Секта с Туманного острова - Мариэтт Линдстин

Перед ней сидели две девушки ее возраста. Смотрели на что-то в своих телефонах, разговаривали так быстро, что слова сливались, хихикали и веселились.

Внезапно София почувствовала, будто состарилась на острове лет на двадцать. Представила себе, какую жизнь вели эти девушки в последние два года. Парни и вечеринки, одежда и путешествия… В то время, как она изо дня в день носилась, говоря: «Да, сэр!» и «Нет, сэр!». Почти превратилась в старуху, которой приходится сдерживаться, чтобы не попросить девушек угомониться. Иначе пробежите три раза вокруг усадьбы.

Подумала, что, наверное, никогда больше не будет опять чувствовать себя такой беззаботной.

* * *

Когда они прибыли к автобусному вокзалу Гётеборга, напряжение почти отпустило. Дальше должно получиться легко. Автобусный вокзал примыкает прямо к центральному железнодорожному вокзалу. Она сможет доехать на поезде до Лунда, а потом – на автобусе до пригорода Фьели, где живут родители.

Ей пришло в голову, что родителей может не оказаться дома. София подумала было позвонить им, но вовремя вспомнила о том, что однажды вечером слышала, как Буссе говорил Освальду, что они могут отслеживать мобильные разговоры. Тогда это было новым достижением. Но как? Вероятно, через Эстлинга…

София отключила телефон и убрала его в рюкзак, чтобы избежать искушения.

На центральном вокзале было полно народу. Она давно не попадала в такую большую толпу. Немного походила вокруг, наслаждаясь тем, что ее подталкивают в разные стороны, и притворяясь, будто у нее тоже важные дела и она куда-то спешит. Купила в окошечке билет и сунула его в карман. Мама, видимо, положила ей деньги на счет, поскольку карточка сработала. Следующий поезд в Лунд отправлялся только через час.

В животе начало бурчать, и София вспомнила о бутербродах Эльсы в рюкзаке. Купила в киоске бутылку минеральной воды и газету и уселась на скамейку перекусить. Она чувствовала себя почти хорошо, но только почти – что-то по-прежнему царапало внутри. Возникало ощущение, что она о чем-то не подумала, будто в суматохе выпал какой-то фрагмент мозаики. Однако София никак не могла сообразить, что это могло быть. Согласно газете, сегодня четвертое июня. Последние дни слились в едином беспорядке, но теперь она знала: вторник, четвертое июня. Новости затрагивали всё, от очередного политического скандала до прогноза нестабильной погоды на праздник Мидсоммар. Волнение не давало ей покоя. Сосредоточиться было трудно; хотелось только забраться в поезд и поскорее отправиться в путь. Вместо чтения София стала наблюдать за людьми на вокзале. Казалось, они мечутся вокруг, как мыши в клетке, пребывая в стрессе и не имея времени задуматься. На скамейку рядом с ней сел пожилой мужчина с пакетом из киоска. Вытащил из пакета грушу и начал есть. Запахло сладким, вкусным и манящим, хотя София досыта наелась бутербродами. Она улыбнулась мужчине, и они разговорились.

– Я прихожу сюда каждый день, – сказал он. – Сижу и смотрю на людей. От этого чувствуешь себя менее одиноким.

От спокойного и непритязательного человеческого общения у Софии потеплело на душе. Они тихо беседовали, пока из громкоговорителя не объявили о прибытии ее поезда.

В поезде она сидела у окна, за которым простирался типичный для начала лета пейзаж: голубое небо с легкими маленькими облаками, березы, озера и темно-красные домики. Сытая и сонная после еды, София решила попытаться поспать. «Пожалуй, это у меня получится – если я буду думать о том, как еду домой, а не о том, что везу в рюкзаке», – решила она, задремывая.

* * *

Проснулась она в Ландскруне^[15]. Очень захотелось кофе, но кофе в термосе остыл и показался горьким, поэтому София решила пойти в вагон-ресторан. Уходя, набросила рюкзак на плечо, не желая ни на секунду выпускать его из виду.

В вагоне-ресторане образовалась небольшая очередь, и, стоя там, София периодически впадала в полусонные размышления. Подумала про Симона. Ее интересовало, чем он сейчас занимается, заставили ли его участвовать в ее поисках. Удалось ли ему промолчать, или он сдался под нажимом.

Она стояла последней в очереди, которая, казалось, совершенно не двигалась.

Отходивший от кассы с полным подносом еды парень обернулся.

София совершенно остолбенела. Просто стояла с открытым ртом, пытаясь осознать увиденное, поскольку это был Стен. Она видела его только сбоку; потом он повернулся спиной и прошел в вагон, но это определенно был он. С подносом, нагруженным едой. За ним шел Бенни с еще одним подносом. Сердце бешено заколотилось о ребра.

Дьявол! Как они меня нашли?

Паралич отпустил, и София бросилась вон из вагона-ресторана. Лихорадочно замахала руками перед автоматической стеклянной дверью, которой потребовалась целая вечность, чтобы открыться.

Поискав глазами ближайший туалет, София побежала туда. Туалет оказался занят, поэтому она, ожидая очереди, прижалась к стене, пытаясь сделаться невидимой и думая: «Они едят. Ничего страшного. У меня есть немного времени».

В туалете спустили воду, но никто не вышел.

Поторопись же, черт возьми!

Дверь наконец открылась, вышел высокий лысый мужчина и любезно улыбнулся Софии. Она метнулась внутрь, заперла дверь, села на унитаз и попыталась думать трезво.

Сколько времени поезд идет от Ландскруны до Лунда? Двадцать, возможно, тридцать минут.

Придется просто-напросто остаться здесь, ничего не поделаешь… Что Бенни и Стен делают в поезде? Они не могли следовать за ней, поскольку в автобусе их не было.

Явно не искали ее в поезде, поскольку она сидела и спала минимум час. Тем не менее они здесь. Что, скажите на милость, происходит?

София старалась рассуждать логически. Не только реагировать, но и прогнозировать. «Ясно одно, – думала она. – Они не знают, что я в поезде, но направляются в Лунд, охотясь за мной. Альтернативы у меня нет. Остается сидеть полчаса в туалете, пока мы не приедем».

Едва набрав скорость и мерно застучав по рельсам, поезд внезапно опять сбавил ход и остановился.

– Мы ждем встречного поезда, – донеслось из громкоговорителя.

Скоро народ захочет воспользоваться туалетом. София убедилась в том, что дверь действительно заперта, и как раз в этот момент ручку двери нажали вниз – сперва осторожно, а через пару минут нетерпеливо. Мысленно София уже видела, как снаружи начинает выстраиваться очередь. «Нельзя же злиться на то, что у человека плохо с желудком», – подумала она. Однако из-за двери послышался раздраженный голос:

– Вы что, заперли этот туалет?

Человек, видимо, обращался к проводнику, поскольку ему ответили спокойным голосом:

– Нет, очевидно, там кто-то есть. Но в следующем вагоне имеется другой туалет.

Шаркающие шаги стали, слава богу, удаляться. Теперь остается только продержаться остаток пути.