Сапожок Пелесоны - Александр Маслов

– Где вы, господин Блатомир? – раздался издалека голос Дереванша. – Где вы? Не заставляйте нас так нервничать!

– Здесь! Возле постамента с соколом, – ответил я, и гениальная мысль вошла в мою голову божественной молнией: у моего ключа (если, конечно, это был он) две стороны! Вернее два конца!

Я мигом перевернул округлую продолговатую штуковину и снова направил ее в отверстие. Она вошла без всякой помехи, будто меч в смазанные салом ножны. В мраморном теле постамента что-то щелкнуло.

– Еб-питимия светлейшая! – радостно произнес я, вскакивая на ноги.

За дверью громче зазвучали взволнованные голоса стражниц. Под портиком возникло непонятное оживление, и значит, времени у нас оставалось совсем мало.

– Господин Блатомир! – снова донесся голос Дереванша, теперь еще более нервный. – Вам следует ключ вложить сначала в дырочку под стрелой!

– Почему под стрелой? – я побежал в другое крыло зала.

– Потому что в Болваган ясно сказал «Стрела, сокол и змея»! Это не может быть пустой последовательностью!

– Поздно уже! – отозвался я, останавливаясь перед изображением стрелы.

Направил ключ нужной стороной и наполовину вогнал его в отверстие. В постаменте снова что-то щелкнуло, но более не произошло ничего существенного. Обернувшись на двери, которые вроде бы чуть приоткрылись, я поспешил к статуе богини.

С Бланшем Дебошем к моему возвращению произошли еще кое-какие перемены: теперь он проявился почти полностью: я даже разглядел две родинки на его спине, редкие волосы на ногах и вертикальную трещину рыцарской задницы. Одежда на нем, как вы понимаете, увы, для посторонних глаз отсутствовала полностью. Но главное посох, который он держал, тоже начал обретать некоторые видимые черты. Шагах в пяти от него стояла Элсирика – жиденькое едва заметное облачко розово-перламутрового цвета. Что это именно она, а не Дереванш я определил интуитивно, вернее, по росту.

– Сейчас самый ответственный момент нашей совместной жизни, госпожа Анька, – прошептал я туда, где, скорее всего, находилось ее ушко. – Эту штуку, – я упер конец ключа в писательницу, – я засуну в одно отверстие, и случиться нечто.

– Суй скорее, – взволнованным шепотом отозвалась Рябинина. – Жрицы могут ворваться в любую минуту, а Дебош уже совершенно заметен. Вдобавок, он без одежды. Аполлон еще, блин! Сказать ему об этом?

– Пока не надо, – я шагнул к трону.

Однако сказал Дереванш:

– Господин Дебош, у вас что-то с одеждой. Непонятное что-то. Вот вы есть, а одежды мы не видим, – деликатно оповестил архивариус.

Бланш опустил голову, разглядывая себя, и из груди его вырвался скорбный вскрик.

– Господин Блатомир! – выронив посох, он сложил ладони пониже живота. – Это что же получается?! Что за магия такая бесстыжая?! Гред Праведный, как же я в таком виде при даме?!

– Замолчите, Дебош! – я с опаской покосился на вход в святилище, у которого число служительниц Юнии многократно возросло – хор их взволнованных голосов становился все громче, и половинки двери вздрагивали и поскрипывали. – Нормальная магия, – бросил я рыцарю. – Просто у вас и вашей одежды разная э-э… астральная плотность. Поэтому не позорьтесь тут – спрячьтесь за колонну и ждите, когда на вас появятся хотя бы шоссы или рубашка.

Племянник архивариуса мигом воспользовался моим советом – скользнул за ближайшую колонну и оттуда принялся сыпать глупыми извинениями Элсирике. Я же повернулся к трону Юнии и крепко сжал ключ в кулаке. Перед последним, решительным действием меня охватило волнение, которое я очень редко испытывал в прежней жизни. Неожиданно мои глаза уловили слабое красноватое свечение за мраморной плитой – это означало, что одна из ловушек оставалась активной, готовой высвободить смертельную силу. Возможно, причиной тому была неправильная последовательность, с которой я вставил ключ в отверстия постаментов со знаками или механизм испортился от времени. В любом случае, сейчас я уже ничего не мог изменить, а голоса служительниц богини, толпившихся под портиком храма, заставляли меня действовать быстрее.

Подняв полупрозрачный посох, я наложил на себя заклятие тройного щита и склонился у ног величественной статуи.

– Юния Пречистая! Позволь нам войти! – раздался чей-то высокий голосок из-за прикрытых дверей.

– Юния наша, позволь! – вторили ему другие голоса. – Сил нет терпеть!

– Не позволю! – отозвался я из кокона-щита, пронизанного фиолетовыми вспышками.

– Еще пять минуток, девчонки! – громко выкрикнула Рябинина. – Последний праздничный штрих вам на радость!

Многоголосая серенада у порога стихла.

– Молодец, Элсирика! – похвалил я. – А теперь все прячьтесь за колоннами! Подальше от трона!

Удерживая левой рукой посох, правой я направил ключ в отверстие под рельефом змеи. Не успел я довести его до упора, как за мраморной плитой возникло нарастающее шипение. Тут же таинственная сила отбросила меня в сторону, и воздух затрясся, заревел от двух огненных вихрей. Если бы меня со всех сторон не окружал магический щит, то я бы, вне всяких сомнений, сгорел заживо, и пепел бы мой разнесло по всему залу.

– О, Гред Чудотворец, защити! – истерически взвизгнул Дереванш.

Рябинина изумленно ахнула где-то по соседству.

Вскочив на ноги и оставаясь еще прикрытый волшебным щитом, я увидел очень неприятную картину: огненные вихри не исчезли, как следовало ожидать, а, медленно вращаясь над плитами пола, стали обретать форму каких-то животных. Пока я торопливо думал, какое заклятие способно их остановить, вихри превратились в огромных огненных псов, издали жуткий рык и двинулись к колонне, из-за которой выглядывал Бланш Дебош. Не знаю, чем этим тварям не понравился именно наш рыцарь, но у меня возникло подозрение, что мы сейчас лишимся одного компаньона.

– Бегом сюда, Дебош! – крикнул я. – Прикрою вас щитом!

– В таком виде не могу, – он шлепнул себя по ляжкам, явно намекая на наготу. – При госпоже Элсирике рыцари не показываются в срамном виде!

– Ну и дурак, – процедил я и бросился к нему, отрезая путь огненным существам. – Тогда влипните задницей в колонну и не двигайтесь! – посоветовал я, запуская заклятие Дыханье льда.

В моем арсенале была единственная формула, способная ослабить силу огненной стихии, поскольку столкнуться здесь с подобным я не ожидал. Синее облако, вспыхивая ледяными иглами, вышло из посоха и разом накрыло опасных тварей. Когда оно рассеялось, стало ясно, что псины не слишком пострадали: они стали на ладонь меньше в холке, но взамен в их глазах появился еще более яростный блеск. Тряхнув лобастыми головами и рассыпав по полу искры, псы бросились в атаку. Целили они не в меня, а в стоявшего за мной Дебоша. Первый их выпад мне удалось отбить с помощью посоха и магического щита, уже порядком истончившегося. Зато второй наскок достиг цели: господин Бланш разразился ругательствами, в воздухе запахло горелым. Я отмахивался посохом как мог, и отогнал их на несколько шагов. Чуть отступив, они снова пошли в атаку. Наверное, следующая минута для Дебоша стала бы последней: разорвали бы его собаки, поджарили бы на своих огненных зубищах как шашлык и слопали, но вмешалась Элсирика. Она, уже почти потерявшая невидимость, появилась слева от меня и властно крикнула: