Долг самурая - Фридрих Незнанский

Рю Такахаси был особенно хмур. Он сидел в русском ресторанчике и пил маленькими глотками «хреновуху». Этот напиток Рю полюбил месяца два назад, когда начальник отдела устроил для них «корпоратив» в русском стиле. Поначалу его привели в замешательство русские блюда с огромными солеными огурцами, свиными жареными ногами и копчеными ребрами. Но после нескольких рюмок «хреновухи» (замечательный вкус которой Рю распробовал с первого раза) русская еда пошла на «ура».

С тех пор он довольно часто сюда захаживал. Чаще всего один, поскольку для коллег Рю этот русский «трактир» так и остался местом экзотическим и диковатым.

Рю допил «хреновуху» и подозвал официанта.

— Еще? — поинтересовался у хмурого азиата официант.

— Да, — сказал Рю и вежливо добавил: — Будьте, пожалуйста, любезны.

— Нет проблем, — ответил шустрый официант, и уже через две минуты на столике Рю появился новый маленький графинчик с «хреновухой».

За эти минуты вынужденного перерыва Рю снова немного приуныл. В голове теснились неприятные и мрачные мысли. «Неужели я не ошибаюсь? — думал Рю. — Неужели все так плохо? Неужели вокруг обман?»

Рю принадлежал к тому редкому разряду людей, которые всегда чувствуют себя виноватыми в чужом позоре.

Он налил себе в рюмку «хреновухи» и на этот раз выпил залпом. Потом решил — хватит! — и резко поднялся из-за стола. И надо ж такому случиться, что в этот самый момент мимо стола проходила официантка — грудастая блондинка с чувственными губами. В руках официантка несла поднос, и острый локоть японского менеджера угодил аккурат в середину этого подноса.

Раздался звон падающих тарелок и стаканов. Официантка вскрикнула. Рю попытался удержать поднос, но не рассчитал движения и сделал еще хуже — теперь тарелки и стаканы посыпались на пол.

Вокруг загалдели люди. Рю готов был провалиться сквозь землю от стыда и обжигающего чувства вины. Он кинулся было поднимать осколки разбитых тарелок, но девушка-официантка удержала его за рукав.

— Не надо! Я сама!

— Извините, пожалуйста, сильно очень! — бормотал Рю, смущаясь еще больше от миловидности официантки и ее мягкого взгляда.

— Ничего страшного. Успокойтесь. Однако успокоиться быстро Рю не удалось.

Лишь спустя десять минут, когда осколки были убраны с пола, а Рю (он сам на этом настоял) расплатился за битую посуду, на душе у него стало спокойнее.

— Ну и шуму вы устроили, — сказала ему с улыбкой официантка, когда страсти немного улеглись. — Вы китаец или японец?

— Японец, — ответил Рю, хмуря брови и по-прежнему смущаясь от прямого и любопытного взгляда, каким его разглядывала девушка.

— А вы хорошо говорите по-русски, — проворковала она, поправляя рукой светло-русые локоны.

— Я просить очень сильно меня извинять, — сказал Рю. — Я встал… неправильно.

— Да ладно вам, я сама виновата. Надо было смотреть по сторонам. Но я здесь недавно, не привыкла работать в таком полумраке, вот и не заметила.

— Как я могу, чтобы вы меня простить? — спросил Рю, разглядывая девушку из-под насупленных бровей и не замечая, что его губы сами собой раздвигаются в улыбку.

— Вы хотите загладить вину? — Взгляд девушки стал лукавым. — Что ж, я не против. Кстати, моя смена кончилась, и я теперь свободна. Хотите, чтобы я вас простила? Угостите меня коктейлем.

— Да, но я спешить, — растерянно ответил Рю.

— Спешите? — Улыбка покинула полные, чувственные губы девушки. Девушка разочарованно вздохнула. — Что ж, раз так…

«Глупец, — сказал, нет, крикнул себе Рю. — Ты должен пригласить ее на коктейль! Неужели ты этого не хочешь?»

И Рю понял, что он этого хочет. Понял и сказал:

— Я пригласить вас на коктейль. Если вы согласиться, я очень буду рад. — Подумал секунду и учтиво добавил, скрывая вдруг поднявшееся волнение: — Пожалуйста я вас очень.