Покаяние «Иуды» - Ахмет Хатаев

— Поживете с моё, и будут. Итак, встречаемся в девятнадцать в холле гостиницы «Метрополь». Если хотите, можете пригласить с собой дочь Саши. Только не говорите, что я знаком с ее отцом. Это мое условие. Не терплю слез. Договорились?

— Договорились.

Дождавшись гудков, Эди положил трубку, а потом набрал телефон Елены. Она ответила сразу. Расспросив о делах и настроении, предложил ей поужинать.

— Я согласна, — тут же ответила она.

— Тогда встречаемся на Красной площади в шесть вечера, — заметил Эди.

— Может, вы приедете ко мне или я к вам, а потом вместе на ужин? — вопросительно промолвила она и затихла в ожидании ответа.

— Елена, извините, у меня сегодня ожидается еще одна встреча, я вам говорил, это по просьбе Александра. Давайте лучше встретимся перед ужином, к этому времени как раз и освобожусь.

— Я хотела по вчерашнему случаю кое-что рассказать, ну, ладно, тогда в шесть. До встречи, — резко сказала она и положила трубку.

Почувствовав эту резкость и чтобы как-то сгладить ситуацию, Эди вновь набрал ее телефон. Трубку Елена подняла только после шести гудков и почти плачущим голосом спросила:

— Кто это?

— Елена, это Эди, давай, если хочешь, встретимся пораньше.

— Я узнала. Сейчас?

— Да, там же, у первого поста.

— Я выезжаю, — выпалила она, вмиг забыв о слезах, и тут же положила трубку.

«Глупая девочка, не понимает, что нельзя так вести себя с мужчинами, ведь могут обмануть, а потом поминай как звали. Со мной-то, понятно, проблем у нее не будет, ну а если тот же Сафинский или еще кто-нибудь», — сердился Эди, в котором вновь проявились нотки беспокойства за ее судьбу. Надо бы подсказать, но как это сделать при таких всплесках чувств. Ведь может и не понять, обидеться и хуже всего — насторожиться, что усложнит решение стоящей задачи.

Эди допускал, что Елена тянется к нему как к другу своего отца и человеку, проявившему реальную заботу о ней. Но то личное, что с каждым разом все более проявлялось в ней, настораживало и требовало определиться, как ему дальше вести себя с ней, чтобы не навредить намеченной линии. Но, так ничего дельного не придумав, решил посоветоваться с Любой. И с этой целью спустился к ней в номер. Тем более надо было позвонить Артему, чтобы сообщить о месте и времени предстоящего ужина с Моисеенко.

Переговорив с Артемом, он повернулся к Любе и произнес:

— У меня возникла проблема во взаимоотношениях с Еленой. По-моему, она хочет невозможного — близости. Может быть, вы подскажете, как сохранить с ней доверительные отношения, которые необходимы для решения некоторых вопросов реализуемой операции.

— У нас с Ковалевым уже был разговор по этой ситуации, — призналась Люба, присаживаясь в кресло напротив Эди. — Он прочитал вчерашнюю сводку и пришел в смятение. Тоже спрашивал совета. Скажу откровенно, я ему ничего не ответила, сказав, что чужая душа потемки, но вам же, Эди, я не могу так ответить, — заметила она, протянув к нему руки.

— И правильно делаете, Любовь Александровна, — промолвил Эди, нежно взяв их в свои.

— Ничего странного в том, что она увлеклась вами, я не вижу, — заметила Люба, поднявшись с кресла. — Будь я на ее месте, вообще не отпускала бы вас от себя.

— Начало многообещающее, — улыбнулся Эди и, потянув ее за руки, усадил к себе на колени. — А что-нибудь конкретнее можете порекомендовать, товарищ оперативный психолог?

— Эди, откровенно скажу: влюбленную девушку одними словами убедить в чем-то, сказав ей, что надо следовать какой-нибудь логике, бесполезное занятие. Она просто не поймет этого. Более того, может стать врагом, особенно если почувствует, что отвергнута. Ее месть будет изобретательной и коварной.

— Меня в пот бросило от ваших откровений, — вновь улыбнулся Эди.

— Поверьте, я ничуть не сгущаю краски. Это не мои наблюдения, а исследования группы специалистов из нашей спецлаборатории, разрабатывающих методику по вербовке агентов из числа женщин для активных мероприятий.

— Ну и что делать в нашем случае?

— У вас просто нет другого выхода, как ответить на ее страсть, — игриво промолвила она.

— Я думал, вы посоветуете, как избежать этого.

— Извините, — прервала она его, слегка улыбнувшись, — должно быть, и вам ведомо, что страсть является своего рода душевной болезнью, которая поддается лечению только встречной страстью.

Эди некоторое время затаив дыхание слушал Любу, немало удивленный ее смелой откровенностью и прекрасным знанием логики поступков женщины, оказавшейся в плену чувств, а потом весело произнес:

— Этот метод наверняка эффективен, но в случае с Еленой к нему не следует прибегать. Ее отцу я обещал, что буду заботиться о его дочери в силу своих возможностей, и более ничего. Своему слову, даже данному шпиону, контрразведчик должен быть верен, иначе… — не договорил Эди, отпустив руки Любы и опустив глаза на часы.

— Что иначе? — переспросила Люба, поднимаясь с его коленей.

— Иначе контрразведчикам перестанут верить, и они вымрут как мамонты, — весело произнес Эди, вставая, чтобы идти.

— В таком случае я могу сходить на работу?

— Осчастливьте коллег своим появлением, но смотрите, чтобы кто-то из западногерманской резидентуры не сопроводил вас на Лубянку.

— Я постараюсь.

— И не забудьте, вам нужно будет вернуться сюда, — заметил Эди и, чмокнув ее в щечку, ушел.

Скоро в назначенном месте он встретился с Еленой, которая проявила свою радость тем, что чмокнула его в губы и взяла под руку. На смущение Эди, смеясь, предложила не обращать внимания на шалости соскучившейся по парню девушки и сильно прижала его локоть к своей груди.

Чтобы как-то остудить порыв ее нежности, он спросил:

— Елена, вы хотели что-то рассказать?

— Да, хотела, — ответила она и сразу посерьезнела. — В одном из тех парней, что напали на нас, я узнала своего бывшего одноклассника. Его мать преподавала у нас. Вот поэтому утром я пошла к ней и рассказала о ночном происшествии. В это время дома были Вадим, так зовут того парня, и его отец, который сразу начал допытываться у сына, что и как было. Вадим же стал отнекиваться, мол, не помню, так как ударился головой обо что-то. И на самом деле у него лицо — одна гематома. Но когда отец сильно рассердился и сказал, что выгонит его из дома, Вадим признался, что их с ребятами подговорил знакомый из соседнего дома. На требовательный вопрос матери, кто этот сосед, Вадим, показав на меня, пояснил. Он учится в том же институте, что и я. Его же подговорил один молодой человек, который пытается ухаживать за мной, решив проучить своего конкурента. Я, конечно, сначала растерялась, но потом, придя в себя, объяснила Вадиму, что он со своими приятелями напал на друга папы, и попросила назвать имя подговорившего их человека.