Мертвое время - Питер Джеймс

— Знаешь, что хуже всего? — пробормотал сквозь слезы Гленн Брэнсон.

Они сидели в дальней кабинке паба, неподалеку от Суссекской окружной больницы, и он пил уже вторую пинту.

— Что? — Рой Грейс обнял друга за плечи.

На столе перед ним стоял стакан с виски «Гленфиддиш». Пить бы и не следовало, как-никак он был на службе, и на вечер оставалась кое-какая работа, но бывают же исключения. Новость Гленна глубоко его потрясла.

— Сознавать, что утром Эри ждет вскрытие. — Он посмотрел на Грейса из-под потяжелевших век. — Мы ведь знаем, что это такое.

Слов не было, и Грейс только кивнул.

— Ее будут резать. Распилят череп, вынут мозг. Потом разрежут грудь и…

Он не договорил, всхлипнул.

— Не ходи туда, — сказал Грейс.

— Но они же все равно это сделают, так? — Брэнсон беспомощно взглянул на него. — Мы же говорим о женщине, которую я любил. Матери моих детей. Я этого не вынесу.

— Им нужно понять, что случилось, — сказал Грейс и тут же пожалел об этом.

— Я знаю, что случилось. Она ехала по кольцу на набережной. Перед ней кто-то остановился. Даже не оглянулся. Она в них врезалась, упала с байка, сломала руку в трех местах и вывихнула плечо.

— Она была в шлеме? — нахмурился Грейс.

— Она всегда его надевала. И детей заставляла.

— Но если умерла, значит, серьезно повредила голову, так?

— Нет. Ее повезли в больницу, чтобы сделать операцию на руке, вставить металлические спицы и вправить плечо. Стали делать анестезию, а у нее аллергическая реакция на эту… как ее… злокачественную гипертермию. Похоже, именно это и случилось. По статистике, один шанс то ли на сто тысяч, то ли на миллион.

Грейс помолчал, потом взял друга за руку и легонько сжал.

— Я слышал, что такое иногда бывает… аллергическая реакция на анестетики. Кто бы мог подумать… Господи. Ты, дети… — Ему трудно было говорить.

— И как мне теперь объяснить им, что мамочка никогда уже к ним не придет?

— Может, стоит поговорить с детским психологом? Посоветоваться? Возьми отпуск на несколько дней.

Брэнсон пожал плечами.

— Спасибо. Посмотрим. Не знаю…

— Тебе нужно со многим разобраться.

— Да, — задумчиво сказал он.

Как же ему плохо, думал Грейс. И он такой беспомощный. Даже когда Эри выгнала его из дома, Гленн не отчаялся, совладал с собой, но сейчас, сломленный горем, он совсем растерялся.

— Да, просто невероятно. Чего только не бывает. Она падает с байка — такое с любым может случиться — и умирает в больнице от анестетика. Знаю, вы уже не были вместе, но мне очень жаль.

Брэнсон пожал плечами.

— Да. Знаешь, я так хотел, чтобы мы… ну, по крайней мере, перестали ненавидеть друг друга… остались… — он порывисто вздохнул, — остались друзьями.

Грейс молчал.

— Та дура, что остановилась перед ней… ее, наверное, даже не оштрафуют. А я вот теперь буду хоронить жену и мать моих детей.

— Тебе нужно быть сильным — ради детей, — сказал Грейс, пытаясь найти что-то позитивное, что могло бы отвлечь друга от трагедии. Его отношения с хитроватой, придирчивой и вечно недовольной чем-то женой Гленна окончательно испортились около года назад. Откровенно говоря, она никогда ему не нравилась. Гленн в конце концов ушел из дома и с тех пор жил в опустевшем коттедже Грейса. Место же сержанта занял новый приятель Эри.