь, в людном месте. Мне пора.

Кэрри ухватила ее за руку.

— А что Рана? Она знает Мохаммеда?

Мариэль отступила во тьму. Ее лица было почти не разглядеть — лампочка светила девушке в затылок.

— Не знаю. Ничего не знаю и знать не хочу.

— Но она точно знает сирийца, Таху ад-Доуни?

— Рана знаменита, — пожала плечами Мариэль. — Она у всех на виду, много с кем общается… бывает, люди выдают себя за ее друзей. Спросите у самой Раны.

— Она тоже в опасности, да? — спросила Кэрри.

— Мы в Бейруте. Здесь все живут над пропастью.