Царское наследство - Мария Жукова-Гладкова

Я вернулась в номер, где мило беседовали Вики и Клавдия Степановна. Как я поняла, они нашли общий язык, и Вики даже приглашала русскую даму приехать в Англию, где та никогда не бывала.

– Бонни, почему ты до сих пор не пригласила Клаву? Познакомила бы ее со своим отцом…

Я поперхнулась.

– Ты не хочешь, чтобы Клава устроила личную жизнь?

– Я хочу, чтобы Клава и ее дочь устроили личную жизнь, но я не собираюсь подкладывать им свинью в виде своего папочки.

– Ну, знаешь ли, многие женщины считают твоего отца очень завидным женихом.

– Твоего мужа тоже.

Вики скривилась.

– Нет, за отца Бонни я замуж не выйду, – прервала наш спор Клавдия Степановна. – У меня о нем сложилось плохое впечатление. Как так можно относиться к единственной дочери? То он публично заявляет, что лишит ее наследства, так как она делает карьеру, а не скачет под его дудку, то он просит чеченцев взять ее в заложницы и прочистить ей мозги, потому что она не хочет замуж!

– Все было не совсем так. Про замужество речи не шло. Это вы нафантазировали, Клавдия Степановна!

– Может, твой отец про это открыто не говорил, но думал! Я-то знаю, что думают родители. Я каждую минуту размышляю о том, как выдать свою дочь замуж и за кого. Я всех мужчин, которые встречаются на моем пути, рассматриваю как потенциальных зятьев.

– Мой папа точно их так не рассматривает, – попыталась вставить я.

Клавдия Степановна только от меня отмахнулась и продолжила свою любимую тему. Может, в самом деле попытаться выдать ее замуж? Тогда она успокоится? Только вот за кого?

Я поняла, что мне пора покинуть номер, и сказала, что должна заглянуть к дяде Ричарду, который меня давно ждет, позвонила ему еще раз и направилась на следующий этаж.

Но до номера дяди Ричарда не дошла. Пока я спокойно шагала по коридору, в одном из номеров открылась дверь, в коридор выскочил незнакомый мне мужик, схватил меня в охапку и затащил в номер. Это произошло так быстро и так неожиданно, что я не успела применить никакой прием. Я глазом моргнуть не успела, как оказалась в чужом номере и за моей спиной захлопнулась дверь.

Я собралась заорать, но мне тут же закрыли рот рукой и сжали еще крепче. К первому подскочил второй мужик, и теперь они уже удерживали меня вместе. Я не могла ничего сделать! Я впервые в жизни оказалась в такой ситуации! И вообще, как кто-то посмел хватать свободного человека и… Ах да, я же в России.

– Если вы обещаете не дергаться, мисс Тейлор, не крушить номер, не ломать ничьих костей, то вас сейчас отпустят, – прозвучал незнакомый голос с американским акцентом. – Я приношу извинения за такое обращение, но мне необходимо срочно с вами поговорить. Я согласен выплатить вам любую названную вами компенсацию. Кивните, если согласны.

Я кивнула.

Меня выпустили из насильственных объятий, два мужика сделали по шагу назад, но явно были готовы в любую минуту меня снова нейтрализовать. Я повернула голову в ту сторону, откуда шел голос, и увидела пожилого белого мужчину в инвалидной коляске. Его возраст было сложно определить – то ли пятьдесят пять, то ли шестьдесят, то ли семьдесят, а может, и больше. Я его никогда в жизни не видела. Двое мужчин, которые меня только что держали, были мулатами, по возрасту – лет тридцати.

– Кто вы? – спросила я.

– Меня зовут Кевин, и этого, наверное, достаточно.

– Вы считаете меня полной дурой? Думаете, что я не смогу выяснить ваши паспортные данные, как говорят в России? Это может быть очень дорогая гостиница, в политику иностранных владельцев которой входит неразглашение данных о постояльцах, но гостиница-то находится в России, и работают в ней русские. Готовы поспорить, что я выясню, кто вы, в течение десяти минут? По крайней мере, под каким именем вы тут остановились.

– Если вы так хотите это знать, я и так вам скажу. Джек, мой паспорт. Покажи его мисс Тейлор. Хотя для наших дел это не имеет никакого значения.

Кевин оказался американцем из Техаса в возрасте шестидесяти двух лет.

– Присаживайтесь. Кофе? Чай? Сок? Я знаю, что вы приехали на машине.

Я предложила сразу же переходить к делу.

– Я – крупный коллекционер, мисс Тейлор. Вы можете провести свое расследование и получить этому подтверждение. Я приехал сюда, чтобы купить известную вам коллекцию.

– У кого? – спросила я.

– У государства Российская Федерация, хотя правильнее было бы сказать, у его определенных граждан.

– Чиновников?

– Не буду называть никаких фамилий. Я и дальше собираюсь покупать предметы искусства в России, поэтому моя репутация не должна быть запятнана.

Я усмехнулась.

– Вы прекрасно поняли, о чем я говорю, – невозмутимо продолжал Кевин. – Если я назову фамилии, да еще вам, то русские чиновники могут перестать иметь со мной дело. И их, кстати, все равно не посадят – даже если вы опубликуете фамилии в «Зарубежном репортере» и передадите ставшие известными вам сведения в русскую прокуратуру или ФСБ. Я думаю, что вы это и сами понимаете. Вы же не первый год работаете по России.