Дьявол из Саксон-Уолл. Поспеши, смерть! - Глэдис Митчелл

Через несколько дней миссис Пэшен принесла Джонсу три новости — на завтрак, обед и ужин. Вместо последнего она подала ему вечерний чай.

— Вам это полезнее, — объяснила экономка, и на ее бледном лице появилось нечто вроде легкого румянца.

Первая новость заключалась в том, что мистер Карсуэлл Миддлтон несколько дней назад прибыл в деревню и уже обосновался в двух комнатах своего особняка, хотя его никто не видел, кроме трех Теббаттсов: мужа, жены и сына, прибиравшихся в доме.

— Значит, дело с малышом не выгорело, — заметил Джонс.

— Сэр? — непонимающе взглянула на него миссис Пэшен.

Джонс рассмеялся и принялся за яйца с беконом.

Второй новостью стала неисправность расположенного во дворе насоса, откуда вместо воды потекла густая жижа. Джонс ожидал чего-то подобного и лишь недовольно покачал головой.

— Боюсь, вам придется отменить утренние ванны, сэр, — сухо добавила миссис Пэшен. — В такое время хоть наспех умыться — и то хорошо.

— Лучше я перестану пить чай, — вежливо заметил Джонс. — Пиво вкуснее, как говорят в рекламе.

Третья новость оказалось жалобой. Миссис Пэшен, громко дыша, молча нависала над Джонсом, пока он нехотя поглощал ее густое варево из говядины и овощей — видимо, того же сорта, что и та дрянь, от которой чуть не «сдох» ее супруг, — и три бутерброда с клубничным джемом, приготовленным накануне «специально для него», как с самодовольной ухмылкой сообщила ему экономка. Наконец он поднял голову и спросил ее, чего она хочет.

— Совет от джентльмена, мистер Джонс, если не возражаете, — ответила миссис Пэшен.

— Вот как? — пробормотал он, немного удивленный подобной скромностью.

Правда, слуги и раньше спрашивали у него совета. Если у этой женщины возникли какие-то сомнения, а ее полоумный муж ничем не мог помочь, то, естественно, она обратилась к нему.

— Да, сэр, если вы не против. Просто эта старая ведьма, теща Пэшена, наслала на меня заклятье.

— Ну да, конечно. Я слышал об этом у викария, — улыбнулся Джонс, которого забавляло, как тщательно миссис Пэшен избегала упоминать о своем кровном родстве с миссис Флюк.

— Нет, я не про то заклятье, мистер Джонс. Про другое, — возразила экономка. — Жуткая вонь.

— Что?

— Жуткая вонь, мистер Джонс.

— Глупости, миссис Пэшен! Это сточные канавы.

— В Саксон-Уолл нет сточных канав, сэр!

— Ну, вы поняли, о чем я. Дело в нехватке воды. Поэтому все и воняет. Ужасный запах. Нам повезет, если не начнется эпидемия. Вы понимаете? Никаких заклятий не существует.

— Да, мистер Джонс, — кивнула миссис Пэшен.

Ее голос и выражение лица напомнили ему негритянских студентов, которым он однажды читал лекции в Америке. Они так же вежливо, почти угодливо соглашались со всеми его утверждениями, но при этом оставались при своем мнении. Он решил, что должен вступиться за здравый смысл.

— На свете не существует магии, миссис Пэшен. Все эти порчи, заклятья и проклятья — полная чепуха.

— Да, мистер Джонс. Как та Аэндорская волшебница, что вызвала дух Самуила.

Ее голос по-прежнему звучал вежливо и дружелюбно. Джонс посмотрел на нее с упреком. Миссис Пэшен снова взяла кусок сахара, обмакнула в воду и засунула в рот. Но на сей раз она не хихикнула, а бросила на Джонса такой похотливый и нахальный взгляд, что тот возмущенно кашлянул и поспешил выйти из-за стола.

Но миссис Пэшен еще не закончила.

— Куда ни пойду, везде эта вонь. Просто воротит! А я тщательно моюсь. В последний раз — даже с ароматным мылом. Когда я принесла вам завтрак, вы чувствовали запах? Или в обед? Или сейчас, когда я подала чай?