В бою антракта не бывает - Михаил Нестеров

– Мы доиграемся! – шипел Василий Селянин. – Леша всех нас угробит!

– А мне нравится майор, – высказался в защиту Страхова Семен Рыжов и тихо рассмеялся: – Иначе я бы не пошел с ним в разведку.

Начальник типографии отложил ружье в сторону, поднял сетку накомарника и сунул в рот сигарету.

– Не надо нервничать. – Семен грубо сгреб сигарету в кулак, прихватив и губы партнера. – Мы не на вальдшнепов охотимся. – Он отер руку и снова взялся за карабин.

Они заняли выгодную позицию на повороте дороги. В сторону поселка дорога просматривалась на триста метров, была неровной, и быстрая езда по ней исключалась. Так что вооруженная группа под началом Рыжова успевала перехватить охотников. Рыжов предложил два варианта: обстрелять автобус из укрытия или же выслать на дорогу одного человека. Перед микроавтобусом будет следовать машина лесника, а лесник или его помощник не преминут остановиться, завидев чужака на своей территории. Вот тогда в дело вступят остальные, блокируя машины.

А пока ничего не понятно. Наблюдатель – бывший морской пехотинец по кличке Росомаха, передал по рации, что майор Страхов приехал на смену на машине лесника, завел дружескую беседу с охотниками, даже, как ему показалось, отдал приказ молодому лесничему.

– Какой приказ? – обалдел Рыжов.

– Лесник въехал во двор усадьбы, а наш майор крикнул ему вдогонку: «Долго там не задерживайся».

– Что еще?

– Начал здороваться со всеми подряд, – доложил Росомаха. – Поздоровался с каким-то парнем...

– Клоун!.. – выругался Рыжов. – Он что, участковый, и узнает каждого в округе по походке.

– Спроси у него.

– Чего он добивается? – никак не мог понять Рыжов.

Селянин поиграл желваками и плюнул через приподнятую сетку. Больше, чем непонятное, граничащее с бесшабашностью поведение майора, Селянина занимала очередная фаза операции – захват и откровенный расстрел охотников. Как мог, он успокаивал себя мыслью, что лично он стрелять не будет – ни в людей, выбравшихся на природу, ни в беглецов, если те действительно находятся на кордоне.

Майор был властным человеком, но вот откуда в нем столько жестокости, которая вместе с его властолюбием заставила подчиниться ему, стать едва ли не безропотным орудием в его руках.

Рыжов тем временем ответил Росомахе:

– На связи.

– Страхов с лесничим на «уазике», а за ними микроавтобус, взяли направление на обход Каменева, – передал наблюдатель.

– Принял. Отбой. Так, мужики, приготовились! Судя по всему, майор владеет ситуацией. Будем подстраиваться под него. Действовать только по моей команде.

Семен уже давно вогнал патрон в патронник, а сейчас в оптику наблюдал набегавшие друг на друга стволы деревьев по обе стороны крутого поворота. Мешали кусты, и Семен встал с колена, выпрямившись и склонив для удобства голову. Поза его была красивой: вполоборота к дороге, опорная нога прямая, локти обеих рук приподняты.

Трое его товарищей тоже заняли удобные позиции, так как стреляли одинаково хорошо из любого положения. Один привалился для удобства к стволу кедра, заодно маскируясь за ним.

Начальник типографии тоже встал, но брать ружье наизготовку пока не спешил, за что и получил от Рыжова, оторвавшегося от прицела, очередное замечание:

– Приготовься! На твоем ружье снизу есть штука – спусковой крючок. Если кто и попадется на него, только не ты. Положи на него свой палец и перестань дрожать. Но прежде взведи курок!.. А вот и они. Все внимание на них, слушать только меня.

Семен пожалел, что в машине помощник, а не лесник, но для начала хватит и его.

Он еще раз потянул чувствительными, как у лани, ноздрями воздух:

– Ветерок с поселка. Слышно нас не будет.

* * *

Романову не пришлось ехать на рейсовом автобусе. Он увидел на дороге военный «УАЗ», направляющийся в сторону основного шоссе, и поднял руку, останавливая машину. Подойдя к открывшейся двери, он увидел на погонах пассажира начальственную майорскую звезду.

– Вы не в Подольское, случаем? – Романов раскрыл перед начальником местного гарнизона удостоверение и дал всмотреться.

– Садись, подброшу, конечно, – ответил майор. – Заодно развлечешь нас дорогой, расскажешь, какого черта забыл в тайге секретный агент военной разведки.

– Почему секретный? – Романов, усаживаясь, пожал руку пожилому мужчине, представившемуся как Бертнев. «Бертнев, Бертнев... – вспоминал Романов знакомую фамилию. – А, так это главный лесничий».

– Почему секретный, спрашиваешь? – Майор отдал шоферу с сержантскими погонами команду трогаться. – Потому что в остальных случаях меня ставят в известность. А тут проигнорировали. – Майор рассмеялся. – Понравилось в гостях у Каменева?

«Таежная почта», – ухмыльнулся Романов.

– Как тебе наша оперативность? – возобновил он опрос.

– Оперативность на высшем уровне.

– А ты чего удрал-то? Охотники, что ли, спугнули? Пользуйся моментом и дай втык леснику, что сидит от тебя по левую руку. Ладно, не отвечай, и так знаю: дали знать тебе про Серегу Каменева. Потому и говорю сейчас в открытую, при всех.

«Похоже, я узнаю новости последним», – вздохнул Романов.

По идее должно было полегчать, но что-то не давало Романову покоя. Он кивал или односложно отвечал на вопросы майора, который через слово сыпал матом, и все больше убеждался, что его отъезд действительно похож на бегство.

* * *

– Так! По-моему, майор чувствует себя совсем неплохо, черт бы его побрал! – Рыжов продолжал всматриваться в оптику. Судя по лицу Страхова, которое виделось благодушным, но чуточку сероватым, на этом этапе он сам должен проявить инициативу. Хотя... Черт его знает. Может, дожидается эффектного появления товарищей, а сам на первых порах сотворит на лице растерянную мину. Одна проблема – сейчас он не может выйти на связь. Семен готов был принять пристальный взгляд и кивок майора как команду к атаке. Мало, мало согласованности в действиях, немного посетовал Рыжов. Своих товарищей, расположившихся по обе стороны от него, он понимал с полвзгляда: Славу Третилова с внешностью ученого-ядерщика, который с легкостью мог освежевать не только убитого тигра, но и лесника, попадись он под руку; Виталия Чумакова с непримечательной наружностью.