Секта с Туманного острова - Мариэтт Линдстин

София достала рюкзак, который положила рядом с диваном. Открыла отделения и убедилась, что всё на месте: флэшка, диктофон и карточки с номерами телефонов, полученные на острове от разных людей. Задумалась, не спрятать ли все это у супругов Бьёрк. Но ведь тогда у нее ничего не будет. Получится слово против слова, а кому поверят – ей или пятидесяти людям из «Виа Терра» и Вильготу Эстлингу с его союзниками?

София уже понимала, что не сможет заснуть. Не из-за кофе – просто не оставляли в покое мысли. Больше всего она боялась проснуться и увидеть, что находится в палате, что побег ей просто приснился. Потом подумала об Эльвире и снова попросила Бога, чтобы Освальд не убил ее. В легкий сон она погрузилась сразу после того, как наручные часы показали 04:55. Однако, когда Эльса Бьёрк разбудила ее в половине седьмого, София вовсе не ощущала усталости – лишь радостное возбуждение.

– Завтрак готов, – сказала Эльса. – Эдвин почти всю ночь не спал, ругая секту. Мы так за тебя беспокоимся…

– Все будет хорошо, – произнесла София, в основном чтобы успокоить Эльсу.

* * *

В рубке, прямо под тем местом, где стоял Эдвин, когда вел паром, имелся маленький укромный уголок. Эдвин притащил с собой гору пледов и спальный мешок и запихал туда. Эльса наполнила термос Софии кофе, сделала кучу бутербродов и засунула их в рюкзак.

Утро выдалось безветренным и туманным. Всю дорогу до парома София чувствовала, что ее преследуют. Несколько раз оборачивалась. Ей казалось, будто она видит за кустами и деревьями тени и фигуры. Первое ощущение свободы уступило место страху, выросшему в легкую паранойю.

– Тебе придется лежать здесь, – сказал Эдвин. – Я буду развлекать тебя шутками и историями про привидения.

– Лучше шутками. И еще ты должен наблюдать. Они наверняка будут в форме, в серых костюмах. Без них им никуда не позволяют ходить. Они будут выделяться.

– То есть как мормоны?

– Точно.

В маленьком закутке было сыро; пахло дизельным топливом, водорослями и чем-то кислым от стоящих там ботинок. София улеглась, подложив под себя спальный мешок и закрывшись несколькими пледами.

– Ну вот, начинают идти пассажиры, – сказал Эдвин.

Она ощущала легкие удары, когда на палубу въезжали машины, потом возник звук голосов и топающих ног. Эдвин был полностью поглощен ведением парома и молчал. Только теперь София почувствовала, насколько устала. Ночью она почти не смыкала глаз, и теперь, когда напряжение немного отпустило и мотор парома так усыпляюще тарахтел, ее одолела сонливость. Она погрузилась в теплое полузабытье и почти уснула. Но вдруг дремоту нарушил голос Бьёрка. Тот с кем-то разговаривал.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь?

– Возможно, да. Мы ищем знакомую.

Она сразу узнала этот голос. Сон как рукой сняло, все тело похолодело: с Эдвином разговаривал Бенни.

– Мы собирались встретиться здесь и переправиться на пароме, – послышался другой знакомый голос.

Стен! Бенни и Стен на пароме и ищут меня.

Хуже и быть не могло: они сильные и тупые и не колеблясь накинутся на нее, если сочтут это необходимым. Кроме того, они стояли в опасной близости. София слышала скрежет их подошв об жестяной пол. Голоса звучали совершенно отчетливо.

– Вот оно что, – послышался голос Бьёрка. – И кто бы это мог быть?

– Девушка, невысокая, худая, с длинными темными волосами. В смысле, с пышными кудрями. Одета, вероятно, в джинсы и худи.

– Такую я не видел, – сказал Бьёрк. – Но, как вы видите, я занят управлением паромом.

– Нам было бы очень желательно ее найти, – произнес Бенни.

– Я ее не видел. Очевидно, она передумала садиться на паром. А теперь извините…

Но они продолжали гнуть свое.

– Есть ли на пароме какое-нибудь потайное место, то есть где тебя не видно?

– Нет, совершенно точно. Паром маленький. Ребята, я сожалею, что вы не находите свою подругу, но теперь должен сосредоточиться на ведении парома.

София лежала неподвижно, затаив дыхание.

– О'кей, но если ты ее увидишь…

– Тогда я скажу, что вы ее ищете. А теперь оставьте меня в покое.

Шаги по жестяному полу стихли. Она по-прежнему не смела пошевелиться.

– Они не в костюмах, – донесся наконец голос Эдвина. – В обычной одежде. Упрямые, назойливые оболтусы.

Сперва она не решалась ответить.

– Они не могут тебя услышать. И не думаю, чтобы они вернулись.

– Спасибо, – выговорила София. – Спасибо за то, что ты так хорошо с ними разобрался.

– Не за что. Но теперь я попытаюсь заткнуться на остаток пути. Чтобы не выглядело так, будто я стою и с кем-то разговариваю.

Почти час София пролежала в темноте, слушая плеск воды, перестук паромного мотора и насвистывание Эдвина. До ее сознания все еще продолжала доходить реальность. Она действительно сумела перебраться через стену. Свобода была уже очень близка, в пределах досягаемости. София почувствовала, как ее губы растягиваются в улыбку. Вместе с тем она тревожилась за то, что произойдет, когда они прибудут в гавань. Пыталась понять, почему Освальд послал Бенни и Стена в гражданской одежде. Только теперь София осознала, что у нее нет никакого плана на будущее. Был лишь план побега, но она совершенно не обдумала, как добираться домой. Что сказать родителям и полиции. Она полностью сосредоточилась на том, чтобы перебраться через эту проклятую стену. А потом все должно было образоваться само собой…

Причаливая, паром кренился и поворачивал, и из гавани до нее уже доносился слабый гул.

– Теперь я не буду спускать с них глаз, – сказал Эдвин. – Потом решим, в какую сторону тебе выбираться… Дьявол! Они стоят и ждут, пока сойдут все пассажиры. Оглядывают их с головы до ног. Словно ты можешь внезапно появиться… Какие идиоты!

София выползла из укрытия и села на пол возле ног Эдвина.

– Зашевелились, – произнес тот. – Ну, наконец-то… Идут к кафе, в направлении гостевой гавани. Значит, ты можешь бежать в другую сторону, к автобусному вокзалу. Вставай.

София размяла ноющие, затекшие суставы и взглянула через плечо Эдвина.

От толпы отделились две фигуры и быстро двинулись к району, где располагались различные кафе. Что они намереваются там делать, она понять не могла – наверное, обедать, – но это не имело значения. Это ее шанс. Схватив рюкзак, София обняла и поблагодарила Эдвина и сбежала по трапу на набережную.

В последний раз огляделась – и скрылась в толпе.