Ей прописали смерть - Юлия Алейникова

Бойков понравился ему больше. Он не выглядел таким сытым и глянцевым, как коллега из частной клиники. Но с другой стороны, именно желание продвинуться в сторону процветания и богатства по жизненной шкале успеха могло заставить кандидата наук Бойкова пойти на преступление. Никакой предвзятости, напомнил себе Володя, переходя Кирочную улицу.

По сведениям Володи, Авдеенко М.С. имел шикарную квартиру недалеко от Смольного, дачу в районе Рощино, две дорогие машины и домик на Кипре. Все эти покупки делались задолго до его поездки на международную конференцию во Францию. Но это ничего не значило, поскольку господин Авдеенко был женат. Женат второй раз, на особе моложе себя, а следовательно, здесь можно поискать дополнительные существенные траты. Недвижимость жене и детям от первого брака Мирослав Семенович не покупал, но вот драгоценности своей второй половине вполне мог приобрести, и, возможно, на довольно крупную сумму. Проверить, нет ли у господина Авдеенко счетов на солидные суммы в банках на данной стадии расследования, к сожалению, не было возможно. Ладно, будем работать с тем, что есть. Побеседуем для начала с сотрудниками клиники, затем посетим фитнес, в котором занимается мадам Авдеенко, и попробуем познакомиться с ней, или с ее тренером, или еще лучше с тренершей, мечтательно прошептал Володя, представляя стройную подтянутую девушку в обтягивающем трико, еще лучше в крохотных шортах и коротеньком топике.

Да, в каждом деле можно найти приятные стороны, если задаться целью.

– Ну что, девушки? Узнали что-нибудь в пансионате? Как вас там встретили? Корочки пригодились? – встретил их дедуля нетерпеливыми вопросами, когда Катя и Амалия, уставшие после тяжелого, наполненного хлопотами дня, вернулись домой. – Замерзли, голодные? А у меня уж и ужин готов!

Деда Ваня, как и накануне, в парадной жилетке, маленький, суетливый, с горящими от любопытства глазками, помогал раздеваться, вешал куртки на вешалки и заглядывал Амалии в глаза, ожидая ответа.

– Все узнали! Корочки пригодились, без них бы не справились! – бодро соврала Амалия, и морщинистое, добродушное лицо старого рабочего Ивана Григорьевича Змеюкина засветилось от счастья и гордости.

– Полпенсии на них потратил! – довольно проговорил он, с любовью глядя на внучку.

– Спасибо, дедуль. Сейчас перекусим на скорую руку и за дело. А дел у нас сегодня еще невпроворот, так что накладывай, за столом все расскажу.

И правда, отдыхать Амалия не собиралась и Кате не дала. Быстренько проглотив ужин, коротко отчитавшись перед дедом о результатах поездки и выслушав его отчет о сериале про Перри Мейсона – «Вот это голова! Ну, просто вылитый ты, Амаличка!», – Амалия потащила Катю к компу.

– Так, Сыктывкар. Телефонные номера, – набирала Амалия в «Яндексе». – О, телефонная база Сыктывкара, и всего делов! – Она самодовольно ткнула пальцем в экран. – А ты боялась! Главное для человека – это вера в себя, в свои силы, напористость и отсутствие ложной скромности, – нравоучительно произнесла она, заполняя графы запроса. И через пару секунд на экране появился шестизначный номер телефона.

Амалия набрала предложенный здесь же код города, найденный номер и нажала кнопку набора.

Катя сидела затаив дыхание, с восхищением глядя на подругу.

– Алло, добрый вечер, можно Тамару Константиновну? – вежливо, по-деловому спросила Амалия. – А с кем я беседую? Могу я узнать ваше имя?

– Очень приятно. Меня зовут Амалия Борисовна Змеюкина. Петербургская коллегия адвокатов…

– Нет, нет, не волнуйтесь. Но ваша мать стала свидетелем в одном весьма сложном и серьезном деле, которое я сейчас веду. Мне необходимо срочно разыскать ее. К сожалению, я не располагаю ее Петербургским адресом.

Катя, слушая разговор Амалии, из коего до нее доходила ровно половина, незаметно для себя нервно грызла ногти, чего не делала уже лет десять, с подросткового возраста. Ей все время казалось, что вот сейчас незнакомая дочь Тамары Константиновны бросит трубку, пригрозив заявить на них в полицию. Но беседа шла своим чередом, а трубку никто не бросал.

– Благодарю вас за помощь, Ирина. Если ваша мать объявится, прошу вас немедленно связаться со мной, или пусть она сама это сделает. Второе предпочтительнее. Ей нечего бояться, к ней лично нет никаких претензий, но ее сведения сильно помогут следствию, – наставительно закончила Амалия и повесила трубку.

– Ну? – с надеждой и трепетом спросила Катя.

– Все в порядке. Беседовала с ее дочерью. Врачиха, в смысле Тамара Константиновна, уехала в Петербург на заработки. У них с дочерью однушка в новом доме, а дочь весной вышла замуж, зять переехал к ним. Жуть, правда? Так вот, Тамара помучилась с ними пару месяцев, а потом позвонила дальним родственникам в Петербург и уехала сюда на работу. Первое время она жила у какой-то двоюродной сестры матери в Соляном переулке. Не знаешь, где такой? – неожиданно прервала рассказ Амалия.

Катя только молча помотала головой.

– Ладно, потом разберемся. А через месяц она устроилась на работу к какому-то родственнику и сняла квартиру где-то в пригороде. И недорого, и к работе близко. Точного адреса дочка не знает. Да и зачем ей? В гости они с мужем не собираются ехать. Мать регулярно звонила Ирине, это дочь так зовут, по мобильнику. Иногда ей звонила сама Ирина. Но вот последние дня три они не разговаривали. Ирина пыталась сегодня дозвониться до матери, но телефон был отключен. То ли денег на трубке нет, то ли разряжена. Она дала мне номер мобильного Тамары Константиновны, будем дозваниваться. Независимо от нас Ирина также постарается связаться с матерью и нам перезвонит. В любом случае, я взяла адрес родственницы, может, она знает больше. Все же Тамара Константиновна через них на работу устраивалась.

На этом отчет Амалии закончился, потому как у Кати ожил мобильник.

– Марина, – взглянув на дисплей, объяснила Амалии Катя.

– Ну, наконец-то! Включай громкую связь, я должна это слышать! – распорядилась генеральша Змеюкина, и Катя безропотно подчинилась.

– Катюша, добрый вечер, это Марина! – раздался из трубки взволнованный голос. – Катюша, мы не нашли таблетки. Пузырек, который Лидочка открыла перед смертью, Галина Павловна с Машенькой отдали врачу «неотложки», а других мы не обнаружили. Всю квартиру обыскали. – В голосе Марины явственно слышались слезы, то ли от воспоминаний о Лиде, то ли от расстройства из-за пропавшего пузырька.

– Что за «неотложка», когда это было, как звали врача, зачем отдали ему пузырек? – суровой действительностью вторглась в разговор Амалия.

– Что? – растерялась от этого каскада вопросов Марина.

– Меня зовут Амалия Змеюкина, я Катин адвокат, – представилась Амалия, дабы все поняли, кто тут главный.

– Ах да, Катенька рассказывала, очень приятно. А что вы спросили? – растерянно уточнила Марина.

– Зачем отдали врачу пилюли?

– Для анализа, чтобы выяснить, были они причиной смерти или нет, – постаралась максимально развернуто ответить на вопрос Марина.