Дьявол из Саксон-Уолл. Поспеши, смерть! - Глэдис Митчелл

— Вы имеете в виду, что никто из них не слышал ни звука? Но в таком случае Миддлтон должен был хорошо знать преступника, раз тот не вызвал у него подозрений. Очевидно, никакой борьбы не было. Правда, есть этот кот… Кстати, как по-вашему: миссис Теббаттс лжет, утверждая, что Миддлтон ушел спать в половине одиннадцатого?

— Наверняка, — холодно промолвила миссис Брэдли. — Вообще я заметила, что она заправская лгунья и к тому же хорошая актриса. — Она с усмешкой взглянула на Джонса. — Это она закрыла дверь в комнату с убитым.

— Да, вы заставили признаться в этом Тома. Но дверь мог закрыть сам убийца, а не миссис Теббаттс.

— Миссис Теббаттс не могла не знать, что она заперта, поскольку именно она «обнаружила» тело в шесть часов утра. А если дверь закрыла не она, то почему она не сообщила об этом полиции? Ведь это важная деталь.

— Может, ее заперли по какой-нибудь невинной причине.

— Например?

— Ну, я знаю людей, которые на всякий случай запирают двери изнутри.

— Если бы у миссис Теббаттс была такая привычка, Том не пошел бы в гостиную за печеньем, зная, что это бесполезно.

— Ключ могли оставить с внешней стороны двери.

— Конечно, если ее закрыли, как вы говорите, по «невинной причине». Но тогда ничто не мешало Тому повернуть ключ, войти в гостиную, взять печенье, выйти обратно и снова запереть дверь.

— Чего он, судя по его словам, не делал.

— Да, — с улыбкой подтвердила миссис Брэдли.

— Что мне особенно интересно, — произнес Джонс, — почему вы уверены, что Тома не было в гостиной?

— Это было в четверть двенадцатого, — напомнила она. — В это время на улице уже темно. Луны не было. Чтобы достать печенье из шкафчика, Тому пришлось бы зажечь свет. А если бы он это сделал, то заметил бы кровь на полу. Но он ее не заметил, значит, не включал свет и не входил в комнату.

— Стоит только объяснить, и все выглядит так просто, — заметил Джонс. — Спасибо.

— Однако, — продолжила миссис Брэдли, поглаживая рукав джемпера, — на следующее утро миссис Теббаттс смогла войти в гостиную, значит, у нее был ключ и, значит, она была в курсе, что между половиной одиннадцатого и четвертью двенадцатого произошло убийство и что в комнате лежал труп.

— Боже милостивый! — воскликнул Джонс. — Выходит, она виновна?

— Боюсь, именно так и думает полиция, — уклончиво ответила миссис Брэдли. — Если бы полицейские нашли в деревне человека, который достаточно хорошо знал жертву, чтобы совершить убийство, они меньше подозревали бы Теббаттсов. Будь на его месте Хэнли…

— Господи! Думаете, они их арестуют? — воскликнул Джонс.

— Кого-то из них — да. Вопрос в том, кого именно?

— Вы считаете, что это миссис Теббаттс.

— Не обязательно. Между прочим, я выяснила, что в деревне ничего не слышали о Карсуэлле Миддлтоне до тех пор, пока не похоронили его брата. Об этом, независимо друг от друга, сообщили миссис Пайк и мистер Томас Парт, водовоз. Вам это не кажется странным? Раньше были только эксцентричный дядя и его угрюмый племянник — Хэнли. А Карсуэлл, старший из близнецов, словно не существовал. По-моему, это любопытно. А что еще интереснее — его никогда никто не видел. Слухи о Карсуэлле возникли лишь после смерти Хэнли, и с тех пор о нем постоянно судачили в трактире.

— Не понимаю, к чему вы клоните, — пробормотал Джонс, — но вы правы, это действительно странно. — Он помолчал и вдруг выпалил: — Даже более чем странно! Совершенно невероятно, чтобы у него мог быть старший брат!

— И даже более чем невероятно. Это абсолютная чепуха, — заявила миссис Брэдли. — Я вообще не понимаю, как могла существовать такая личность, как Карсуэлл Миддлтон. Это миф, придуманный Флюк и Пэшен для какой-то темной, однако интригующей цели: вероятно, на случай такого убийства.

— Вы хотите сказать, что убитый — самозванец?

— Вовсе нет.

— Но он называл себя Карсуэллом Миддлтоном.

— Да, хотя он не мог быть Карсуэллом Миддлтоном, поскольку никакого Карсуэлла Миддлтона не существовало.

— Значит…

Миссис Брэдли подалась вперед:

— Вам никогда не приходило в голову, что Хэнли Миддл-тону было неуютно в Саксон-Уолл?

— Вы о той истории, которую поведала вам миссис Теббаттс?

— Нет, я о той истории, какую рассказали мне вы. Добродетельная и нежеланная жена Констанция. Нерадивая сиделка. Внезапная смерть от родильной горячки. Судя по тому, что говорят о Хэнли Миддлтоне в деревне, это был меланхолик и распутник с явной склонностью к маниакальному синдрому. Не сомневаюсь, что смерть жены встревожила его. Он знал, какая у него репутация в Саксон-Уолл.

— А почему тогда никто не поднял шум и не настоял на расследовании обстоятельств ее смерти?

— Опять же потому, что напрямую это никого не касалось. Если бы Хэнли тем и ограничился — о, это было бы идеальное убийство! Честно говоря, мне жаль моряка Пайка. Вот грубая ошибка, которую не следовало совершать. Бедняга Пайк! Но Хэнли пустил его в ход и…

— Пустил его в ход! — воскликнул потрясенный Джонс. Губы миссис Брэдли сложились в адскую ухмылку. — Но тогда этот человек — настоящий дьявол! Я так и знал, что тут замешан мышьяк. Не понимаю только, как Кревистер мог проглядеть его? Ведь симптомы отравления довольно очевидны.

— Помните, мой друг, что говорил доктор Кревистер о диагнозе, поставленном доктором Литтлом — иначе говоря, все тем же Хэнли Миддлтоном, который телеграфировал хирургу в Стаухолле, чтобы тот не приезжал? Он сказал, что пациент страдал от «тяжелого случая ущемленной грыжи».

— Боже милостивый! — Джонс покачал головой. — А на самом деле?

— Нет сомнений, Хэнли Миддлтон выдал труп Пайка за свой собственный. Потом он, похоже, сбежал и вернулся две недели назад под видом своего несуществующего брата…

— Чтобы убить того, кого все считали Карсуэллом Миддлтоном! Я знаю, вы так думаете, но это никак нельзя вывести из фактов, что у нас есть. Убитого опознали и…

— Его опознала миссис Теббаттс, которая постоянно лжет или скрывает правду.

— Да, вы правы.

Повисла пауза. Наконец миссис Брэдли произнесла:

— Есть явные указания на то, что убитый не мог быть Миддлтоном.

— Какие указания?

— Спросите Мортмэйна. Он бывает там каждый день. К тому же для всех, кроме вас, совершенно очевидно, что Миддлтон по-прежнему живет в деревне.

— Но убитый должен быть Миддлтоном! — возразил Джонс. — Давайте вспомним о мотивах. Судя по тому, что рассказала вам миссис Теббаттс, миссис Пэшен была любовницей Хэнли Миддлтона.

Миссис Брэдли кивнула:

— И судя по тому, что мне говорили многие другие люди.