Противостояние. Армагеддон - Стивен Кинг

— Марк, ты же убьешь себя! — с негодованием воскликнулаФрэн.

— А ты на себя посмотри, Фрэнни, — с лукавой интонациейпроизнес Марк.

А Стэн Ноготни начал задумчиво поговаривать о путешествии наюг. Возможно, он остановится в Акапулько на несколько лет, а потом отправится вПеру.

— Вот что я тебе скажу, Стью, — сказал он. — Все эти людираздражают меня до чертиков. Из дюжины я едва ли одного знаю в лицо. Людизапирают на ночь свои дома… не смотри на меня так, это факт! Я часто думаю обАкапулько. Если бы я только смог убедить Джени…

Не так уж будет плохо, — подумал Стью, наблюдая за тем, какФрэн качает воду, — если Свободная Зона распадется. Глен Бэйтмен согласился быс ним — он в этом абсолютно уверен. Свободная Зоны выполнила своепредназначение. Так что лучше разбежаться в разные стороны, пока…

Пока что?

На последнем заседании Комитета Свободной Зоны, когда Стью иФрэн еще были в городе, Хью Петрелла попросил и получил право вооружить своихподчиненных. В начале июня один пьяный избил подчиненного Петреллы и швырнулего в окно бара на Перл Стрит. Пострадавшему пришлось наложить свыше тридцатишвов и сделать переливание крови. Петрелла считал, что этого никогда бы непроизошло, если бы блюститель порядка был вооружен. В городе вспыхнулаполемика, к которой никто не остался равнодушен. Многие люди (и Стью среди них)считали, что если бы блюститель порядка был вооружен, то он бы, конечно, не былранен, но пьяный был бы убит.

«Что происходит вслед за появлением вооруженной полиции? —спрашивал он себя. — Каково следствие?» И ему показалось, что в ответ на еговопрос зазвучал ученый, немного суховатый голос Глена Бэйтмена: «Вы вооружаетеих более смертоносным оружием. Снабжаете их патрульными машинами. А когдагде-нибудь в Чили или в Канаде обнаруживается еще одна Свободная Зона, выназначаете Хью Петреллу министром обороны, просто на всякий случай, и,возможно, вы станете посылать шпионские отряды, потому что в конце-то концов…»

«ОРУЖИЕ ЛЕЖИТ ВОКРУГ И ТОЛЬКО И ЖДЕТ, ЧТОБЫ ЕГО ПОДОБРАЛИ».

— Давай уложим его, — сказала Фрэн, поднимаясь поступенькам.

— О'кей.

— Что это ты тут сидишь с таким кислым видом, а?

— С кислым видом?

— Ну да.

Двумя пальцами он раздвинул уголки рта в улыбке.

— Так лучше?

— Гораздо. Помоги мне уложить его.

— С удовольствием.

Следуя за ней в дом Матушки Абагейл, он думал о том,насколько было бы лучше, если бы все просто разошлись в разные стороны.Отложили бы создание общества на возможно более долгий срок. Именно с созданиемобщества начинают возникать проблемы. Именно тогда клетки сходятся вместе иначинают наливаться темной силой. Нет нужды раздавать полицейским оружие, дотех пор, пока они не перестанут помнить имена… лица…

Фрэн зажгла керосиновую лампу, и вокруг распространилосьмягкое желтое сияние. Питер сонно наблюдал за ними. Он наигрался вдоволь. Фрэннадела на него ночную рубашку.

«Чего у нас вдоволь, так это времени, — думал Стью. — Времяжизни Питера, время жизни его детей, а может быть, даже внуков. Примерно до2100 года, но не больше. За это время бедная старушка земля успеет немногооправиться. Сезон отдыха».

— Что? — спросила она, словно подслушав его мысли.

— Сезон отдыха, — повторил он.

— Что это значит? — спросила она.

— Все, — сказал он, взял ее за руку и посмотрел на Питера.

— Фрэнни, — сказал он после паузы и заглянул ей в глаза.

— Что, Стюарт?

— Как ты думаешь… Люди научатся чему-нибудь?

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, помедлила и так и нерешилась заговорить. Керосиновая лампа мигала. Глаза ее казались невероятноголубыми.

— Я не знаю, — сказала она наконец. Казалось, она быланедовольна своим ответом, ей хотелось добавить что-то еще, как-то пояснить своислова, но она смогла лишь повторить снова: — Я НЕ ЗНАЮ.