Черный стрелок - Александр Мазин

Его начальник, Жупел, никак на реплику не прореагировал. Он ждал, пока ребята проверят территорию.

Жупел приехал пятнадцать минут назад, прихватив с собой для надежности два десятка бойцов.

У въезда в Чертково они спешились и оставшийся путь проделали ножками. Не только из осторожности. Ливень, начавшийся часа полтора назад, к этому времени кончился, но его хватило, чтобы «почти непроезжая дорога» превратилась в «совсем непроезжую». Во всяком случае, автобус бы точно застрял.

«Надо было военный грузовик взять», – подумал Жупел, шлепая по грязи.

Выйдя к цели, бойцы рассредоточились и оцепили жалкую дачку, оставшись не опознанными противником. Правда, «противник» к этому времени с трудом опознавал лежащий на расстоянии вытянутой руки огурец… Но «тигры» об этом не знали.

Рассредоточились, оцепили, отметили все, что следовало отметить; по команде Жупела, бесшумно и умело преодолели хлипкий заборчик.

Жупел был в некотором недоумении. Он ожидал обнаружить хотя бы нескольких хлебаловских ребят. Но не обнаружил. Два пустых джипа, свой и чужой, двое мужиков: один спит, другой поет, одно охотничье ружье, прислоненное к стене…

Ни трупов, ни следов активной перестрелки его ребята не обнаружили.

Жупел еще пару минут пытался прислушиваться к происходившему в доме, но, кроме соло капитана Колбасникова, ничего не услышал. Не мудрено. По мощности издаваемого звука капитан вполне мог бы соперничать с лучшими оперными певцами.

Жупел оглядел своих бойцов и кивнул.

Полсекунды спустя дверь ветхого домишки целиком влетела внутрь. Подобная же участь постигла оконную раму.

Битое стекло осыпало стол, приведя в негодность остатки салатиков.

Капитан Колбасников замолчал и уставился на дульный срез автомата, почти касавшийся сизого и мясистого капитанского носа.

– Э-э-э… Выпьем? – с надеждой спросил он.

И истощенный этим последним усилием, пал физиономией на стол.

Дом был захвачен без потерь. Старший помощник Федя мирно похрапывал. Жупел ухватил Колбасникова за шевелюру, приподнял – и уронил обратно. Бесполезняк. Глубокий наркоз.

Кто-то из «тигров» понюхал ружье, удовлетворенно хмыкнул: стреляли.

– Быстро все обыскать! – скомандовал Жупел. – Землю ройте, а наших мне найдите!

Своих бойцов «тигры» отыскали через полчаса в заполненной водой яме по ту сторону забора. И своих, и хлебаловских. Еще полчаса потребовалось, чтобы с помощью обнаруженного в сарае багра вытащить трупы.

Жупел окинул цепким взглядом мрачную «выставку», покосился на перепившихся речников. Нет, не может этого быть! Просто сюрреализм какой-то…

Ладно, в городе разберемся.

– Наших – в джип, этих, – кивок на Колбасникова с Федей, – тоже. А этих, – брезгливый взгляд на мертвых хлебаловских, – обратно. Пусть еще поплавают.

Команда была принята к исполнению немедленно.

Убитых «тигров» загрузили в свой джип, Колбасникова и старпома подхватили и поволокли к «лендроверу»…

Но не доволокли.

Автоматы ударили сразу с нескольких точек.

Половину «тигров» срезали в первые секунды. В том числе и Жупела. Но остальные успели рассредоточиться и открыли ответный огонь. Ожесточенная перестрелка продолжалась минуты две. Когда обе стороны подыстратили боеприпасы, наступила звенящая тишина, нарушаемая только могучим храпом Колбасникова. Оба «тигра», которые его волокли, были уложены наповал, хотя были в брониках. Капитана даже не царапнуло.

– Ну что, бляди, не ждали? – загремел над мокрым поселком зычный голос Димы Хожняка. – Щас узнаете, кошары драные, как наших мочить!

– Да пошел ты!.. – отозвались по ту сторону забора.

Убеждать Хожняка, что это не они убили его подчиненных, «тигры» сочли бесполезным. Кто поверит в такую чушь, если трупы – вот они, на лужайке.

– Дай-ка гранату, – сказал Хожняк одному из бойцов.

Дима Хожняк умел бросать гранаты. Далеко и точно.

Приподнявшись ровно настолько, насколько требовалось, он размахнулся…

Командир «тигров» Жупел облажался, когда забыл выставить охранение, но и Хожняк тоже кое о чем забыл. Например о том, что к противнику может подойти подкрепление.

За спиной Хожняка коротко гавкнул автомат – и Дима, с разбитым затылком, повалился навзничь. Но гранату с выдернутой чекой не выпустил. Хожняковский боец с похвальной быстротой метнулся к нему, попытался вырвать смертоносную штуковину из хожняковских пальцев, швырнуть хоть куда-нибудь… Но даже мертвый, Дима не пожелал расстаться с оружием.

Осколками троих «рыбинспекторов» посекло насмерть и еще двоих ранило. Шансы уравнялись. Стратегически позиция у «тигров» была лучше. «Подкрепление» в лице двух бойцов, оставленных Жупелом при технике, засело в тылу «рыбников», в брошенной развалюхе и реагировало на любое шевеление лопухов автоматным плевком.

Обе стороны посредством мобильников отчаянно взывали о подкреплении. Но хозяевам было не до того.

Конфликт сторон был разрешен спустя сорок минут, когда на двух стареньких «бэшках» прибыл вызванный гаишниками ОМОН. Ввиду явного превосходства бронетехники над стрелковым оружием конкуренты сложили оружие и безропотно сдались в плен. Не в первый раз. Пару часиков подержат – и выпустят. И у тех, и у других все схвачено. А трупы? Ну, с этим тоже просто. Свидетели в один голос заявят, что покойники попросту перебили друг друга.

Что же касается капитана Колбасникова и его старпома, то за них вступился местный участковый: дескать, наши, здешние. Ну, выпили, отдыхают. Где им в такой крутой разборке участвовать!

Правота участкового была настолько очевидна, что омоновцы даже заставили «военнопленных» перетащить бывшего шкипера и его старпома обратно в дом. А вот ружье Федино – конфисковали. Правда, среди вещдоков оно так и не появилось. Командир группы, морпех, герой Чечни и заядлый охотник, хотел оставить «трофей» себе в качестве сувенира, но, узнав по возвращении, что хозяин ружья – тоже моряк, вдобавок лишившийся своего кораблика, усовестился и вернул оружие. Тем не менее для следствия ружье осталось за кадром, и откуда взялась обнаруженная при вскрытии нескольких трупов картечь, так и осталось загадкой. Которую, впрочем, никто решать не собирался. Убитые – в наличии, убийцы – тоже. Лежат на соседних столах в прозекторской, следовательно, к суду привлечены быть не могут. Так что у прокуратуры есть все основания закрыть дело.