Противостояние. Армагеддон - Стивен Кинг

Сью: «Потому что мы не хотели, чтобы он портил намнаследственность — здорово придумано».

Ник: «…потому что он умственно отсталый. Он может дажесказать, что ненавидит тех, кто прогнал его, и хочет вернуться, чтобы отомститьим».

Фрэн: «Нет, я просто не могу поверить…»

Стью: «Слово у Ника. Давайте соблюдать очередность».

Фрэн: «Да, извините меня».

Ник: «Кому-то из вас может показаться, что из Тома, потомучто он умственно отсталый, будет легче вытрясти его историю, чем у человека сболее развитым умом, но…»

Ларри: «Да».

Ник: «…но на самом деле, верно как раз обратное. Если яскажу Тому, что он просто должен придерживаться той истории, которую я емурасскажу, он так и сделает. И никакие пытки не заставят его отказаться от нее».

Сью: «Но если он так сроднится со своей выдуманной историей,то как он поймет, что пора возвращаться?»

Ральф: «Извините меня, мадам, но, похоже, здесь как раз обэтом и написано».

Сью: «Ааа».

Ник (читает Ральф): «Мы можем попросить у Стена Ноготнисделать ему внушение в состоянии гипноза. У Стена была небольшая гипнотическаяпрактика на вечеринках. Он попробовал загипнотизировать Тома, и это у негопрекрасно получилось. Мы можем внушить ему, например, что он должен вернуться,когда луна будет полной. А когда он вернется, то, погрузив его в глубокийгипноз, мы сможем заставить его вспомнить все, что он видел».

Ральф: «Это конец записи».

Сью: «У меня вопрос, Ник. Ты собираешься запрограммироватьТома не выдавать никакой информации о том, что мы делаем?»

Глен: «Ник, позволь я отвечу на этот вопрос, а если тыбудешь со мной не согласен, то просто покачай головой. Мне кажется, Тома вообщене надо программировать. Пусть расскажет все, что он о нас знает. Флеггу и такпочти все известно о нас».

Ник: «Совершенно верно».

Глен: «Так я поддерживаю предложение Ника. На мой взгляд,проигрывать нам нечего — мы можем только выиграть. Это очень смелая иоригинальная идея».

Фрэн: «Ты говоришь, что проигрывать нам нечего, Глен. Ну, акак же сам Том? А как же наши собственные души? Как ты можешь быть такимхладнокровным? И Ник, гипнотизировать его, чтобы он вел себя, как… как курица,которой голову засунули в мешок? Как тебе не стыдно! А я-то думала, что он твойдруг!»

Стью: «Фрэн…»

Фрэн: «Нет уж, я скажу. Неужели вы действительно хотитепревратить этого милого мальчика в смертника? Неужели вы не понимаете, что мыначинаем все старое дерьмо сначала? Что мы будем делать, если они убьют его,Ник? Что мы будем делать, если они убьют их всех? Выращивать новые вирусы? Улучшеннуюверсию Капитана Шустрика?»

Наступила пауза, во время которой Ник писал ответ.

Ник (читает Ральф): «То, что сказала Фрэн, на меня оченьглубоко подействовало, но я по-прежнему настаиваю на этой кандидатуре. Я нечувствую никакой радости по поводу того, что мы пошлем Тома туда, где он можетбыть подвергнут пыткам и убит. Но я хочу указать на то, что он сделает это радиМатушки Абагейл и ее идей, а не ради нас. Я уверен в том, что мы должныиспользовать все находящиеся в нашем распоряжении средства, чтобы предотвратитьугрозу с запада. Он распинает людей. Я знаю это из моих снов. Я знаю и то, чтонекоторым из вас также снился этот сон. Он снился и самой Матушке Абагейл. И язнаю, что Флегг — это зло. Если кто и разработает новую разновидность КапитанаШустрика, так это он — чтобы применить ее против нас. Мы должны остановить его,пока это еще в наших силах».

Фрэн: «Все это правда, Ник. С этим я не могу спорить. Язнаю, что он несет с собой зло. Но мы пытаемся остановить его с помощью его жесредств. Я буду голосовать против. Если уж нам придется посылать людей назапад, то давайте по крайней мере посылать тех, кто понимает, на что идет».

Стью: «Кто-нибудь еще хочет высказаться?»

Глен: «Давайте голосовать, Стью».

Стью: «Хорошо, пойдем по кругу. Я голосую за».

Фрэн: «Против».

Стью: «Глен?»

Глен: «За».

Стью: «Сью?»

Сью: «Против».

Стью: «Ник?»

Ник: «За».

Стью: «Ральф?»

Ральф: «Ну, мне эта идея не особенно нравится, но раз Ник ееподдерживает, то я голосую «за».

Стью: «Ларри?»

Ларри: «За».

Стью: «Предложение принимается пятью голосами против двух».

Фрэн: «Стью?»

Стью: «Да?»

Фрэн: «Я хочу переголосовать. Раз уж мы действительно пошлемТома туда, то лучше сделать это всем вместе. Извини, что я подняла такойпереполох, Ник. Фрэнни голосует «за».

Сью: «Тогда я тоже. Единым фронтом».

Стью: «Повторное голосование единогласно. Вот платок, Фрэн.И я хочу, чтобы в стенограмме было зафиксировано, что я люблю тебя».

Ларри: «На этой ноте нам следует разойтись».

Сью: «Поддерживаю».

Принято единогласно.

Фрэнсис Голдсмит,

секретарь

— Ты идешь спать, Стью?

— Да. Уже поздно?

— Почти полночь.

Стью вошел в комнату с балкона. На нем были надеты однибелые шорты. Фрэнни в очередной раз удивилась уверенной глубине того чувства,которое она к нему испытывала.

— Думаешь о собрании?

— Да, думал. — Он налил себе стакан воды из графина наночном столике и сморщился от пресного, кипяченого привкуса. — Ты права,Фрэнни. Это грязное дело — посылать шпионов. Единственная неувязка в том, чтоНик тоже прав. Что делать в такой ситуации?

— Проголосовать, как велит тебе совесть, и спать спокойно.

Она протянула руку к керосиновой лампе.

— Гасить свет?

— Да. Она погасила лампу, и он скользнул рядом с ней пододеяло. — Спокойной ночи, Фрэнни, — сказал он. — Я люблю тебя.

Она лежала, глядя в потолок. Она уже примирилась с ихрешением насчет Тома Каллена… но грязный шоколадный отпечаток никак не шел унее из головы.