Кремль - Сергей Сергеев

«Грач» оставил автомобиль на парковке у Политехнического музея. Пешком дошел до комплекса зданий Администрации президента. Контактов по пути следования не имел.

В 9 часов 35 минут вошел в подъезд Администрации, где располагается его служебный кабинет. В 12 часов 35 минут вышел из здания Администрации, сел в служебный автомобиль и был доставлен к ресторану (данные по ресторану и его владельцам прилагаются).

В ресторане его ожидал член Правления и вице-президент Банка экономического сотрудничества Семенов, в дальнейшем «Друг».

Организовать контроль разговора «Грача» с «Другом» не представилось возможным по техническим и организационным причинам. По полученным сведениям, «Грач» посетил этот ресторан впервые. С владельцем и управляющим не знаком. Установка стационарного оборудования в помещении представляется нецелесообразной, учитывая, что данный ресторан не является местом постоянных контактов «Грача».

Отдельные слова из беседы «Грача» с «Другом» зафиксированы нашим сотрудником. С некоторым опозданием он устроился за соседним столиком.

Беседа носила в основном деловой характер. В частности, речь шла о выделении кредита и проверке какой-то компании. Доносились также слова «стратегические предприятия».

В конце беседа приобрела эмоциональный характер. «Грач» выглядел расстроенным. Спиртное практически не пил. «Друг» принял несколько порций крепкого алкоголя, но признаков опьянения не отмечалось.

«Друг» обещал оказать содействие «Грачу» в решении интересующего его вопроса.

Эта часть документа сильно не понравилась Воронову. Он вновь прервался, встал и прошелся по кабинету. Страшно захотелось курить. По настоянию врачей он отказался от этой дурной привычки и стал чувствовать себя намного лучше, но сейчас никотиновое голодание напомнило о себе.

«Эмоциональный характер» беседы, «стратегические предприятия», обращение Ратова к «Другу» — все эти элементы складывались в картину, которую он никак не ожидал увидеть. По крайней мере считал ее маловероятной. Значит, была допущена серьезная ошибка в анализе поведения и жизненных установок Ратова.

С недовольным лицом Воронов вернулся к чтению.

Из ресторана «Грач» на служебной машине был доставлен к зданию Администрации и вошел внутрь. Вышел в 21 час 30 минут и проследовал к парковке у Политехнического музея. Сел в свой автомобиль и выехал по направлению к месту жительства. За время отсутствия «Грача» в его автомобиле установлен «маяк». Сделать это по месту жительства не представляется возможным, так как автомобиль хранится в охраняемом подземном гараже.

По пути «Грач» остановился у супермаркета. В магазине приобрел грудки куриные, хлеб зерновой, йогурты, овощи и другие продукты. Расплачивался банковской карточкой. Подозрительных контактов по пути следования и в магазине не имел.

К своему дому подъехал в 23 часа. Машину оставил в подземном гараже.

В 23 часа 15 минут в подъезд жилого дома «Грача» вошла «Инна». До утра следующего дня объекты из адреса не выходили.

Воронов внимательно прочитал прилагавшиеся к сводке документы.

Ситуация стремительно ухудшалась. Он рассчитывал, что после звонка Бровина объект «Грач», а в мирской жизни Игорь Ратов, без особых сомнений и угрызений совести предложит включить «Ферросплавы» в список стратегических предприятий. Зачем ему лишняя головная боль? Ну поломается, попросит вознаграждение, получит его и все равно подпишет. Недавно назначен на высокую должность в кремлевской Администрации. Большие амбиции. По какой такой причине зря тратить время и силы? Он и компенсации требовать не будет. На большее рассчитывает. Впереди нешуточная карьера.

А тут получается, что встретился с этим крупногабаритным «шкафом» Семеновым, то есть с «Другом». Что он мог попросить? Конечно, выяснить причины обращения «Ферросплавов».

Воронов опять встал из-за стола и уже кружил по комнате, разминая затекшие ноги и таким образом концентрируясь.

«Не прост „Грач“. Цену себе набивает».

Генерал уже не сомневался, что на встрече Ратова с Семеновым речь шла именно о «Ферросплавах». О чем еще? У него нет других проблем со списком стратегических предприятий. Ошибка исключается. Именно Семенов курирует в банке крупного корпоративного клиента — корпорацию «Ферросплавы».

«А если Ратов заартачится? Прав, конечно, владелец „Ферросплавов“ Даниил Морев. Принял верное решение. Начинает переговоры он, Воронов, как лицо неофициальное. Если ему отказывают, Морев задействует свой ресурс и выходит на самый верх — в Кремль или в Белый дом — как получится. Несколько вариантов. Разводим риски, дублируем. Никуда Ратов не денется.

Но это будет означать, что „предприятие“ генерала Воронова сработало неэффективно, впустую и даже усложнило ситуацию. Такое не скроешь, а это — потеря клиентуры, репутации, контрактов. И причиной тому — зарвавшийся Ратов. Не знает, с кем связывается!»

Каллиграфическим почерком, приобретенным еще в сельской школе и обеспечившим юному Воронову теплое место писаря в военном трибунале после призыва на срочную службу, он расписал документ своему заместителю по оперативной части Груздеву.

Потом подвел черту и так же аккуратно набросал прямо на сводке план действий:

Выяснить, о чем договорились «Грач» и «Друг».

На «Грача», «Друга», «Инну» собрать полную информацию — связи, родственники, планы, финансы, налоги, компромат.

Если «Грач» и «Друг» договорятся о встрече, доложить.

Особый контроль!

«Более подробные инструкции изложу Груздеву устно. Конечно, придется серьезно потратиться, но оно того стоит. Эх, долбаные новогодние каникулы некстати, — покачал головой Воронов. — Хорошо только, что они помешают не только нам. Вряд ли Ратов будет доставать Семенова своими делами. Значит, время еще есть. Но его катастрофически мало».