Выйти замуж за олигарха - Мария Жукова-Гладкова

Когда мы подъехали к дому олигарха, было уже половина одиннадцатого вечера. Все в нашей компании обычно ложатся поздно, никому рано вставать не надо, в крайнем случае, на завтра съемки есть, так что мы могли не торопиться. Но вот когда ложится олигарх? Вообще-то у него, наверное, традиционный рабочий день, пусть он и владелец компании. Хотя, может, он после последних переживаний не ходит на работу?

Я спросила вслух.

– Завтра в любом случае суббота, – напомнила Виктория Семеновна. – Заработалась ты, моя дорогая.

Ворота были заперты, переговорное устройство не работало.

– У меня такое впечатление, что у него отрубилось электричество, – сказал Виталя. – И ворота заблокированы.

– Неужели у Фисташкова нет своего генератора? Как раз на такой случай? Должен же помнить, в какой стране живет, – заявил Иван Захарович, у которого генератор имелся.

– Виталь, есть у него генератор? – дернула я милого за куртку. – Ты его видел, когда мы дом осматривали?

Виталя как-то неопределенно передернул плечами. Вероятно, не помнил. Или не заметил. Генератор мог быть небольшим и находиться, например, под баней. Виталя предложил следовать в обход и проверить другой въезд. Я предложила позвонить олигарху на мобильный.

Я позвонила. Никто не ответил. Еще раз – та же история.

– У него должно быть несколько телефонов, – высказала свое мнение Татьяна. – Вон даже у тебя два.

Но я знала только один номер, который мне был выдан для связи.

Ворота с другой стороны тоже были закрыты. Там тоже никто не ответил на звонок. Я предложила позвонить маме олигарха.

– У тебя есть ее номер? – посмотрел на меня Иван Захарович. – Она его тебе оставила?

Я сказала, что видела номер, записанный на аппарате в маминой квартире, и предложила звонить ей домой.

– Звони, – кивнул Иван Захарович.

Трубку никто не брал. Куда она могла пойти в такое время? Это я могла бы, а она?

– На мужской стриптиз, – хохотнула Виктория Семеновна. – Она как раз попадает в категорию дам, любящих молодых мальчиков.

– Через забор лезть? – спросил Виталя у Ивана Захаровича.

– Ты что, а если ток пущен? – воскликнул Пашка, оторвавшись от очередной бутылки пива.

– Паша, ты видишь, что с воротами?! – заорал Виталя.

– А если это какая-то особая блокировка? Если электричество есть и по верху пущен ток? Но тогда возникает вопрос, из-за чего произошла блокировка?

– Звонок не работает!

– А если он и не должен здесь срабатывать? Есть звонки, которые звонящий не слышит, но которые раздаются в доме. И вообще тут могут быть инфракрасные лучи, реагирующие на движение.

Я напомнила Пашке про дом одного богатого человека (кстати, в той же части Ленинградской области), в котором нам не так давно довелось побывать. Когда мы только подошли, внезапно послышался сигнал. Мы тогда оба подпрыгнули. Потом хозяин объяснил нам, что мы попали в зону действия инфракрасного луча. Кнопки звонка там, кстати, нигде не было. Здесь она имелась. Но я была согласна с Пашкой. С другой стороны, кому тут звонить, если прислуга глухонемая? Хотя есть же охранники. То есть должны быть.

Внезапно с другой стороны послышалось какое-то движение и стон. Мы замерли и переглянулись. Небольшая дверца в стене начала открываться, Виталя первым тронулся туда и фактически поймал падающую маму олигарха. Она находилась в полуобморочном состоянии.

– Темуля? – простонала она, увидела, что ее подхватил не сын, и лишилась чувств.

Мы быстренько зашли на территорию, оставив дверцу открытой. Виталя с Димой переглянулись. Виталя потащил маму олигарха в дом, а Дима принялся изучать механизм, расположенный справа от двери.

– Ну что? – спросила я у него.

– Она вручную открыла. Сняла блокировку и открыла. Значит, звонок слышала. Но почему двери с двух сторон заблокированы? В тот раз ведь оставили открытыми. Если тут побывали… злоумышленники, они должны были как-то выйти! Или ворота, или дверца должна была оставаться открытой! Или и то, и другое. С внешней стороны их не заблокировать!

– Но олигарх же как-то уезжает из дома, – заметила я. – У него должен быть пульт.

– Значит, сперли, – сделал вывод Дима и повернул к дому.

Комната охраны опять оказалась пуста, мониторы отключены. Виталя уже звал нас откуда-то из глубины дома. Мы всей компанией рванули туда. Мама олигарха лежала на белом диване в большой гостиной и прикладывала к голове смоченное водой полотенце. Вероятно, Виталя принес его из одной из многочисленных ванных комнат. Но сам он находился где-то в другом месте. Мы поспешили на голос.

Эту комнату я назвала бы переговорной. Я помню, что следователь во время моего предыдущего визита вел записи именно здесь. Комната угловая, две стены – стеклянные, с красивым видом на парк (днем). Сейчас, конечно, парк был погружен во тьму.

Двое мужчин лет тридцати пяти – сорока, в дорогих деловых костюмах, белых рубашках и при галстуках, лежали на полу, связанные и с кляпами. Лица у обоих перекошены. Над ними стоял Виталя. На столе в беспорядке лежали какие-то бумаги, стояли два ноутбука. Я вопросительно посмотрела на милого друга.

– Оба мертвы, – сообщил он, будто я сама не видела.

Я опустилась на колени рядом с более молодым и дотронулась до его руки. Она успела остыть, но трупное окоченение еще не наступило. Тогда я подошла к ноутбукам. Вероятно, в обоих случаях сели аккумуляторы. Пашка все заснял, потом мы вышли из комнаты, Пашка заснял общий вид, на котором не маячили мы с Виталей. Остальные в переговорную не заходили.

– Рассредоточиваемся по дому, – сказал Виталя. – Но не по одному. – Он оглядел нашу компанию. – Иван Захарович, посидите с дамой. И вы, Виктория Семеновна. Может, скажет что-то интересное. Юля и Паша, за мной. Татьяна с Димой.

Олигарха мы нашли связанным в спальне вместе с Сильвой. Каждый был связан по отдельности, а не друг с другом, кляпы вставлены обоим. Значит, злоумышленники не знали, что Сильва глухонемая? По крайней мере, эти двое были живы. Пашка быстро заснял представившуюся нашим взорам картину, потом мы с Виталей развязали олигарха с девушкой.