Русская сила графа Соколова - Валентин Лавров
Книгу Русская сила графа Соколова - Валентин Лавров читаем онлайн бесплатно и без регистрации! Читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Наслаждайтесь!
926 0 10:00, 26-11-2019
ЧИТАТЬ КНИГУ ОФЛАЙН в приложении android
Книга Русская сила графа Соколова - Валентин Лавров читать онлайн бесплатно без регистрации
«Васька Югов скоро стал известен как первый силач и отчаянная голова во всем флоте. При спуске на берег в заграничных гаванях Васька в одиночку разбивал таверны и уродовал в драках матросов иностранных кораблей, всегда счастливо успевая спасаться и являться иногда вплавь на свой корабль, часто стоявший в нескольких верстах от берега на рейде. Ему всыпали сотни линьков, гоняли сквозь строй, а при первом отпуске на берег повторялась та же история с эпилогом из линьков — и все как с гуся вода».
А вот как Югов сам рассказывал о своей бурной жизни, рассказывал интересно, сочным языком — слова не выкинуть:
«Бились со мной, бились на всех кораблях и присудили меня послать к Фофану на усмирение. Одного имени Фофана все, и офицеры, и матросы, боялись. Он и вокруг света сколько раз хаживал, и в Ледовитом океане за китом плавал. Такого зверя, как Фофан, отродясь на свете не бывало: драл собственноручно, меньше семи зубов с маху не вышибал, да еще райские сады на своем корабле устраивал…
Возьмет да и развесит провинившихся матросов в веревочных мешках по реям… Висим и болтаемся… Это первое наказание у него было. Я болтался-болтался, как мышь на нитке… Ну, привык, ничего — заместо качели, только скрюченный сидишь, неудобно малость…
Фофан был рыжий, моего роста и такой же широкий, здоровущий и красный из лица, как медная кастрюля, вроде индейца. Пригнали меня к нему как раз накануне отхода из Кронштадта в Камчатку. Судно как стеклышко, огнем горит — надраили. Привели меня к Фофану, а он уже знает.
— Васька Югов? — спрашивает.
— Есть! — отвечаю.
— Крузенштерн, — а я у Крузенштерна на последнем судне был, — не справился с тобой, так я справлюсь, — и мигнул боцману.
Ну, сразу за здраю-желаю полсотни горячих всыпали. Дело привычное, я и глазом не моргнул, отмолчался. Понравилось Фофану. Встаю, обеими руками, согнувшись, подтягиваю штаны, а он мне:
— Молодец, Югов!
Бросил я штаны, вытянулся по швам и отвечаю:
— Есть!
А штаны-то упали. Еще больше это понравилось Фофану, что штаны позабыл для-ради дисциплины.
— На сальник! — командует мне Фофан.
А потом и давай меня по вантам, как кошку, гонять. Ну, дело знакомое, везде первым марсовым был, понравился… С час гонял — а мне что! Похвалил меня Фофан и гаркнул:
— Будешь безобразничать — до кости шкуру спущу! И спускал…»
Лупил этот самый Фофан, горький плод российского древа, всех матросов, к нему в лапы попавших, а Югову доставалось более других. Возможно, ревновал к его необыкновенной силе, к той любви, которой пользовался Югов у команды.
Как бы то ни было, служба шла. Но однажды Фофан приказал выпороть молодого матросика, а тот был болен, упал с мачты и кровью харкал. Вступился за него Югов, предложил выпороть себя вместо матросика, потому как тот не выдержит.
Взбеленился Фофан окончательно, счел проявление человеческого чувства за бунт на корабле и отдал приказ расстрелять Югова. Тому удалось бежать: прыгнул за борт в кромешную ночь, в бурную волну и поплыл в неизвестном направлении, положившись на волю Божью.
Югов понял, что пришел его конец.
Шли Тихим океаном, западной частью его, где разбросались Японские острова. Вечерело. В последних лучах солнца тяжелая вода отливала зеленоватым изумрудом. Горизонт был прозрачен, и на краю его, кажется, что-то темнело, может земля.
Югов в последний раз посмотрел в глаза Фофану, с легкой усмешкой сказал:
— Жаль, жаль… что не разгадал вас, господин капитан.
Фофан удивленно поднял кустистые брови:
— Что еще такое?
— Любопытно было бы понять, откуда такие дураки берутся?
Затопал ногами Фофан, заорал:
— На корму его, подлеца! Ишь, любопытный… Своей рукой пулю в лоб отправлю!..
Не стал ждать Югов, пока дурной капитан из кобуры оружие вытащит. Сиганул с высоты в спасительные волны, ушел глубоко-глубоко в воду и поплыл под ней…
Когда, тяжело хватая открытым ртом воздух, выскочил на поверхность, корабль был уже далеко.
Югов поплыл в сторону той темной полоски, которую разглядел с палубы. Греб медленно, экономя силы. Время от времени он ложился на спину, чуть подгребая руками и набираясь сил. Потом вновь переворачивался на грудь и широко загребал руками.
Скоро наступила ночь. Лишь крупными холодными льдинками в черной беспредельности космоса глядели звезды, да круглая пятнистая луна серебрила гребешки волн.
Наконец навалилась смертельная усталость. Василию казалось, что к его ногам и рукам были привязаны гири. Лишь одна страшная мысль стучала в воспаленной голове: «Сбился с курса, все, вот конец мой настал. Ах, Господи и Матерь Божья, умирать страсть как не хочется!..»
И когда казалось, что сейчас страшная сила утянет его в неведомые морские пучины, руки вдруг ощутили водоросли. Через минуту Василий лежал, обессиленный, на берегу и осенял себя крестным знамением:
— Спасен, Господи, твоей милостью… Из гроба восстал, истинно!
* * *
Выяснилось, что судьба русскому моряку преподнесла еще один веселенький сюрприз: остров оказался необитаемым. И если его знаменитый предшественник Робинзон перетаскал с затонувшего недалеко от берега корабля много всяческого добра, то у Василия не было ничего: ни ботинок, ни рубахи, ни даже исподнего. Он все снял, оказавшись в воде, — лишь бы выбраться!
Впрочем, усталость была такой, что Василий не в силах был испугаться за свое положение. Его сморил мертвый сон.
Утром, пробудившись от дикого холода, Василий побрел вдоль берега. Поднявшись на высокую скалу, он с ужасом убедился, что попал не на материк, а на остров, к тому же довольно скромных размеров. В поперечнике он был каких-то саженей двести.
— Ах, горькая участь моя! — воскликнул Василий, но тут же устыдился своего отчаяния. Он подумал, что выжил случайно, что если и убежал от пули, то море должно было бы поглотить его обязательно. И если Господь спас его однажды, то вовсе не для того, чтобы умереть Ваське на островке от холода, голода и диких зверей.
И точно, утешение пришло: Василий увидал на песчаном берегу многочисленные следы человеческих ног, остатки костров, бутылок с японскими наклейками. А вскоре и вовсе находка была счастливой: в развилке гигантского папоротника лежала неначатая бутылка рисовой водки.
— За мое спасение! — Василий отхлебнул из горлышка и закусил диким чесноком, росшим вокруг в изобилии.
На душе, как это обычно бывает у российского человека от выпитого, сразу сделалось легко и приятно. Даже стало немного теплее, тем более что солнце успело довольно высоко подняться над блистающей серебром кромкой горизонта. Зато страшно захотелось есть.
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим впечатлением! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний. Просьба отказаться от нецензурной лексики. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор сайта
Оставить комментарий
Mkot1312 июль 21:17
