Вампир Лестат - Энн Райс

Он подвел меня к окну, и я, упершись руками в края, выглянулнаружу. Кровь с силой пульсировала в моих венах, меня трясло как в лихорадке, ия прислонился лбом к холодному железу решетки.

Далеко-далеко внизу я увидел темный силуэт горы, поросшейгустым лесом, деревья которого мерцали в слабом свете звезд.

За горой широко и беспорядочно раскинулись огоньки города,плававшие и утопавшие, казалось, не во тьме, а в мягком сиреневатом тумане.Повсюду сверкал подтаявший снег. Крыши, башни, стены… мириады фрагментов всехоттенков голубого, розовато-лилового и розового.

Это был постепенно разраставшийся большой город.

Я прищурился и увидел миллионы светящихся окон, больше того– я сумел отчетливо разглядеть двигающихся людей. Крошечные люди на крошечныхулочках, их головы и руки. Они касались друг друга в темноте. Одинокая фигурка– всего лишь маленькое пятнышко – взбирается на продуваемую всеми ветрамиколокольню. Миллионы душ на мозаичной поверхности ночи… Потом сквозь мягкуютолщу воздуха до меня донесся слабый гул огромного количества одновременнозвучащих человеческих голосов. Крики, пение, тихое звучание музыки,приглушенный звон колоколов…

Я застонал. Легкий ветерок шевелил волосы на моей голове, ия услышал свой голос, но он показался мне совсем не таким, как прежде.

Видение города рассеялось. В лиловых сумерках угасающего днясреди причудливо переплетающихся теней исчезли толпы людей, заполнявшие егоулицы.

– Что же вы сделали? Что вы мне дали? – едваслышным шепотом спросил я.

Казалось, я даже не делал пауз между словами, они слетали смоих губ единым потоком, пока наконец не слились в сплошной плач, усилившийодновременно и ужас и веселье, царившие у меня в душе.

Теперь для меня не имело никакого значения, существует ли насамом деле Бог. Он остался частью мрачного и унылого царства, все сокровищакоторого были давным-давно разграблены, тайны раскрыты и в котором давно ужепогасли все огни. А истинный центр жизни, вокруг которого вращается все, былтеперь здесь. И скорость вращения, ощущение, которое испытываешь, находясь вэтом центре, забыть невозможно…

За моей спиной послышался звук шагов чудовища по каменномуполу.

Обернувшись, я увидел бледное, без единой кровинки, лицо,больше напоминающее высушенную маску. Словно страдая от невыносимой боли, онпротянул руки и обратил ко мне налитые кровавыми слезами глаза.

Я прижал его к своей груди и в этот момент почувствовал кнему такую любовь, какую не испытывал ни к кому прежде.

– Разве ты не понял? – услышал я хриплый голос, вхарактерной для него манере произносящий слова единым потоком, без пауз. –Ты мой наследник, избранный, чтобы принять от меня Темный Дар. Какое жепрекрасное выйдет из тебя Дитя Тьмы – ведь в тебе вдесятеро больше твердости исмелости, чем в любом другом человеке!

Я поцеловал его веки и принялся гладить и перебирать темныеволосы. Он больше не казался мне уродливым и отвратительным. Теперь он былпросто странным незнакомцем с очень белой кожей, значившим для меня гораздобольше, чем предостерегающе вздыхающие деревья за окном и манящие издалекамерцающие огни города.

Впалые щеки, длинная шея, тонкие ноги… все это былонеотъемлемой частью его существа.

– Нет, мой птенчик, – вздохнул он, – оставьсвои поцелуи для других. Пришло мое время. А от тебя теперь не требуетсяничего, кроме почтения и уважения ко мне. Ступай за мной.