Трижды одинокий мужчина - Ольга Баскова

Всю дорогу до института Катя думала и рассуждала. Если верить результатам анализов Хомутовой, выходило, что совершенно здоровой женщине кто-то умышленно сделал укол, после которого она буквально истекла кровью. Оставалось выяснить, кто и зачем. Навестивший ее в этот день Карякин? Допустим, но каков мотив? Болотова? Тоже возможно. Правда, с какой целью? Находившаяся на подхвате медсестра? Ей-то зачем? Осторожно ведя машину одной рукой, Зорина достала из кармана носовой платок и вытерла мокрый лоб. За полдня она не продвинулась ни на шаг.

Даст бог, поможет визит в институт.

Журналистка сразу направилась в отдел кадров и объяснила, что ей необходимо поговорить с преподавателями, если такие еще остались, которые помнили курс академика Хомутова и профессора Карякина. Девушка не надеялась на чудо, однако ей повезло.

– Нина Антоновна Савина работает у нас в библиотеке, – любезно пояснила ей приятная белокурая женщина. – Ей уже около восьмидесяти, она доктор наук и много лет преподавала. Потом вышла на пенсию, но дома сидеть не смогла и отправилась к ректору. Преподавание он ей не предложил, однако она согласилась и на эту работу. Все лучше, чем коротать дни в одиночестве.

Поблагодарив собеседницу, Катя опрометью бросилась на первый этаж, моля об одном: только бы старушка не страдала провалами памяти. Счастье улыбнулось и тут. Сухонькая пожилая женщина в черных брюках и ангорском свитере вязала в пустом читальном зале. Зорина подошла поближе:

– Здравствуйте.

Старушка посмотрела на неожиданную посетительницу умными глазами, опровергнув все опасения насчет маразма:

– Здравствуйте. Вы ко мне?

– Да. Я Екатерина Зорина.

Что-то подсказывало девушке: ее имя знакомо Нине Антоновне. Она не ошиблась.

– Знаменитая телеведущая? – широкая улыбка разлилась по маленькому морщинистому лицу женщины. – У вас интересные передачи. Странно, что вам понадобилась такая старая вешалка, как я. Прошу меня простить. Я так и не выяснила, чем могу быть полезна.

– Я пишу книгу о вашем институте и о выдающихся людях, когда-то учившихся здесь. – Девушка придвинула к себе табуретку, стоявшую недалеко от столика вахтерши, и села на нее. Нина Антоновна кивнула, закрыв глаза.

– Я тоже окончила этот благословенный вуз, – проговорила она. – Мои преподаватели прочили мне большое будущее и не ошиблись. Я стала доктором медицинских наук, студенты уже десятки лет пользуются моими учебниками, врачи работают по моим методикам, – женщина вдруг резко прервала воспоминания. – Да вам это не нужно.

Зорина потупилась:

– Напротив.

Савина замахала руками:

– Я ценю чужое время. Итак, давайте перейдем к теме нашего разговора. Видя во мне перспективного ученого, меня оставили на кафедре, отправили в аспирантуру. Когда я окончила ее и готовилась к защите диссертации, завкафедрой предложил мне кураторство в самой звездной группе, которую я знала. Блестящие студенты! Саша Проскуряков, Инночка Левитина, Миша Цейтлин, Лада Вяземская.

– Игнат Хомутов, Анатолий Карякин, – подсказала девушка.

Старушка кивнула:

– Разумеется, и они. Но самым одаренным был, безусловно, Сашенька Проскуряков. Если бы не смерть, сколько пользы принес бы людям этот талантливый ученый. Сколько жизней спас бы! Надо же, такой здоровый, спортивный, красивый – и вдруг умирает от инфаркта, оставив законченную диссертацию. Я, к сожалению, не читала ее, – Нина Антоновна достала платок и высморкалась. – Однако его научный руководитель сказал: Сашины открытия в области методов лечения гепатита С тянули на докторскую.