Стая гадких утят - Татьяна Луганцева

– Сама додумалась!

– Вкусный кофе. Видно, ты пьешь только его, а для мозгов надо что-то еще и есть!

– Сама сварила, – ответила Яна и прыснула. – Глеб Наумович отругал меня за то, что я все время о себе… А что в этом плохого?

– Если это – правда!

– Вот именно! Надо любить себя хорошую, ценить за все, что делаешь. Даже за этот сваренный кофе. И окружающие подумают, что этот кофе – лучший в мире.

– Ты – молодец, Яна. Вот это я и хотел тебе сказать. Только надо беречь себя.

– Я тронута. – Яна села напротив него.

Одетая в короткий домашний халатик с поясом и капюшоном и огромные пушистые тапки цвета сахарной ваты, она выглядела уютной и безобидной.

– Я ведь тоже теперь безработный, – весело сказал Евгений и залпом выпил кофе, отметив, что напиток действительно очень вкусный, Яна варит его мастерски.

– Как безработный?!

– Вот так! Коллектив моего предприятия был в шоке, узнав об этой истории, и принял решение, что я позорю его и, значит, не могу быть руководителем.

– Тебя выкинули из директоров?! – воскликнула Яна.

– Точно так!

– Прямо вот так вот?! На улицу?!

– Не совсем. Предложили должность рядового сотрудника, следящего за температурными изменениями и способами быстро и ненавязчиво доложить о них начальству.

– И?

– А представляешь, каково мне? Работать в фирме на обычной должности, где раньше был директором? Такое унижение! Лучше бы сразу уволили. Конечно, я отказался! Так что теперь я тоже безработный с небольшим счетом в банке и пустым домом. К вашим услугам, – продолжал улыбаться Евгений.

Яне даже нехорошо стало. Он напомнил ей улыбчивых женщин, сообщающих о скором наводнении или засухе, способных даже унести человеческие жизни, с неизменной улыбкой на лице.

– Так что сейчас мы вместе поедем к Пуле устраиваться на работу! – радостно закончил Евгений. – В принципе, я для этого и заехал за тобой.

– Не думаю, что она будет очень счастлива, если ей на голову свалятся два идиота, к тому же безработных и занимающихся вместе с ней у психотерапевта… – Яна нахмурилась, представляя, что она-то точно не была бы рада, хотя ее всегда тянуло помогать людям.

– Пуля очень хорошая. Я один раз имел честь с ней пообщаться, и она показалась мне замечательной. Думаю, она примет нас очень хорошо, – заверил Евгений.

– Ладно, это мы сможем проверить, только приехав к ней, – пробормотала Яна.

– Мой БМВ ждет.

– Поедем на нем… Знаешь, я много лет ездила на красном «пежо» – это была моя первая машина, которую я облюбовала и которая сразу же залегла мне в душу. Потом, ты знаешь, у меня были и деньги, и Ричард, и Карл, которые могли купить мне самый дорогой автомобиль, стоило мне показать пальцем, но я ни за что не хотела изменять своему «пежо». – Яна вдруг замерла. – Только сейчас до меня дошло…

– Что? – не понял Женя.

– Что машине я смогла хранить верность, а любимому мужчине нет… Разве это нормально? Ну да ладно! Какие бы дорогие красавцы ни ехали мимо, я всегда любила только свою красненькую красивую машинку. Она была словно моим отражением, моим талисманом.

– Цветом? – спросил Женя.

– Всем… И вот один раз я не уследила… Так получилось, что я оказалась в подземном паркинге вместе с одним бизнесменом. Не смотри на меня так, у нас с ним ничего не было, я вообще видела его в первый раз и оказалась там случайно. Не веришь? Да мы там не одни были…

– Успокойся, Яна. Верю я тебе, что ты оправдываешься?

– А мне в последнее время кажется, что меня все желают уличить в неверности, блуде и измене Карлу, – грустно потупилась Яна.

– Это тебе к Глебу Наумовичу на консультацию надо… Я лично так не считаю. Тогда ночью у меня в доме мы тоже были вдвоем. И что? Нас тоже надо было подозревать во всех смертных грехах?

– Но наша-то ночка тоже приговором суда закончилась, – возразила Яна. – Еще неизвестно, что лучше… Эх, Женя, лучше бы мы свой пыл на сексуальном поприще выкинули, авось бы все целы остались, – пошутила Яна. – Дело не в этом. Я опять отвлеклась. Это к слову о рассеянности. Короче говоря, если бы я знала, что на этого горе-бизнесмена готовится покушение, я бы, конечно, ни за что с ним рядом стоять не стала. Но я не знала, и это служит слабым утешением моей совести. Выезд из подземного гаража перекрыла цистерна с горючим, вылила на нас все это дело и подожгла.

– Кто? Цистерна? – ошалел Женя.

– Да какая цистерна? Наемный убийца, который приехал на этой цистерне! Загорелось все… Люди, как видишь, выжили, слава богу. Мы выбрались по лестнице, через люк, который выбил этот бизнесмен своим плечом. А все машины потом взорвались и сгорели начисто! И моя красненькая любимая машинка тоже. И вот потом… я не могла остаться без средства передвижения и купила «ауди», красивую, строгую и дорогую. И очень не люблю в ней ездить. Понимаешь?

– Не прикипела душой?

– Точно! Вот все хорошо, а не люблю! И машина это чувствует, я уже два раза поцарапала ее, не вписываясь в поворот, что на «пежо» никогда себе не позволяла. Два раза она у меня глохла на дороге, а в автосервисе только разводили руками, сообщая, что все в машине в полном порядке.

– Характер показывает, – согласился Евгений.

– Хорошо, хоть ты меня понимаешь. А ведь я специально приобрела машину другого цвета, другой марки, чтобы ничего не напоминало о «пежо».

– Чтобы не чувствовать, что изменяешь ей?

– Да ты умница, Жека. Так делают иногда хозяева, которые хоронят своих любимых собак. Сначала они говорят, что никогда в жизни не будут больше заводить псину. Проходит время, все больше притупляется боль, и все сильнее зреет чувство тоски по животине в доме. Человек с большим трудом приходит к решению взять другую собаку. И, чтобы не сравнивать с первым питомцем, часто берут другую породу, масть и даже пол. И, кстати, зря. Все равно не прекратят сравнивать с первой собакой и чем больше станут находить несоответствий, тем сильнее будут злиться и чаще вспоминать первую собаку. Надо брать такую же породу, которую любил, находить общие черты со своей первой любимицей и радоваться.

– Прямо лекция… Но я с тобой согласен. Короче, тоскуешь по своему «пежо»?

– Ага, а вот «ауди» я продам…

– Если тебе нужны деньги… – снова предложил Женя.

– Не начинай, поехали уже к Пуле. Кстати, она нас ждет?

– Конечно, я звонил! – весело ответил Евгений, хотя по его взгляду, кинутому на пустой стол, Яна поняла, что Женя голоден, и почувствовала себя негостеприимной хозяйкой, отчего на душе снова заскребли кошки.