Противостояние. Армагеддон - Стивен Кинг

Последовало обсуждение заявления Ника.

Ник внес предложение изъять из рассмотрения комитета всютеологическую, религиозную или сверхъестественную подоплеку проблемы Врага. Онобыло принято единогласно.

Тогда Ник предложил, чтобы главной секретной задачейкомитета было признано сопротивление силе, известной под именем темногочеловека. Врага и Рэнделла Флегга. Глен Бэйтмен поддержал предложение, добавив,что время от времени могут появляться и другие задачи — как например, созданиеПохоронного Комитета, — которые также являются очень важными. Предложение прошлоединогласно.

Потом Ник внес свое самое первое предложение о том, что мыдолжны информировать Матушку Абагейл о всех делах комитета. Принятоединогласно.

По просьбе Ника комитет перешел к непосредственномуобсуждению проблемы темного человека. Ник предложил послать на запад трехдобровольцев, чтобы они внедрились в лагерь темного человека и узнали, что тампроисходит.

Сью Стерн немедленно вызвалась быть добровольцем. Послеобсуждения Глен вынес предложение запретить всем членам ОрганизационногоКомитета, как временного, так и постоянного, который будет избран на митинге,участвовать в качестве добровольцев в выполнении этой задачи. Сью Стернспросила, в чем причина этого.

Глен: «Мы все уважаем твое искреннее стремление помочь,Сюзан, но мы просто не знаем, вернутся ли те люди, которых мы посылаем, а еслида — то когда это произойдет и в каком они будут виде. А пока у нас многоработы по приведению в порядок жизни в Боулдере. Если ты уйдешь, нам придетсявводить на твое место кого-то нового и посвящать его во все наши дела.По-моему, мы просто не можем позволить себе такой напрасной траты времени».

Сью: «Наверное, ты прав… или по крайней мере благоразумен…но иногда мне приходится удивляться, совпадают ли эти две вещи. Ты говоришь,что мы не можем послать никого из комитета, потому что мы так чертовскинезаменимы. Ну и мы просто… просто…»

Стью: «Прячемся за чужими спинами?»

Сью: «Да, спасибо. Именно это я и хотела сказать. Мыпрячемся за чужими спинами, а сами посылаем туда кого-нибудь другого, кто можетбыть распят на телеграфном столбе, или еще что-нибудь похуже».

Ральф: «Что может быть хуже?»

Сью: «Я не знаю, но если кто и знает, так это Флегг».

Глен: «Но мы теперь политики. Первые политики новой эры. Намостается только надеяться, что причина, по которой мы подвергаем жизнь другихлюдей опасности, более справедлива, чем те причины, по которым прежние политикиделали то же самое».

Стью: «Никогда не думал, что стану политиком».

Ларри: «Добро пожаловать в клуб».

Предложение Глена о том, что никто из членов комитета неможет пойти в разведку, было принято единогласно.

После этого началось обсуждение того, каких людей следуетпосылать в разведку и какие задачи перед ними надо ставить.

Ларри: «У меня есть предложение. Я бы послал ДжаджаФэрриса».

Сью: «Что? Этого старика? Ларри, ты, наверное, спятил».

Ларри: «Он самый проницательный человек из всех, кого явстречал. Кстати, ему всего лишь семьдесят. Рональд Рейган был президентом и вболее преклонном возрасте».

Фрэн: «Я бы не сказала, что это очень хорошая рекомендация».

Ларри: «Но он здоров и крепок. И я думаю, темный человек незаподозрит, что мы пошлем шпионить за ним какого-то старичка… а его подозрениямы должны принимать во внимание. Не удивлюсь, если узнаю, что он выставилспециальных часовых, которые проверяют приходящих к нему людей на предмет ихшпионской принадлежности. И кроме того — я знаю, что это прозвучит грубо, вособенности для Фрэн, — но если мы потеряем его, то нам не придется терятьчеловека, которого ожидают впереди добрых пятьдесят лет жизни».

Фрэн: «Ты прав. Это действительно звучит грубо».

Ларри: «Я могу добавить только то, что Джадж согласится. Ондействительно хочет помочь. И я действительно думаю, что он сумеет этосделать».

Глен: «Кто-нибудь еще хочет высказаться по этому поводу?»

Ральф: «Я не знаю этого джентльмена. Но, по-моему, неправильноподвергать человека опасности только потому, что он стар. В конце концов,вспомните, кто нами руководит — старая леди, которой за сто лет».

Сью: «Послушай, Ларри. Что если он проведет темногочеловека, а потом умрет от сердечного приступа, возвращаясь к нам?»

Стью: «Это может случиться почти с каждым. Или простонесчастный случай. По-моему, Ларри прав. Такого хода Флегг от нас не ждет. Яподдерживаю предложение. Кто за?»

Принято единогласно.

Сью: «Ну, я поддержала твое предложение, Ларри — может быть,ты теперь поддержишь мое».

Ларри: «Да, такова политика. Так кого ты выдвигаешь?»

Сью: «Дайну».

Ральф: «Какую Дайну?»

Сью: «Дайну Джургенс. Она самая мужественная женщина извсех, кого я знаю. Конечно, у нее есть один недостаток: ей еще нет семидесяти,но думаю, если мы объясним ей, в чем дело, она согласится».

Фрэн: «Да — раз уж это действительно необходимо, то она подходитдля этого. Я поддерживаю предложение».

Стью: «О'кей, кто за?»

Принято единогласно.

Глен: «Номер третий?»

Ник (Ральф читает): «Если Фрэн не понравилось предложениеЛарри, боюсь, мое ей не понравится еще сильнее. Я предлагаю…»

Ральф: «Ник, ты сошел с ума!»

Стью: «Давай, Ральф, читай».

Ральф: «Ну ладно… здесь написано, что он предлагает… ТомаКаллена».

Общий хохот.

Стью: «О'кей. Ник берет слово. Он исписал уже кучу бумаги,так что читай, Ральф».

Ник: «Во-первых, я знаю Тома так же хорошо, как Ларри знаетДжаджа, а может быть, и лучше. Он любит Матушку Абагейл. Он готов пойти радинее на все, в том числе и на то, чтобы быть поджаренным на медленном огне. Этодействительно так, безо всяких гипербол».

Фрэн: «Ну, Ник, никто же с этим не спорит, но Том…»

Стью: «Помолчи, Фрэн — слово у Ника».

Ник: «Во-вторых, Враг не ожидает, что мы пошлем шпионить заним умственно отсталого. Ваша единодушная реакция на мое предложение может бытьсамым лучшим аргументом в его пользу. В-третьих, я хочу сказать, что хотя уТома и есть задержка в умственном развитии, он не дурак. Однажды во времяурагана он спас мне жизнь, и действовал он гораздо быстрее, чем кто бы то нибыло в его ситуации. Том ведет себя как ребенок, но и ребенка можно кое-чемунаучить. Мы можем научить Тома какой-нибудь очень простой истории. В концеконцов, даже если они поймут, откуда он, они могут предположить, что мы простоотослали его, потому что…»