Чужой. Река боли - Кристофер Голден

– Идем, – сказал он, поворачивая ручку и толкая дверь вперед.

Хати вошла первой, держа электродубинку перед собой.

Бракетт и Скворец двинулись следом, присматриваясь к полу помещения, которое, очевидно, служило чем-то вроде склада. Когда они вошли, внутри замерцал свет, и Бракетт пригнулся, чтобы осмотреть нижние полки. Хати и Скворец тем временем занялись проходами, в которых стояли медикаменты.

– Это все делали здесь? – спросил капитан.

– Кое-что привозили с ежемесячными поставками, – ответила Хати. – Остальное делаем сами.

Бракетт заглянул в вентиляционное отверстие и выругался.

– Сейчас человек шестьдесят ищут эту тварь, а она может быть где угодно. Мы никак не найдем эту сволочь, если она сама не захочет…

По коридору пронесся крик. Бракетт побежал к двери, но Хати оказалась там раньше него. Они бросились по коридору направо, откуда исходил крик – который резко оборвался и теперь лишь эхом отдавался у него в голове.

Скворец следовал за ними. Тем временем Бракетт осознал, что они с Хати будто бежали наперегонки, и схватил ее за плечо и оттянул назад.

– Что за черт…

Он повернулся к ней.

– Похоже, там опасно, так что держись сзади, а я посмотрю, что там.

– Мне такого распоряжения не давали, – огрызнулась она.

– Я сейчас его даю.

И не дожидаясь ответа, он помчался дальше по коридору, с пистолетом наготове. Хати и Скворец двигались следом. На пересечении коридоров он остановился, пытаясь понять, откуда шел крик – слева или справа, но вопрос разрешился почти мгновенно: слева появился бегущий навстречу сержант Кохлин с двумя незнакомыми людьми.

– Вы это слышали, капитан? – спросил Кохлин.

Бракетт не ответил. Новоприбывшие приближались слева, а значит крик, – этот ужасный, отчаянный крик, – раздался в коротком коридорчике, который располагался справа от них и заканчивался широкими створчатыми двойными дверьми.

Бракетт побежал в ту сторону, затем резко остановился. Хати, ускорившись, вновь поравнялась с ним. Из-за двери тянуло горячим влажным воздухом и был слышен какой-то машинный шум.

– Что за ней? – спросил Бракетт.

– Прачечная.

Он дал знак Кохлину, и тот встал рядом. Пальцами левой руки Бракетт досчитал до трех, и они ворвались в эту двойную дверь, проведя стволами две дуги в воздухе. Их тут же оглушил бурлящий шум стиральных машин, а от горячего запаха промышленного очистителя защипало глаза.

– Давайте живее, – поторопил Бракетт, показывая Кохлину идти вперед, а потом остальным, чтобы держались сзади.

– Да какого хрена! – возмутилась Хати. – Это же просто инопланетная змея, а не монстр какой-нибудь.

Бракетт бросил на нее сердитый взгляд, и она закатила глаза, но обгонять его не стала.

Двое морпехов вошли в просторное помещение, где в корзинах на колесиках лежала грязная одежда и постельное белье. Над ними тянулись открытые трубы, которые, как понял Бракетт, позволяли сбрасывать грязные вещи в люки на верхних этажах. За открытым дверным проемом на дальней стороне помещения начиналась еще одна комната, откуда исходил оглушительный машинный шум.

Бракетт и Кохлин поспешили туда.

Вдруг тележка с одеждой сдвинулась с места, и к ним, пошатываясь, стала приближаться фигура. Бракетт поднял дуло пистолета, положив палец на курок, но затем увидел широко раскрытые, полные ужаса глаза высокой седовласой женщины. Они были устремлены на него.

– Что?.. – начал Кохлин. Но не успел он среагировать, как женщина пронеслась мимо него, затем мимо Хати и остальных, после чего просто исчезла в коридоре. Им удалось отметить лишь глубокий страх, который стоял в ее глазах.

Инопланетная змея, как сказала Хати… Если тварь могла вызвать такой страх, то она должна была быть чертовски уродливой и вытворить что-то совершенно ужасное.

Дойдя до широкого проема, ведущего в грохочущую комнату, заставленную стиральными машинами, Бракетт и Кохлин сперва остановились. И лишь когда Бракетт кивнул, ступили в него.

Поначалу капитан толком не понял, что предстало его глазам. Машины стирали. Машины сушили. Машины складывали и расфасовывали. Но стопки чистого белья, которые должны были лежать на тележках вроде тех, что они видели в помещении с трубами, здесь валялись на полу.

– Капитан, – позвал Кохлин, указывая на одну из огромных складальных машин.

Белые простыни проходили сквозь машины, натягивались и затем несколько раз складывались. Но одна из них была не совсем белой – посередине по ней тянулась длинная красная полоса. А следующая и вовсе была вся пропитана чем-то алым.

Сердце Бракетта забилось быстрее. Неужели все это сделал страшненький мелкий паразит?

– Вперед, – проговорил он негромко, и Кохлин быстрым шагом обошел складальную машину с другой стороны.

В этот момент машина начала выть и лязгать, и они оба замерли на месте. Два огромных ролика попытались затянуть тело худощавого мужчины, чью левую руку и плечо зажевал складальный механизм. При этом дыра, зиявшая у него во лбу, явно была проделана не машиной.

По полу растеклась кровь и серое вещество.

Второй труп лежал в пятнадцати футах от первого, возле шумно работающих сушилок.

– Сколько человек здесь обычно работает? – спросил Бракетт.

– Одновременно здесь находится человека четыре, – сообщил Скворец.

– Рассредоточиться! – приказал Бракетт. – Если что заметите, не приближайтесь. Просто кричите и все.

Вшестером охотники принялись бродить среди разнообразных машин, чье гудение и бренчание создавали такой плотный шум, что им приходилось полагаться лишь на зрение. Бракетт наставил оружие на механизмы окровавленной складальной машины, а затем переместился к следующей, тогда как Кохлин принялся осматривать ряды между сушилками.

– Капитан! – крикнул Скворец.

Бракетт бросился на голос и оказался рядом с изыскателем в углу, где огромный вентилятор в стене выгонял перегретый воздух из комнаты. По всей прачечной таких вентиляторов работало с полдюжины. Но Скворец сейчас пристально смотрел на один из них.

– Работает наоборот, – проговорил он. – Тянет охлажденный воздух обратно в комнату.

Бракетт присмотрелся. Решетка была выломана, а металлическая сетка – прорвана изнутри. Значит, паразит пролез именно в этом месте.

– Там, – Скворец указал на пол неподалеку.

Но Бракетту не нужно было указывать на предмет, лежащий всего в нескольких футах от сломанной решетки. Это была забытая кем-то окровавленная туфля. Внутри капитана разлился страх – ведь не мог же «мелкий паразит» затащить взрослого человека в воздуховод!

Нацелив пистолет на решетку, Бракетт отступил назад.