Мой французский вояж - Юлия Алейникова

Начать я решила все-таки с дворца Ласкари – итальянского палаццо XVII в. Чудное здание с цветочной росписью на фасаде и интерьерами в стиле барокко. На первом этаже реконструировали аптеку 1738 года. Посетив сей уголок истории, я заметно проголодалась, да и время было уже обеденное. Я прошлась по улице в сторону авеню Сент Жан Баптист, где находится Музей модерна, и нашла очаровательный недорогой ресторан. Устроившись на улице, я взяла меню. Бросив взгляд на соседние столики, я с удивлением увидела второго мужика, который стоял утром на ступенях Negresco. Похоже, они с приятелем тоже разошлись во мнениях, как провести время. Встретившись с ним случайно взглядом, я доброжелательно ему улыбнулась. Странный тип чуть не подавился пивом. На его лице отразилась смесь досады и отвращения. Ну ничего себе! Я, что, так плохо выгляжу? Или он решил, что я с ним заигрываю? Кипя от возмущения, я повернулась к нему спиной.

Когда я злюсь, аппетит у меня тоже звереет. В итоге, с трудом определив, где мясо, где рыба, я наугад выбрала какое-то мясное блюдо, салат, мороженое и чай. Мороженое я обожаю, если бы не здравый смысл, ела бы его на завтрак, обед и ужин. Поскольку обедала я за свой счет, приходилось осмотрительно расходовать финансы. Обед мне обошелся в пятьдесят с небольшим евро.

Пока я не спеша наслаждалась французской кухней, мои ноги немного отдохнули, перестали гудеть, и теперь я была готова продолжить культурную программу.

Вставая из-за столика, я не удержалась и бросила полный презрения взгляд на типа за соседним столиком. Но увы, его там уже не было. Тем лучше, не стану я портить себе настроение из-за какого-то грубияна.

Авангардистов я все-таки увидела и здание музея в форме четырех мраморных башен, соединенных стеклянными галереями, тоже. Здорово! Вот только как мне теперь добраться до отеля? Ноги идти категорически отказывались. Ремни босоножек буквально вонзились в мои бедные измученные ножки. И терзали их, как голодные гиены. А ведь я еще мечтала добраться до рю де Франс – она как раз спускалась в сторону Negresco – пешеходная зона, заполненная магазинами, ресторанами, уличными художниками и музыкантами. Сувенирными лавочками и дорогими бутиками. Что-то типа Арбата.

Но ноги устроили забастовку. Я решила съесть еще мороженое, авось полегчает. Не полегчало. И тут, о радость, я увидела салон красоты. Это выручало всегда. Еще со студенческих времен я открыла чудный способ во время путешествий быстро восстанавливать форму. Если вы выдохлись от экскурсий, прогулок и впечатлений, срочно ищите салон красоты. Педикюр, укладка, освежающая маска для лица, любая из этих процедур, еще лучше все вместе, поставит вас на ноги, даст вам заряд бодрости и энергии.

Благоразумное расходование средств в ресторане позволило мне гульнуть в салоне. Я оставила там двести евро. Да, экономить я не умею.

Бодрая, свежая, цветущая выплыла я из храма красоты на нагретый солнцем тротуар. Итак, на Рю де Франс!

Порхая над асфальтом, как бабочка, я миновала площадь Массены, где все дома были выкрашены в знаменитый помпейский красный цвет, и через десять минут была на вожделенной улице.

В отель я вернулась около восьми, шатаясь, с новыми очками на лбу и мозолями на пятках. Получив ключ, я поплелась к лифту, мимоходом заметив сидящую в холле парочку утренних мужиков. Увидев, что я смотрю на них, оба, как по команде, отвернулись. Наверное, они просто психи, утешила я себя. И пошла своей дорогой. Навстречу мне мощный, как авианосец, плыл Василий Никанорович.

– В казино пойдешь?

– Куда?

– В казино, тут рядом.

– Нет, спасибо. Уже не могу.

– Небось все музеи обшарила?

– Нет, только два.

– Ну что, надышалась пылью веков, чудило? Все бабы в бутики, а она в музей!

– Кому что нравится, – парировала я.

– Ну-ну. С обновкой тебя! – съехидничал Носорог.

– Благодарствую.

На этом мы расстались. Удивительно, но странная парочка, которая меня невзлюбила, отправилась в том же направлении, что и Ползунов. Приклеились они к нам, что ли. Я вошла в лифт и задумалась о своем работодателе.

Что-то манера нашего общения перестала укладываться в схему агент-клиент. Это неправильно. Надо срочно исправить.

Войдя в свой номер, я сбросила ненавистные босоножки. Казалось, что их контур навсегда врезался в мои бедные ступни. Все. Хватит выпендриваться. Завтра же куплю себе сандалии. В конце концов, кого мне очаровывать? Не носорога же!

Не успела я блаженно развалиться на кровати, как раздался телефонный звонок. Звонили дети.

– Мать! Ну, ты что, совсем совесть потеряла?! Вторые сутки ни слуху ни духу! – это Вероника.

– Ой, детка, извини. Вчера поздно приехали, а с утра сразу на работу. Вот только приползла, не чуя под собой ног от усталости. Как раз собиралась вам звонить.

– Ну да! Мы так и подумали. Ладно, давай рассказывай, где была. Мы с Дэном по громкой связи слушаем.

Я отчиталась об увиденном, съеденном и купленном. И была отпущена с наставлением звонить каждый день, чтобы они не волновались. До чего заботливые дети! Я растрогалась до слез. Годы работы с недвижимостью порядком расшатали мои нервы. Плачу я почти по любому поводу. Даже при просмотре мультика про крокодила Гену – от мысли, какой он добрый и хороший! Только не подумайте, что слезы эти – свидетельство моего полного идиотизма. Вовсе нет. Просто так из меня выходит нервное напряжение. А что удивляться? Представьте себе ситуацию. Вы расселяете огромную коммуналку для некоего богатого папика, дело происходит в самый разгар дикого российского капитализма, половина денег уже потрачена, и часть жильцов из квартиры вывезена. И вот часиков в двенадцать ночи, когда вы готовитесь провалиться в долгожданный сон, звонит один из жильцов квартиры и радостно сообщает, что никуда выезжать не собирается. Он, видите ли, посоветовался с экспертом по недвижимости из соседнего подъезда, пенсионеркой Марьей Ивановной или сантехником Кузьмичом, или еще с кем, и теперь выезжать не намерен. Или цена его будущей квартиры увеличивается вдвое. В любом случае, крайней будете вы. От таких встрясок любой зарыдает.

Помню, как однажды, после окончания одного такого расселения, к нам на переговоры пришел один очень вредный клиент. Наше сотрудничество еще находилось в стадии предварительных переговоров. Клиент вредничал, и когда он в очередной раз выдвинул какое-то абсурдное требование, мы с моим агентом (я тогда работала менеджером), дядькой лет сорока, заплакали, как дети, у которых злой хулиган отнял совок в песочнице. Клиент, естественно, сбежал, испугавшись таких психов. А нас руководство срочно отправило в отпуск.

Так чего удивляться всплеску моих материнских чувств. Но не успела я как следует заняться самоедством по поводу собственного невнимания к детям, как телефон снова зазвонил.

– Дорогая! – Тамбовский волк тебе дорогая!

– Ну не дуйся! Вчера я немцев по злачным местам таскал. Достало ужасно. Но куда денешься. Приехал директор крупной фирмы, их заказ нам очень важен. И сегодня с самого утра с ними вожусь. Славу богу, пошли в отель побриться и переодеться. Хоть час от них отдохнуть. Ты меня простила?