Долг самурая - Фридрих Незнанский

Если бы кто-нибудь спросил в этот миг, зачем ему все это надо, Такеши не смог бы внятно ответить на этот вопрос. Он лишь чувствовал, что не может бросить Машу, оставить ее один на один со всеми неприятностями.

Продолжая разглядывать вход в ресторан, Такеши пил уже третью чашку крепкого кофе. Сердце его билось быстро и неровно. Пальцы его слегка подрагивали.

Время от времени в ресторан входили посетители, и Такеши смотрел на этих людей внимательно, стараясь запечатлеть в памяти их фигуры, лица, одежду.

С начала наблюдения прошло сорок минут. Такеши уже подумывал о том, чтобы снова войти в ресторан и объяснить Маше, что отныне она не одна, что она находится под его защитой. И вдруг он увидел Машу. Она вышла из ресторанчика в сопровождении невысокого, худощавого мужчины с густыми, красновато-желтыми, как у клоуна, волосами.

«Рыжий, — сказал себе Такеши. — По-русски это называется „рыжий“.

Мужчина остановился, чтобы закурить сигарету, и Маша подождала его. Такеши подозвал официанта и быстро расплатился.

Когда он вышел из кафе, Маша и ее рыжеволосый спутник уже прошли на автостоянку и остановились возле черной, довольно потрепанной «мазды». Рыжий мужчина открыл Маше дверцу, и она забралась в салон. Мужчина сел за руль.

Такеши кинулся к проезжей части и остановил частника. У него была бежевая, почти новая «тойота».

«Везде наши машины», — подумал Такеши, испытав прилив гордости за свою страну, затем забрался в салон и выпалил водителю:

— Надо ехать за черный «мазда». Вон тот! — И он ткнул пальцем в лобовое стекло.

Водитель посмотрел сперва на выезжающую с автостоянки «мазду», затем на Такеши и подозрительно спросил:

— А зачем нам за ней ехать?

— Там мой… жена! — сказал Такеши. — Я платить хороший деньги. Быстро!

— Жена, говоришь? Гм… Ну, хорошо. Захлопни дверцу плотнее!

Такеши выполнил указание водителя, и тот мягко тронул машину с места.

«Мазда» покатила, набирая скорость. «Тойота» двинулась за ней.

— Они едут! — нервно воскликнул Такеши. — Потеряем!

— Не потеряем, — невозмутимо сказал водитель. — Ты кто по национальности, китаец?

— Японец.

— Самурай, выходит? — Водитель усмехнулся. — Тогда почему такой нервный? Самурай должен быть сдержанным и хладнокровным.

— Я не самурай, — сказал Такеши. — Я менеджер.

— Ну, значит, потомок самурая, — рассудил водитель. — Ты, главное, держись крепче. И номер машины запиши. На тот случай, если отстанем.

Такеши достал из кармана «наладонник», выхватил стило и быстро записал номер машины.

— Ну вот, — кивнул водитель. — Теперь не потеряешь.

* * *

— Ну что, ты успокоилась?

Шепот вел машину спокойно и ровно, время от времени поглядывая на Машу в зеркальце заднего обзора.

Маша не ответила. Шепот усмехнулся.

— Молчишь? Зря. Думаешь, я тебе враг? — Он покачал головой. — Нет. Я тебе друг.

— Ты говорил, что заплатишь мне «премиальные» и отпустишь, — хрипло проговорила Маша. — А сам заставил меня сесть в машину и везешь куда-то.

— Ну, не насильно же я тебя в машину запихивал. Ты, главное, расслабься. Ничего страшного не случится.

— Тогда куда ты меня везешь?

— В загородный дом. Хочу, чтобы ты пожила там недельку. Это для твоей же пользы, детка.

Маша достала платок и промокнула глаза. Ей очень хотелось разрыдаться, но она не могла доставить такого удовольствия этому мерзавцу.

— Зачем все это? — спросила Маша, сдерживая слезы.

— Так, на всякий случай. — Шепот посмотрел на нее в зеркальце и усмехнулся. — Вдруг кто-нибудь видел тебя с этим косоглазым. Посидишь недельку, пока страсти не улягутся. Потом вернешься домой и заживешь прежней жизнью.

«Прежней жизнью, — подумала Маша и горько усмехнулась. — Если бы только это было возможно».

— Я тебя рассмешил? — поинтересовался Шепот, заметив усмешку на губах Маши. — Это хорошо.

Маша сдержалась и на этот раз.

— За что вы его убили? — спросила она.

— Кого? — не понял Шепот.

— Этого японца, Рю.

Он глянул на нее холодным взглядом и усмехнулся.

— А кто тебе сказал, что его убили?

— А разве нет? Шепот покачал головой.

— Нет. Парень просто свалился с моста. Такое случается. Кто-то прыгает с крыши дома, кто-то — с Эйфелевой башни. А ему понравился мост.

— Это глупо! — резко сказала Маша.

— Да ну? А может, он был наркоман? Наширялся и увидел внизу, под мостом, подземного Бога, который звал его к себе. Вот и сиганул. Чужая душа — потемки, детка.

Несколько минут они ехали молча. Маша напряженно обдумывала ситуацию. Сначала Шепот позвонил ей на мобильник и попросил о встрече. Сказал, что хочет передать ей деньги. Встретиться договорились в знакомом ресторанчике. Там Шепот и вручил ей конверт с деньгами. Маша хотела уйти, но не тут-то было. Негодяй наставил на нее пистолет под столом и заявил, что ей придется «немного покататься».

«Надо было попросить Такеши подождать где-нибудь поблизости. За соседним столиком, например», — подумала Маша. Но тут же себя осадила: — А чем бы он помог? Бросился грудью на пистолет? Чтобы этот мерзавец застрелил его? Да он бы и не бросился. Вот Рю, тот бросился бы. А Такеши явно трусоват. Да и зачем ему рисковать жизнью ради малознакомой русской женщины?»

Маша всхлипнула и посмотрела в окно. Машина неслась по Рязанскому проспекту в сторону Люберец.

«Вряд ли он хочет меня убить, — подумала она. — Скорей всего, спрячет в каком-нибудь из жулебинских домишек и заставит сидеть там неделю или две. А если все-таки убьет? Что его остановит?»

— О чем задумалась, детка? — поинтересовался Шепот.

— Ни о чем, — Маша сглотнула слюну. — Имей в виду, Шепот, я рассказала подругам о том, что иду на встречу с тобой, и описала им твою внешность. Если я исчезну или если где-нибудь в подмосковном лесу найдут мой труп, они пойдут в милицию!

— Не бойся, не найдут. Я умею прятать трупы. Маша побледнела. Шепот глянул на ее в зеркальце и хохотнул.

— Не бойся, я шучу. Я не собираюсь тебя убивать. Больше того, я хочу стать твоим другом. Ты мне очень нравишься, малышка. Правда! Как знать, может, у нас с тобой будет красивый роман.

— А ты крутишь романы с проститутками? — желчно поинтересовалась Маша.

— Но ты ведь давно с этим завязала. А кто прошлое помянет, тому глаз вон. Кстати, в доме, где ты будешь жить, есть холодильник. А в нем тебя ждет бутылка отличного виски. Ты ведь любишь виски?