Замок храпящей красавицы - Дарья Донцова

Марфа приоткрыла рот, я поняла, что охранник начисто лишен чувства юмора, Франк согнулась пополам от хохота, а дядя Миша рявкнул:

– Идиот! С тобой пошутили!

Игорь широко распахнул глаза, окруженные ресницами, которым легко позавидует любая девушка.

– Масленки нету? Еще разок пройдите.

Марфа скорчила гримасу, но покорилась. Раздался писк.

– Не могу разрешить вам доступ, – торжественно заявил парень.

– Может, аппаратура на крестик или серьги срабатывает, – предположила Катя.

Ермолова сняла цепочки и подвески, и мы снова услышали знакомый звук.

– Вы ждите, – распорядился Игорь, – не скапливайтесь у входа, не создавайте аварийную ситуацию. А гражданочка пускай заворачивает.

– Вот я позвоню Корсакову, – пригрозил Михаил Степанович, – огребешь по полной за глупость!

– Владимир Михайлович сами предписание составили, – спокойно ответил Игорь.

– Ты знаешь, кто я? – разозлился дядя Миша.

– Конечно, – заулыбался страж металлоискателя.

– Отлично, запускай ее под мою ответственность, – обрадовался дядя Миша.

– Нельзя, – объявил Игорь, – сначала дайте приказ от начальника смены. Я большие проблемы не решаю.

– Хочу в гардеробную, – захныкала Марфа, – сейчас зарыдаю.

– Это пожалуйста, – не сжалился Игорь, – но за порогом, там что угодно делайте, не моя подохранная территория.

– Долдон! – фыркнула Катя. – Включи ум, если он у тебя есть! Марфа в обтягивающем атласном платье, где она оружие спрятала? Проглотила?

Игорь уставился на Франк.

– Пистолет не проглотить. Разве что по частям.

Мне надоела роль наблюдателя-молчуна.

– Отличная идея, но как потом его назад извлечь? Катя права, обыщи Ермолову, убедись, что у нее под кожу не вшита баллистическая ракета, и мы спокойно потопаем дальше.

– Под кожу! – ахнула Марфа. – Такая техника чуткая?

– Даже блоху по подковам вычислит, – блеснул знанием литературы секьюрити.

– У меня сделано армирование, – чуть смущенно призналась Марфа, – может, это причина сигнала?

– Это что такое? – не понял парень.

– Под кожу лица вшивают проволоку, – пояснила Катя, – чаще всего золотую или титановую.

– Зачем? – поразился охранник.

– Чтобы моложе выглядеть, – вздохнула Франк, – это альтернатива подтяжке кожи.

– А-а-а, – протянул Игорь, – ясненько.

– Мне можно идти? – обрадовалась Марфа.

– Конечно, – заулыбался охранник, – только проволоку уберите и шагайте.

Ермолова замерла с поднятой ногой.

– Нет, ты правда неандертал, – восхитилась Катя, – сказано было, нити вшиты, они внутри.

– То, что запихнули, можно выпихнуть, – убежденно заявил Игорь, – в дом с проволокой вход запрещен.

Марфа покраснела, а Франк накинулась на секьюрити:

– Разогрей свой мозг, если, конечно, орган размером с грецкий орех можно считать вместилищем разума! Это как кардиостимулятор или пломба в зубах!

– С клыками проблем нет, – кивнул Игорь, – на все остальное нужна справка от врача, с печатями. В бумаге надо указать тип жизненно необходимого прибора, находящегося в организме человека, в вашем случае – мотка проволоки.

– Моток проволоки! – с непередаваемым выражением повторила Марфа. – Я что, по-твоему, забор вокруг тюрьмы?

– Там дешевая дрянь, – уточнила Катя, – а у тебя золото!

– Спасибо, утешила, – буркнула Ермолова, – пожалуйста, попытайтесь уломать твердолобого юношу. Вероятно, в вашем лексиконе найдутся более доходчивые слова, я потерпела фиаско. Общение с роботами-сквоттерами не мой конек. Очень хочу в гардеробную, я давно не получала подарков, жизнь меня не балует.

Марфа громко всхлипнула, по ее щеке поползла прозрачная капля. Ермолова определенно пыталась разжалобить цербера, но тот оказался устойчив к ее хныканью. Марфа опять всхлипнула, из другого глаза выкатилась вторая слеза. Поверьте, даже злобный Минотавр мог расчувствоваться, глядя на нее, а Игорь вдруг спросил:

– А она не ржавеет? Если вы плачете, на щеках или лбу рыжие пятна не проступают?

Катя села на корточки и залилась хохотом, Михаил Степанович крякнул, Марфа медленно набирала воздух в легкие, а я быстро спросила:

– Когда дядя Миша миновал металлоискатель, тот пискнул, но ты ничего ему не сказал.

– У него оранжевый пропуск, – пояснил Игорь, – бейдж круче пикалки. Даже если человек звенит, то, показав пласткарту, он имеет право на вход. Такова инструкция.

– Марфа тоже имеет такое удостоверение, – обрадовалась я и выудила из кармана прямоугольник цвета апельсина.

– Почему оно находится у вас? – бдительно поинтересовался охранник.

Я потупилась.

– Ермолова звезда, ей по статусу не положено думать о такой ерунде, как пластиковые карточки, пропуска и прочее. Для этого существуют специально обученные люди вроде меня! Марфа, разрешите показать ваш вип-документ секьюрити?

– Сделайте одолжение, дружочек, – царственно кивнула Ермолова.

Я помахала перед носом парня своим бейджем.

– Ну, теперь как?

– Можете проследовать в нужном направлении, – разрешил Игорь.

– Ну спасибо, – прошипела Марфа и, гордо задрав голову, пошла по коридору.

Длинная галерея сделала резкий поворот, я потеряла Ермолову на секунду из вида и тут же услышала вопль:

– Мама!

Ноги сами собой рванули на крик, и я буквально налетела на актрису, которая стояла возле здоровенной железной фигуры в латах и с алебардой в руке.

– Фу, черт, идиот железный! – в сердцах воскликнул несшийся следом Михаил Степанович. – Откуда он здесь взялся? Еще днем не было.

– Рыцаря на премьеру спектакля Георгий Яковлев подарил, – объяснил Игорь, который покинул пост и стоял вместе с нами. – Филипп Леонидович велел его пока тут поставить, временно.

– Не лучшее место, – скривился Михаил Степанович, – людей пугать.

– Фу, – выдохнула Марфа, – я думала, он живой, дикое страшилище.

Игорь хихикнул.

– Тока урода поставили, как Леонид Филиппович на него наскочил. Тоже перепугался, прямо странным стал, лицо у него закаменело! Я шум услышал, побежал посмотреть, гляжу, алебарда у чучела выпала и латы свалились. Я их на место не сразу поставил, пока пыхтел, Леонид ушел, а когда вернулся, мимо молча прошел, видно, ему рыцарь совсем не понравился.

– Покажите человека, которого он в восторг приведет, – выдохнула Катя, – а ведь, наверное, дорогой сувенирчик.