Населенный призраками - Даниэль Вега

Месяцев семь назад, после довольно поздних посиделок в Старбаксе, Хендрикс нашла в старом мамином джипе белый пион. Один. Он лежал на приборной панели прямо у руля, а его лепестки отсвечивали в лунном свете. Грейсон всегда покупал ей пионы. Она набрала смс своим подружкам – Фэллон и Кимико по дороге домой, и обе были в восторге.

«Как мило!» – ответила Фэллон, а Кимико послала шесть улыбающихся смайликов с сердечками вместо глаз.

Это действительно мило, сказала себе Хендрикс. Но где-то на задворках сознания поселилась смутная тревога, и только добравшись до дома она смогла точно определить, что ее так обеспокоило.

У Грейсона не было ключа от ее машины. И когда она в нее села, машина все еще была заперта.

Тогда как он попал внутрь?

И сейчас по коже снова поползли мурашки, а во рту появился неприятный привкус – то ли железа, то ли крови. Она поднесла пальцы к шее, тяжело сглотнув.

– Она просто упала, – сказала Хендрикс вслух. Ее собственный, уверенно прозвучавший голос немного приободрил ее. Конечно, игрушка просто упала. Даже Грейсону не пришло бы в голову ехать четыре часа, чтобы переложить куклу.

Судорожным движением она схватила игрушку с пола и выключила ее. Девушка собиралась положить ее обратно в комнату братика, но, подумав, открыла дверь в прихожую, убрала куклу туда и поспешила обратно к себе в спальню, совершенно забыв о своем стакане воды.

Но ей не спалось. Она смотрела в потолок, и сердце ее колотилось. На стенах спальни танцевали тени, создавая причудливые картинки, перемещающиеся по окружающим ее поверхностям.

«Это просто лунный свет и облака», – сказала себе Хендрикс. Но в голове крутилась тревожная мысль, что там было что-то еще, что-то, нырнувшее во тьму за мгновение до того, как она повернулась, чтобы посмотреть. Ее дыхание стало очень тихим.

А теперь ей было слышно, как стонут вокруг нее деревянные стены. На оконные рамы давит ветер, заставляя стекло скрипеть.

Звуки старого дома.

Но на нормальные звуки дома это не было похоже. Это звучало глубже, звучало рвано.

Как чье-то дыхание.

* * *

На следующее утро Хендрикс бледным призраком в нерешительности топталась возле парадных дверей Дрерфордской школы. Она чувствовала себя вялой и какой-то бестелесной, словно колючий январский ветер мог ее сдуть.

Смутно знакомая учительница прошла мимо.

– Доброе утро, Хендрикс! – прощебетала она, толкая входные двери.

Хендрикс вздрогнула, ей потребовалось слишком много времени, чтобы произнести в ответ «Доброе». Сюр какой-то. Она училась в своей старой школе почти три года, и большинство учителей продолжали называть ее Генриеттой.

«Должно быть, это все атмосфера маленького городка», – подумала она, заходя в школу.

Той учительницей дело не ограничилось. Половина учеников в холле смотрели на нее, когда она шла в свой класс. Они кивали ей и махали руками, приветствуя ее.

– Привет, Хендрикс.

– Доброе утро, Хендрикс!

– Увидимся в классе.

Все знали, кто она такая. Ей казалось, что она стоит под ярким светом прожектора.

О боже. Они говорили о ней?

Хендрикс почувствовал, как волна жара опалила ее щеки.

– Привет, подружка! – Порция появилась внезапно, схватив Хендрикс под локоть. В другой руке у нее был поднос с холодным кофе со льдом.

– Пойдем, посидишь с нами. Я заскочила по дороге в «Мертвяка».

– Мертвяка?

– Это у нас вместо Старбакса. Местная кофейня, называется «Мертвяк Джо». – Порция поморщилась. – Просто жуть, да? Серьезно, надо заставить владельца сменить название. Зато у них есть холодный кофе. Я не знала, что ты пьешь, поэтому добавила в твой сахар и молоко.

Заботливая. Хендрикс улыбнулась.

– Верное предположение. – Она с благодарностью взяла кофе с подноса. – Спасибо.

– Не стоит. – Глаза Порции скользнули по наряду Хендрикс, охватывая взглядом и потрепанные кроссовки, и не по размеру большой свитер крупной вязки, спасибо ее любимому секонд-хенду в Филадельфии. Бровь Порции еле заметно дрогнула.

– Между прочим, я просто обожаю весь этот твой «мне-плевать-что-я-выгляжу-как-бомж» прикид. Эдакий уличный шик.

Хендрикс искренне недоумевала, должна ли она воспринимать это как комплимент или как оскорбление.

Сама Порция была одета в темные джинсы и облегающий свитерок. Серебряный узор в горошек на ее свитере идеально сочетался с серебристыми ботильонами на каблуке. Она выглядела так, словно у нее было целое подразделение стилистов, помогавших ей одеваться по утрам.

Прежде чем Хендрикс смогла сформулировать ответ, Порция проводила ее через столовую к столу в дальнем углу, где уже сидели Рейвен и Коннор.

– А вот и напитки, – объявила Порция, плюхнув остальные стаканчики кофе в центр стола. – И вы только гляньте, кого я нашла в школьном холле – испуганную и одинокую.

Хендрикс потребовалась секунда, дабы понять, что речь шла о ней.

– О, – пробормотала она. – Привет! – Затем последовала неловкая пауза, о которой она тут же пожалела.

Рейвен пробубнила что-то не походившее на слова, умудрившись поднять голову только чтобы глотнуть кофе. Коннор широко улыбнулся.

– Привет, – сказал он. – Классная вчера получилась вечеринка.

– Ага, спасибо, – сказала Хендрикс. Она начала выдвигать стул, но Порция скользнула на него первой, бедром оттолкнув Хендрикс.

Хендрикс нахмурилась и попыталась поймать ее взгляд. Порция сняла какую-то пушинку с ее свитера и, кажется, ничего не заметила.

Ладно. Хендрикс шлепнулась на свободное место рядом с Коннором. Это было странно.

Рейвен медленно моргнула, взяв кофейную соломинку в рот.

– М-м-м. Уже лучше.

– Рейвен по утрам – зомби, – объяснила Порция.

– Требуется мозгоин, – пробормотала Рейвен. Ее веки опустились, когда она глотнула кофе. – Я имею в виду кофеин.

– Коннор у нас единственная ранняя пташка, – сказала Порция. – Ты же встаешь на свою греблю часов в шесть, да?

– В пять, – поправил Коннор, откинувшись назад и вытянув руки за голову. Этот жест привлек внимание Хендрикс к его бицепсам, и ее глаза так и оставались приклеенными к ним до тех пор, пока Порция не закашляла, прочищая горло.