Выйти замуж за олигарха - Мария Жукова-Гладкова

– Странное меню, – заметила Татьяна.

– Ты по себе судишь. Мы привыкли гостей встречать салатами, потом горячим, потом сладким.

– Кстати, а где свадебный торт? – вдруг спросила подруга.

– Может, до него не дошло? И вообще вон пирожков всяких сколько.

– Все равно странно, что все это одновременно стоит на столах. И поросенок, и осетр, и сладкие пирожки.

– Там не только сладкие, – заметила я, считая, что нам непривычно видеть стол, накрытый подобным образом. И вообще мы не знаем, как организовывались царские пиры. Подозреваю, что имелись отличия в пирах Ивана Грозного и Николая Второго. Но официанток в кокошниках и кимоно точно не было ни там, ни там.

Мне лично интереснее было смотреть не на яства на столе, а на то, как вел себя народ. Первым делом мама олигарха потребовала убрать со столов лишние бокалы и рюмки. Олигарх попробовал возмутиться, но мама сказала: «Цыц!», и сын смолк. Обалдевшему метрдотелю дамочка пояснила, что пьяные гости все разбить могут, а платить придется ее сыну. Вместе с метрдотелем и одной официанткой, которая составляла на поднос посуду, мама обошла каждого гостя и спросила, что он будет пить. В зависимости от этого ненужные бокалы и рюмки тоже убирались.

– Да она же ненормальная, – заметила Татьяна.

– Вероятно, никак не может привыкнуть к тому, что у нее сын – богач. Живет старыми мерками. Побьют гости посуду в ресторане – пригласившему их надо платить. Хорошо, хоть со своей водкой не приехала.

Мама также наблюдала за открыванием бутылок на кухне. Официантки подносили напитки в открытом виде и доливали гостям. На камеру было записано, как Фисташкова взглядом коршуна следит за руками официантки.

– Может, опасалась, что любимому сыночку кто-то что-то подсыплет? – высказала предположение я.

– Сыночку она сама бутылку открывает и сама наливает, – заявила Татьяна и открутила запись немного назад. – Наверное, следила, чтобы официантки себе ничего не отлили.

Мама олигарха также сама наливала ближайшим друзьям сыночка. Вероятно, ценила их и не хотела потерять.

– Как хорошо, что мы с тобой не богачки, – сказала Татьяна. – Что за жизнь? Постоянно думать, застрелят тебя или не застрелят, отравят или не отравят…

– По-моему, обычно наливают больше, чем она, – заметила я. – Или хочет, чтобы они подольше оставались за столом, а не под столом?

Потом все происходило так, как вкратце описал нам олигарх – народ пел и танцевал, только медведя забыл упомянуть, плясавшего под балалайку. Тетя Рая отплясывала с Артуром Небосклоновым, моя мама, правда, спокойно сидела за столом и налегала на осетра. Ни в песнопениях, ни в плясках она не участвовала, спокойно беседовала с солидными мужчинами, устроившимися с двух сторон от нее. Все трое были почти трезвы. К концу вечера тетя Рая была, можно сказать, на бровях.

Адвокат спал лицом в тарелку, и не он один. Может, устал за последние дни? В конце вечера Фисташков приказал охране везти адвоката к нему, так как «завтра работать будем». Олигарх едва передвигал ноги, и его тащили два парня, адвокат был еще более пьян. Мама олигарха была абсолютно трезва, но с сыном не поехала, а осталась следить за окончанием пира, а потом приказала обслуге ресторана собрать несъеденное в пакеты, а также отнести в ее машину недопитое спиртное.

– Неужели она не понимает, что таким образом позорит сына?! – воскликнула Татьяна.

– Ей не объяснишь. Интересно только, куда она дела все это добро?

– У нее дома в холодильнике стоит, – хмыкнула подруга. – Неделю доедать будет. Может, сыночек в гости приедет, она и его покормит. Пирожки в духовке или в микроволновке разогреть можно.

Досмотрев запись до конца, я решила позвонить продюсеру Артура Небосклонова и спросить, доволен ли он состоявшимся мероприятием. Как я видела, он был абсолютно трезв, от всего алкоголя отказывался и пил только яблочный сок. Правда, покушал сытно.

Продюсер сказал, что все прошло отлично, если наш канал покажет выступление его подопечных, будет еще лучше, и если я опять соберусь замуж (по-настоящему или понарошку), он всегда готов обеспечить музыкальное и песенное сопровождение.

– Драки никакой не было? – уточнила я. Вдруг что-то происходило на улице и операторы не записали?

– Так и невесты не было, – захохотал продюсер. – И кражи невесты не было. Юль, все нормально. Все довольны. В круиз отправимся по первому требованию.

Потом я позвонила Василию, который все еще находился на работе, и поинтересовалась результатами вскрытий.

Василий сообщил, что двух дам (модель и финансового аналитика) в загсе убили из одного и того же пистолета. В меня и в свидетеля стреляли из одной и той же винтовки. Все оружие – иностранного происхождения. Адвокат, как решили эксперты, умер от естественных причин. Сердце.

Потом у меня зазвонил мобильный. Мама, отчаявшись дозвониться мне домой, позвонила и сообщила, что тетю Раю с сердечным приступом только что отвезли в больницу.

– Ты видела, как она вчера отплясывала? – спросила я.

– Да, но я все равно чувствую себя виноватой… Ее дочь на меня так орала…

– Мама, она сама напросилась. Ее никто не тянул. Если дочь еще раз позвонит и станет тебя в чем-то обвинять, так ей и скажи или переадресуй ко мне. Я могу ей копию пленки предоставить, где записано, как веселится тетя Рая.

Конечно, мне было ее жаль, но… Надо надеяться, что все закончится хорошо.

Следующий звонок заставил меня надолго задуматься.

Номер звонившего не определился. Явно искаженный голос сказал:

– Мать Фисташкова сбежала. Вот так-то.

После этого связь оборвалась.