Амнезия - Федерико Аксат

Я не стал заходить в дом. Сел на крыльцо и стал ждать, когда вокруг меня сгустится мрак. Качели тихонько поскрипывали на ветру, над лесом гасли последние лучи заката.

Лила уехала. В ее квартире я не нашел ни одежды, ни каких-либо пожитков. Собирался позвонить ее матери, но потом решил с этим повременить. Разговор только усложнил бы дело.

Запищал телефон, но мне не хотелось брать трубку. Я целый день ждал звонка от Марка, но теперь, увидев на экране его имя, ощутил приступ дурноты.

— Привет, Марк, — сказал я наконец.

— Где ты? — спросил брат, уловив дрожь в моем голосе.

— На крыльце. Я вспоминал Тиграна. Помнишь, как отец садился на ступеньку и свистел, чтобы его подозвать?

— Конечно, помню.

— Иногда я к нему подсаживался, и мы устраивали Тиграну проверку слуха. Папа свистел совсем тихо, едва слышно, и ждал, что будет. У этого пса были уникальные уши.

Марк помолчал.

— Прости, что так поздно звоню, Джонни. В последнее время… Что уж там, у меня выдались непростые деньки. С одной стороны, хочется поскорее продать «Медитек», с другой — почему-то страшно.

У меня не было сил изображать интерес к его делам.

— Лила уехала, — сообщил я. — Я только что от нее.

— С тобой все хорошо?

— Лила была у меня дома вчера вечером, — выпалил я вместо ответа. И рассказал о том, что увидел на записях с камер видеонаблюдения.

— Джонни, послушай… Брось ты это. Не заморачивайся. Отдохни денек-другой, займись чем-нибудь, хоть своими рисунками.

— Она мне снилась, Марк.

Брат молчал так долго, что я решил, будто нас разъединили.

— Вчера, — добавил я.

— Что было во сне?

— Я шел по лесу, ночью. Меня кто-то преследовал. Я проснулся и понял, куда вела тропа из моего сна. Помнишь поляну, где росли два тополя?

— Да, за ней начиналось болото, на котором жили бабочки.

— Верно.

— Забудь, это всего лишь сон.

— Не уверен.

— Поверь мне, — убежденно произнес Марк, — через пару дней ты и думать забудешь об этой истории.

Я не ответил.

— Прости, Джонни, мне пора. Созвонимся на днях. Кстати, у меня есть знакомый специалист, он тебе поможет.

— Пока, Марк.

Не успел я положить трубку, как пришла голосовая почта от Росса Эванса:

«Всем, кто слышит это сообщение. Прошу покорно, сообщите, на какое кладбище отправлять цветы в память о Джоне Бреннере, не посчитавшем нужным уведомить меня о своей смерти. Если же ты, Джонни, паче чаяния, жив, ты наверняка сутки напролет трахаешься со своей нарисованной пчелой и не можешь найти ни секундочки для верных друзей. Что ж, если позвонить ниже твоего достоинства, я сам к тебе приеду, так что у тебя ровно пять минут на изобретение годной отмазки, в которую я, само собой, не поверю. Разве что… Но нет, спекулировать здоровьем Дженни ты не посмеешь. В общем, скоро буду. Со мной шесть банок пива, так что вечеринка ожидается улетная».

Выпалив все это, Росс добавил совсем другим тоном: «Чувак, я соскучился».

Я тоже по нему соскучился. Голос друга мгновенно развеял мою тоску. Был у Росса такой дар — делать людей счастливее.

Я решил подождать на крыльце. Росс приехал через несколько минут, припарковался, вылез из машины и уставился на меня с деланым изумлением:

— Глядите-ка, Джон Бреннер собственной персоной! Я успел порвать с двумя девчонками, с тех пор как мы в последний раз виделись.

— Только с двумя за целый месяц?

Я спустился ему навстречу, и мы обнялись. Росс был здоровяком под метр девяносто с медвежьей хваткой.

— Был занят, — промямлил я в свое оправдание. — Мы и правда давно не виделись.

Росс разжал лапищи.

— Скажи хотя бы, что был занят с Мэгги.

В прошлой жизни Мэгги, Росс и я были неразлучны. Еще детьми мы исходили все окрестные леса, а когда подросли, стали предпринимать более серьезные вылазки, зачастую довольно дерзкие. Потом мы с Мэгги влюбились друг в друга, но страсть не разрушила нашей дружбы. Ее разрушил Лондон. Гребаный Лондон.

— Мы с Мэгги еще не виделись, — признался я. — Я только сегодня узнал от Харрисона, что она в городе.

Росс достал из багажника бутылку кока-колы.

— А вот и пивасик. Холодненький, как ты любишь. Погоди, правда еще не виделись?

— Правда.

— Не может быть. — Росс сделал шаг в мою сторону, тряхнул головой и резко остановился. — Да что с тобой творится? Выглядишь как-то бледно, Джонни. В город вернулась Мэгги Берк, а ты тут жопой крыльцо полируешь.

Войдя в дом, Росс первым делом направился к музыкальному центру.

— Так и знал, — объявил он, обнаружив на вертушке пластинку The Who. — Ладно Харрисон, ему такая музыка в самый раз… Но тебе-то не семьдесят лет.

Такие разговоры повторялись постоянно. Росс костерил британский рок, я в ответ лишь улыбался. Ничего не поделаешь, наши вкусы не совпадали. Эванс предпочитал электронную музыку.

— Давай-ка немного разгоним тоску этого дома, а ты пока объяснишь мне, почему до сих пор не виделся с Мэгги.

Он вытащил беспроводную колонку и подключил к мобильному. По гостиной разлилась энергичная мелодия.