Слово авторитета - Евгений Сухов

Закир недовольно поморщился:

— Степаныч, мне кажется, ты о себе очень много возомнил, неужели ты думаешь, что на киче у меня только и было дел, чтобы следить за твоими перемещениями.

Иван Степанович постарался не заметить раздражения вора и отвечал достойно:

— А зря! Мог бы и понаблюдать. Так вот, я служу в ВОХРе, которая охраняет «стволы».

Лицо Закира окаменело. С минуту он рассматривал шикарное убранство клуба, зачем-то потрогал стеновые панели и после этого обернулся на стол, за которым продолжали сидеть его кореша, о чем-то оживленно беседующие. Мерзоев вел себя шумно, размахивал руками и привлекал к себе всеобщее внимание. Девушка внимательно слушала его, изредка пригубляя бокал с шампанским. Она была не только красивой, но и очень терпеливой. Для эффектной женщины это весьма полезное качество. С противоположного конца зала прямо к ее столику, уверенно разрезая пустое пространство, двинулся шатен лет тридцати. Глаза алчные, ищущие, похоже, что он собирался пригласить блондинку на медленный танец. Шатен протянул руку, чтобы увлечь красавицу в центр зала, но блондин, стоящий рядом, что-то шепнул ему на ухо, и незнакомец, потеряв прежний лоск, попятился назад с постыдно открытым ртом, задевая на ходу стулья.

Закир повернулся и проговорил, слегка растягивая слова:

— Я все просек. Короче, ты хочешь, чтобы мы раздербанили твою контору.

Я тебя правильно понял?

— Да. Несколько дней назад к нам под охрану каким-то образом попали армейские снайперские винтовки. Цена их в нынешнее время растет день ото дня, и на этом деле можно неплохо навариться. А кроме винтовок есть еще «волыны»…

— Какие? — по-деловому осведомился Закир.

— «ТТ». Вещь ходовая и тоже всегда в цене… Ну, чего молчишь? Решайся!

Иначе товар может уйти. Лично мне этого хватило бы до самой старости. Куш поделим поровну. Моя наколка, кое в чем я тебе на месте помогу, а товар ты со своими гавриками перетащишь да ненадежнее упрячешь. Место мы с тобой поконкретнее обговорим.

— Нет, Степаныч, в этом деле сейчас я тебе не помощник. Еще жирок как следует не нагулял. А если загребут ни за грош, что тогда?

Каримов не мог полностью раскрыться перед бывшим вертухаем. Понятия не позволяли. Его одолевали дурные предчувствия, к которым он привык прислушиваться. Он мог привести немало примеров, когда зэки, не пробыв на воле даже суток, вновь оказывались в тесных камерах. Уж очень не хотелось повторить их путь. Нынешний мир, как оказалось, был переполнен соблазнами, азартом и, что самое главное, молодыми легкодоступными женщинами, чья красота била в голову покрепче всякого вина.

— А ты, вижу, боишься. — Федосеев даже улыбнулся. — Неужели это тот самый Каримов Закир, что в моей зоне смотрящим парился? Может, я тебя не так понял, ты так и скажи. Может, ты долю хочешь большую? Могу уступить пару процентов, но не более того, сам пойми! Ведь я не меньше твоего рискую!

Подозрение упадет на тех, кто в охране служит. Поэтому мне и артистом придется быть.

— Ладно, начальник, не грузи ты меня сегодня сильно. Ведь я даже от камерного смрада еще не отчихался, а ты меня по полной программе в обработку взял. Тепленького, так сказать.

— Решайся сейчас, Закир, завтра может быть поздно, «стволы» уйдут!

— Ну и насел же ты на меня, дедуля, — расстроенно произнес Закир. — Ты что, не нахапал, что ли, в свое время? Мы ведь тебе за услуги «зелеными» платили.

— А ты думаешь, это деньги, что ли? — неожиданно окрысился Иван Степанович. — Слезы, а не деньги. Не знаю, сколько лет мне осталось, но я бы хотел каждый день вдоволь есть. Да не дерьмо всякое, да чтобы еще к обеду полный стакан вина стоял. А большего мне и не нужно.

Закир посмотрел на блондинку. Девушка явно скучала и с интересом посматривала по сторонам.

— Ладно, переварить нужно. Есть над чем покумекать, — как можно глубже притопил собственные страхи Закир. — Оставь свой телефон.

— Вот, возьми, — достал Федосеев заготовленный листок. — Буду ждать тебя весь день завтра. Думай! Это твой железный шанс. Ну, — протянул он на прощание руку, — развлекайся.

У самых дверей Иван Степанович обернулся. Закир притянул девушку к себе и долго не желал отпускать ее, жадно лапая за талию. Медленный танец в этот момент был как нельзя кстати. В огромных, жилистых руках Закира блондинка казалась персидской княжной, угодившей в лапы к отважному атаману. Ей бы воспротивиться, показать строптивость, а она, напротив, прильнула к нему голым телом, уткнувшись лицом в темно-серую рубаху, из которой еще не выветрился аромат тюрьмы. Девушка была хороша, легкий, какой-то тропический загар придавал ей еще больше очарования. Сейчас она напоминала невинное дитя джунглей, по недомыслию угодившее в эпицентр цивилизации.

Музыка кончилась, заставив замереть танцующих в волнительном ожидании.

Закир, ухватив девушку за руку, повел ее к столу. Он уверенно опустился на подставленный стул и потянул блондинку на себя. Улыбнувшись, девушка покорно опустилась Закиру на колени, обхватив его за шею тонкой рукой. Иван Степанович, не замечая насмешливого взгляда вышибалы, косолапо затопал к выходу.