Розанна. Швед, который исчез. Человек на балконе. Рейс на эшафот - Пер Валё

Солнце уже стояло довольно высоко в небе и освещало фасады домов на противоположной стороне улицы, доставая до первого этажа. Мужчина вытащил из кармана табакерку, начал разминать окурки сигарет, пропуская крошки табака между пальцев в круглую жестяную коробочку, бумагу сминал в шарики величиной с горошину и складывал их на краю надтреснутой тарелки. Помешал кофе и принялся медленно пить.

Вдали снова взвыла сирена. Он встал и проводил взглядом машину скорой помощи, вой сирены усиливался, а потом быстро ослабел. Через минуту он уже видел лишь маленький белый прямоугольничек, который в верхнем конце улицы повернул налево и исчез у него из поля зрения. Он снова сел на складной стульчик и начал бесцельно перемешивать давно остывший кофе. Он сидел тихо и неподвижно и слушал, как вокруг него просыпается город, вначале нерешительно и нехотя.

Мужчина на балконе был среднего роста, нормального сложения, с обыкновенным лицом, большим носом и серо-голубыми глазами. На нем была белая рубашка без галстука, неглаженные коричневые габардиновые брюки, серые носки и черные полуботинки. Редеющие волосы он зачесывал назад.

Была половина шестого утра второго июня 1967 года. Город был Стокгольм.

Мужчина на балконе не чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Он вообще редко испытывал какие-нибудь чувства. Он думал о том, что через минуту пойдет на кухню и приготовит себе кашу из овсяных хлопьев.

Улица начинала оживать. Потоки автомобилей понемногу становились плотнее, и всякий раз, когда на перекрестке зажигался красный свет, вереница автомобилей перед светофором все удлинялась. Хлебный фургон разъяренно сигналил мотоциклисту, который, не оглядевшись по сторонам, выехал на его полосу. За ним резко затормозили еще два автомобиля.

Мужчина встал, облокотился на балконные перила и посмотрел на улицу. Мотоциклист испуганно стоял у тротуара и делал вид, что не слышит ругательств, которыми осыпал его водитель хлебного фургона.

Кое-где по тротуару торопилось несколько пешеходов. У бензозаправки под балконом собрались в дружеской беседе несколько женщин в светлых летних платьях, а под деревом неподалеку какой-то мужчина как раз прогуливал собаку. Он нетерпеливо дергал за поводок, но такса спокойно и безмятежно обнюхивала ствол.

Мужчина на балконе выпрямился, провел ладонью по редеющим волосам и засунул руки в карманы. Было без двадцати восемь, и солнце уже стояло высоко. Он посмотрел на небо; реактивный самолет чертил над крышами домов белую волнистую дугу. Потом он снова перевел взгляд на улицу и начал наблюдать за пожилой седовласой дамой в светло-синем плаще перед булочной прямо напротив. Она долго рылась в сумочке, наконец нашла ключ и отперла дверь. Он видел, как она вынимает ключ, вставляет его в замок изнутри и закрывает дверь за собой. За дверным стеклом была опущена белая штора с надписью «ЗАКРЫТО».

В тот момент, когда она закрыла дверь, распахнулась входная дверь дома по соседству с булочной и на солнышко вышла маленькая девочка. Мужчина на балконе отступил на шаг, вынул руки из карманов и остался неподвижно стоять. Его взгляд был прикован к девочке на улице.

Она выглядела лет на восемь или девять и держала в руке школьный портфель в красную клетку. На ней была синяя юбочка, полосатый джемпер и красный жакет с коротковатыми рукавами. Из-за черных деревянных башмаков ее тоненькие длинные ноги казались еще длиннее и тоньше. Она вышла из дома, повернула налево и, наклонив голову, медленно зашагала в школу.

Мужчина на балконе провожал ее глазами. Пройдя метров десять, она остановилась, приложила руку к груди и около минуты не двигалась с места. Девочка открыла портфель и начала в нем рыться, потом повернулась и так же медленно пошла обратно. Но через несколько секунд побежала и стремглав влетела в дом, даже не закрыв портфеля.

Мужчина на балконе замерев смотрел, как за ней закрывается дверь. Спустя несколько минут дверь снова отворилась и девочка вышла. Портфель она уже закрыла и шагала намного быстрее. Ее светлые волосы сзади были собраны в конский хвост, который подпрыгивал у нее на спине. Дойдя до конца квартала, она свернула за угол и исчезла.

Было без трех минут восемь. Мужчина повернулся, вошел в квартиру и направился в кухню. Напился воды, ополоснул стакан, поставил его вверх дном на сушилку возле раковины и снова пошел на балкон.

Он сел на складной стульчик и положил левую руку на перила. Закурив сигарету, он смотрел на улицу и пускал дым.